За месяц рубль подешевел к доллару на 11 процентов. Правительство уверяет, что удержит его в установленном валютном коридоре в 38,15 рубля за доллар. Но граждане начинают нервничать. С чем им предстоит столкнуться?
Материалы подготовили Кирилл Журенков, Сергей Мельников
Нас призывают не штурмовать обменники, где уже начинаются перебои с долларами, а эксперты советуют разделить сбережения между рублями, долларами и золотом. Все это верно, тем более что у большинства россиян сбережений в рублях не на миллионы долларов, а на пару тысяч или в лучшем случае десятков тысяч. Зарплату же они получают рублями и ими же платят за еду, одежду и коммуналку. Их жизненный уровень зависит далеко не в первую очередь от роста сбережений, а от стабильности работы, зарплаты и цен.
Однако слабеющий рубль наносит удары по всем этим направлениям. Особенно если смотреть не только на картину последнего месяца: за год рубль подешевел с 27,5 до 33,5 рубля за доллар, то есть на 21 процент. Это огромное падение, скрытая девальвация. Медленно, но верно дорожает в рублях голландское масло и австралийская говядина, писчая бумага, карандаши Koh-I-Noor и мобильные телефоны.
Тарифы на коммуналку, допустим, государство удержит. Краны, батареи, счетчики у нас, допустим, не импортные, но станки и грузовики, на которых их производят и перевозят, импортные точно. А раз затраты на коммуналку растут, то либо придется субсидировать тарифы из бюджета (сокращая другие расходы), либо возникнут перебои с ремонтами и горячей водой.
Но даже и это не самое главное. Последствия снижения курса рубля для населения нельзя оценивать, не говоря о его причинах. Чтобы поддержать рубль, ЦБ продает валюту, потратив на это за последний месяц свыше 10 млрд долларов резервов. Уровень резервов (513,5 млрд долларов) снизился почти до двухмесячного минимума, а за окном, не исключено, экономический кризис. Мы постановили считать, что в 2009 году он закончился, но на самом деле он лишь сменился на пару лет шатким регулируемым балансом, а с прошлой осени сначала на цыпочках, а сегодня бодрым шагом вошел во вторую фазу. Лишь кажется, что если курс рубля ползет вниз, то наши экспортеры — в основном сырьевые — получают за продажи больше рублей. Но и объемы продаж, и их цены в долларах тоже падают, поэтому даже экспортеры режут затраты. Что же говорить о компаниях-импортерах? Рост их затрат сначала выразится в скачке рублевых цен, а затем упрется в отсутствие спроса. Порезав затраты, придется резать рабочие места. Правительство, конечно, будет сурово карать за увольнения, но сохранять занятость можно будет, лишь платя зарплаты с перебоями и в дешевеющем рубле.
Как и во многом другом, в перипетиях рубля для простоты винят "внешние факторы": в Европе — кризис евро, в Китае и США — снижение экономического роста, везде масса зол, от которых-де страдает россиянин. Это полуправда, которая, как любая полуправда, скорее ложь. Да, кризис общемировой. Но поле маневра для смягчения его последствий для населения в России, в отличие от других стран, размером с делянку. Нет у нас источников доходов бюджета, сравнимых по масштабам с сырьем, по которому любой кризис наносит главный удар. Поддержать рубль нечем, кроме продажи валюты. Поэтому будем резать бюджет: заморозим зарплаты бюджетников и военных вкупе с пенсиями, стройки дорог вкупе с развитием здравоохранения. Будем резать по живому, а не маневрировать с платежным балансом, поддержкой экспорта, снижением импортных пошлин, плавным реструктурированием долгов компаний и суверенных займов, что на людях сказалось бы в минимальной степени.
Мы расплачиваемся за 20 лет обещаний провести модернизацию, диверсифицировать экономику, перепрофилировать убыточные предприятия и заняться переподготовкой и трудоустройством людей, которых с них давно надо было уволить. Расплачиваемся рублем.
Елена Котова, экономист, писатель
© 1991–2013 ЗАО «Коммерсантъ. Издательский дом». All rights reserved.
