• Москва, +16....+24 малооблачно
    • $ 64,81 USD
    • 71,71 EUR

Коротко

Подробно

-->

Вода ушла

Пострадавшим от наводнения раздают еду и одежду

Сегодня в Краснодарском крае вновь, по прогнозам синоптиков, ожидаются сильные дожди. Но специальный корреспондент "Ъ" Олег Кашин, который побывал в Крымске, выяснил, что жители Крымска не готовятся ко второму удару стихии. Он также выяснил, почему SMS-рассылка о наводнении не предотвратила ни одной жертвы.


Глава Крымского района Василий Крутько орет в телефон:

— Демуршеву Алину Максимовну знаешь, почтаршу нашу, почтальоншу? Вот срочно к ней наряд милиции!

В этот момент у главы садится телефон, он вставляет его в розетку. В зданиях вокруг электричества нет, в администрации есть, и он сам, без моего вопроса, поясняет:

— Это генератор поставили. Даже не знаю, кто поставил. Эмчеэсники, наверное. Тут уже вообще ничего не разберешь. Будете писать, напишите, что главная проблема — организационная. Или нет, напишите, что нет проблем.

На столе у главы — карта города, на которой указаны восемь оперативных штабов для работы с пострадавшими.

— Размещаем людей, вчера 1200 в интернате разместили, сегодня еще 300, а они все идут и идут. Стараемся, конечно, чтобы клопов и комаров не было, но не всегда получается.

И смеется. Телефон немного зарядился, и глава района опять звонит в полицию:

— Худощавый такой, небольшого роста, на правой руке шрам.

И поясняет:

— Может, у родственников отлеживаются, а мы ищем их.

Даже в субботу по отдельным улицам Крымска передвигаться можно было только по пояс в воде

Даже в субботу по отдельным улицам Крымска передвигаться можно было только по пояс в воде

Фото: Фотокорреспондент газеты Электрон-ТВ Иван Чумаш/Фото ИТАР-ТАСС

Официальных списков погибших в городе нет, есть только пропавшие без вести — их имена вывешивают на входе в городской ДК "Русь", в котором работает самый большой штаб для пострадавших. В штабе записывают людей, претендующих на компенсации, раздают одежду и еду. Одежды много, и она даже рассортирована, прямо к кучам тряпья приколоты бумажки: "Жен. кофты", "Брюки". Проблема только с обувью, обувь почему-то вся непарная. В кучах гуманитарной помощи роются люди, некоторые босиком. Время от времени, как и полагается в таких ситуациях, начинаются скандалы.

— Стоят без очереди, сраки вот такие — дайте нам пожрать! Одежду тюками прут! — женщина лет пятидесяти держит за руку брюнетку с цветастым платком на голове.

— Цыгане, цыгане! — продолжает кричать она. Национальная рознь, однако, не разжигается — люди молча продолжают рыться в одежде.

— Пусти, какая я цыганка, я такая же казачка, как и ты,— вдруг говорит женщина в платке, вырывается и уходит.

Справа в фойе раздают еду. Мясные консервы, супы "Ролтон", воду. Седой мужчина с золотыми зубами складывает супы и консервы в пакет с какой-то одеждой, выносит на улицу и бросает пакет рядом с тремя тюками одежды.

— Вот что выдали,— поясняет он.— Много, да? Сам вижу, что много. А ты понимаешь, что у меня больше вообще ничего нет?

В этот момент девочка лет семи с разбегу бросается на пакеты с одеждой, ложится на них животом, смеется. Мужчина тоже смеется:

— Внучка из Белоруссии приехала отдохнуть, весело ей тут.

Местные жители добились от Александра Ткачева (справа) права самостоятельно осмотреть Неберджаевское водохранилище

Местные жители добились от Александра Ткачева (справа) права самостоятельно осмотреть Неберджаевское водохранилище

Фото: РИА НОВОСТИ

Внучку зовут Руслана, самого мужчину — Иван Фомич Пузенко, ему 65 лет, работает оператором на промысле "Роснефти". От его дома на Троицкой улице ничего не осталось, а разваливаясь, дом раздавил "Ниву" Ивана Фомича.

— И мопед,— после паузы добавляет он.— Когда все утонуло, я ушел к сестре, сейчас у нее живу. Комиссия приходила, дом признала непригодным для жизни, но про компенсацию пока непонятно, сказали завтра позвонить.

Из ДК с коробкой "Ролтонов" выходят девушка и парень. Девушку зовут Ирина Жукова, 23 года; на ней мужские шлепанцы, наверное, 45-го размера и футболка с надписью "Ну, погоди!". Парень одет нормально — его дом не пострадал, и Ирина, которой он приходится кумом, живет теперь с дочкой у него.

Дочке два года, и в ночь наводнения она научилась плавать — комнату, в которой спали Ирина с дочкой, затопило почти до потолка, Ирина говорит, что до потолка оставалось примерно полметра:

— Окна и двери не открывались, вода снаружи подпирала. Плавали пять часов, с двух ночи до семи утра. Потом вода выдавила кондиционер, смогли вырваться на улицу. Вот ушла к Леше. А если бы не проснулась, потонули бы с дочкой.

Спрашиваю, как проснулись? Может, все-таки был хоть кто-то, к кому приходили мифические люди из мэрии, обходившие дворы с оповещением?

— Да какая мэрия,— смеется Ирина.— Я интуитивно проснулась, почувствовала, что что-то не так.

А когда мы уже выплыли, на улице стоял какой-то эмчеэсник, я спросила, куда идти. Он сказал — куда хотите.

Последствия удара стихии на Кубани предстоит ликвидировать еще не одни сутки

Последствия удара стихии на Кубани предстоит ликвидировать еще не одни сутки

Фото: ЮРЦ МЧС России

— Кстати, оповещение,— вдруг говорит Алексей Груша, кум Ирины.— Ир, я забыл тебе показать.

Достает телефон. SMS от абонента MCHS_112: "МЧС информирует! В Геленджикском, Крымском и Новороссийском районах (часть текста отсутствует.— "Ъ")".

— А знаешь, когда пришло? Вот,— лезет в меню "информация о сообщении". Дата — 7 июля (то есть суббота, день наводнения), время — 12:52.38.

Город уже лежал в руинах, вода уже отступила, и вот именно в это время власти смогли проинформировать горожан, да и то некоторых — Алексей Груша был единственным, кто смог мне показать предупреждающую эсэмэску.

Алексей и Ирина явно чего-то ждут, я спрашиваю — наверное, в центр размещения поедете? Алексей смеется:

— Просто ждем машину уехать отсюда нахер. Про размещение нам никто ничего не говорил.

— Никто,— кивает Ирина.

В центр размещения в закрытом на ремонт детском садике поселился с семьей сосед Ирины с улицы Ленина 50-летний Виталий Хлебников.

— Нас там таких человек пятнадцать взрослых и здоровых,— говорит Виталий. На первом этаже старухи и инвалиды, на втором мы, а в подвале еда. Только подвал затопило, все гнить начало, вонища стоит. Я приезжал, просил дать людей, чтобы помогли подвал расчистить, но людей тупо нет. Вот одежды хоть взял жене — она второй день в ночнушке бегает, не успела ничего взять.

ДК и администрация — это самый центр города и место достаточно высокое, то есть сухое. А если спускаться вниз по улице Ленина — несмотря на стоявшую весь день жару, вода во дворах не высохла. Во дворах работают пожарные машины с кубанскими, адыгейскими и ставропольскими идентификационными надписями — откачивают воду из подвалов и огородов, льют кто в дренажные канавы, кто прямо на дорогу. Смотрится это достаточно романтично — над Крымском садится солнце, и над каждой пожарной машиной светится радуга.

Жертвами стихии стали люди, домашние животные, скот и птица

Жертвами стихии стали люди, домашние животные, скот и птица

Фото: Валерий Матыцин/Фото ИТАР-ТАСС

В остальном же город выглядит жутковато. Если говорить именно о руинах, то есть о разрушенных до фундамента домах — то это, может быть, каждое четвертое сооружение, не больше. Да и выглядят они так, что явно при жизни не производили впечатления капитальных сооружений, старые мазанки. Дома покрепче, каменные — выстояли, понесенные ими потери — это только выбитые окна, двери, сорванные крыши, поваленные заборы и то, что было в домах. Собственно, на второй день после наводнения это стало самым ярким визуальным образом Крымска: гора промокшего или даже сгнившего имущества. Мебель, одежда, холодильники без дверей и телевизоры без экранов. Люди зачем-то спасают то, что уже нельзя спасти. Я спрашивал — может быть, власти просят выставлять перед домами испорченные вещи, чтобы было понятно, кому положена компенсация? Нет, говорят, никто ни о чем не просил, просто хочется поскорее вынести из домов мусор.

Еще бросаются в глаза люди в жилетах следственного комитета — они повсюду. Пятеро (четверо мужчин и одна женщина) в такой форме сидят на каких-то досках прямо на тротуаре на углу улиц Советской и Веселой — ужинают: банка какого-то паштета и две буханки хлеба, следователи отламывают по полбуханки, мажут паштет, едят всухомятку. Представляться не хотят, говорят — приехали утром из Ростова: "Никого не арестовываем, просто осматриваем и опрашиваем". Где будут ночевать, не знают: "Может, у местных у кого-нибудь разместимся". Спрашиваю, сколько их в городе.

— Утром было человек пятьсот только от следственного комитета, сейчас, может, еще подъехали.

В понедельник в Крымске — первые похороны погибших. В понедельник же начнут выдавать деньги — пока единовременные компенсации, 10 тыс. руб. на каждого пострадавшего, "но не более 50 тыс. на семью". Заявлений писать не надо — администрация будет выдавать деньги на основании списков, но списки до сих пор составляются.

В очереди к чиновнице, составляющей списки, все говорят о погоде: Гидромет предупредил, что ночью будет такой же, как в субботу, ливень, но его никто не боится. Людей, которые верят в "волну, вызванную дождем", здесь, кажется, нет — версия о то ли открытых, то ли прорванных дамбах водохранилища здесь несопоставимо популярнее.

— Оснований ждать удара стихии нет,— обещает глава района Василий Крутько.— Я звонил главному метеорологу края, он исключает такую возможность.

Лучше бы он Богу позвонил.


  • Всего документов:
  • 1
  • 2
  • 3

Тэги:

Обсудить: (0)

Газета "Коммерсантъ" №123 от 09.07.2012, стр. 1

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы