Доучились до следствия

Резонансная драка с участием чеченских студентов у ТЦ "Европейский", закончившаяся поножовщиной и стрельбой, привела следователей и ОМОН в академию имени Маймонида, где они учились. Беспорядки при этом случились и здесь — по месту учебы. "Огонек" разбирался, что же это за вуз и кто в нем учится

Ольга Филина при участии Юлии Репринцевой

— Если вы собираетесь снова посылать своих ребят ко мне, позаботьтесь о том, где им жить,— почти срываясь на крик, говорит в телефонную трубку ректор Государственной классической академии имени Маймонида Вероника Ирина.— Я больше их здесь, в лесу, селить не буду!

На том конце трубки — министр образования и науки Чеченской республики Анзор Музаев. Вероятно, обещает решить проблему.

— Купите им где-нибудь дом, что ли, отдельный,— заканчивает разговор ректор.— Чтобы с охраной...

Веронике Ириной есть, о чем волноваться: накануне на территории ее вуза в Переделкине случилась потасовка между студентами-чеченцами и ОМОНом, трое учащихся были задержаны в рамках расследования инцидента у ТЦ "Европейский". От Переделкина до Киевского вокзала, то есть до этого самого ТЦ, всего-то полчаса электричкой.

Национальная программа

В общежитии ГКА имени Маймонида, рассчитанном на 380 человек, так называемый сменный чеченский контингент появился с 2004 года. В прошлом году, по словам ректора, в вузе училось около сотни посланцев Кавказа. К ним постоянно наведываются друзья, знакомые — получается весьма обширное общество. Ничего удивительного, если не обращать внимания на то, что ГКА имени Маймонида — вуз, специализирующийся на "развитии культуры, языков и традиций еврейского народа".

— Мы просто попали в правительственную программу целевого набора студентов из кавказских республик,— поясняет ректор.— Поэтому с 2004 года регулярно предоставляли для них квоты на поступление — около 10 процентов.

Стоит отметить, что помимо ГКА в программе целевого набора принимало участие несколько столичных вузов, в том числе Московский автомобильно-дорожный институт, Строительный университет, Медико-стоматологический университет. Диаспоры сложились и там, но именно в ГКА условия оказались особенно благоприятными: большие квоты на представителей одной национальности, гарантированные места в переделкинском общежитии (это привилегия только для чеченцев — жилье на весь срок обучения, поэтому теперь общежитие на 70% — чеченское), хорошие отношения с ректоратом. В результате вуз, изначально созданный для представителей одного народа, постепенно стал превращаться в вуз для другого. Сегодня выходцев с Кавказа можно найти в ГКА даже на филологическом факультете, где основная программа — изучение иврита. Там, правда, есть арабский факультатив, так что студенты с юга довольны.

Руководство вуза настаивает, что еще год назад поведение "целевиков" можно было легко контролировать: прием учащихся по квотам в определенной степени зависел от вуза — абитуриент из Чечни проходил собеседование, сдавал экзамен по русскому, от его поведения зависело поступление в академию младших братьев и сестер в будущем.

— С введением системы ЕГЭ мы потеряли этот инструмент контроля,— считает ректор.— Целевой набор перестал действовать, все поступают на общих основаниях, по баллам. Теперь у меня на первом курсе больше выходцев с Кавказа, чем на каком-либо другом.

Не мудрено, что в результате меняется климат и в общежитии, и за его пределами: мотиваций сдерживать себя у темпераментных гостей столицы все меньше, а поводов для недовольства порядками в "большой Москве" у вновь прибывших все больше.

Жизнь за забором

Сейчас в общежитии почти не осталось мальчиков-чеченцев: студенты срочно разъехались "по соображениям безопасности". Часть успела сдать экзамены досрочно, большинство осталось с "хвостами". В Переделкине продолжают жить несколько девушек из Чечни, в основном с факультета социальной медицины. Одна из них, с кепкой на голове, сидит на лестнице и читает брошюру "Психология отклоняющегося поведения". Я спрашиваю, почему у нее на голове кепка, а не платок.

— Это я здесь ношу кепку, руководству вуза так приятнее,— отвечает студентка.— А когда за ворота выхожу, часто в хиджабе. Пусть все знают, что я чеченка. Пусть тоже пострадаю.

Последняя фраза — это своего рода комментарий к визиту в общежитие ОМОНа. У преподавателей комментарии свои.

— Бекхан Ризванов, которого сейчас обвиняют в нападении с ножом на фаната, один из лучших студентов,— уверяет ректор.— Он всегда умел все делать по правилам.

Завкафедрой экономики ГКА Наталья Ракаль защищает второго подозреваемого — Магомеда Эльдиева.

— Он, конечно, был слабым студентом. Потому что постоянно пропадал на сборах: как-никак мастер спорта по боксу. Его очень просили не отчислять, а то в армию заберут. Вот он пришел ко мне на экзамен по бухучету. Я ему честно говорю: "Эльдиев, вы же ничего не знаете". А он мне в ответ: "Когда я встаю на пьедестал и играют гимн России, от гордости плачу, так что не могу спорт бросить..."

На территории общежития чеченские студенты жили в особо комфортных условиях. У них даже с полицией здесь все было в особом порядке — сотрудники местного УВД, как оказалось, живут с семьями в том же здании, где расположено общежитие ГКА, на седьмом этаже, так что отношения давно сложились — добрососедские.

— Но вот выходят они за ворота, садятся на электричку, которая идет до Киевского вокзала,— рассуждает ректор.— А там как раз этот "Европейский". Сложно предположить, как они меняются за время дороги...

Сложно предположить и другое: как сложится судьба самой академии. По свидетельству источников в министерстве образования и науки, у этого учебного заведения и в ректорском сообществе репутация непростая, и история получения лицензии отнюдь не безоблачная. Эксперты вспоминают, что и аккредитация этого вуза каждый раз проходит нелегко, но академию всегда выручал главный аргумент: вуз надо сохранить в рамках отношений с Израилем и с учетом уважения традиций. Сработает ли теперь этот аргумент, большой вопрос.