Коротко


Подробно

Р-р-рота!

На этой неделе выходит на экраны фильм Федора Бондарчука «9 рота»

Ровно 30 лет назад Бондарчук-старший снял одну из пронзительнейших драм о войне-«Они сражались за Родину». Схожи сюжеты, ситуации и герои-трагическая гибель солдат по недотепству командиров. Вопрос лишь в том, вспомнят ли фильм «9 рота» через 30 лет?


/ДМИТРИЙ БЫКОВ/


 

Бондарчук-старший - в роли сержанта Советской Армии - знает, ради чего жить и погибать

Почему-то про фильм «9 рота», еще когда его только начали снимать, сразу всем было ясно: этапное кино. И потому, что про «незнаменитую войну», про Афган, а на самом деле-про сегодняшних ребят, которые в Чечне. И потому, что ровно 30 лет назад Бондарчук-старший снял «Они сражались за Родину»-один из самых честных и горьких советских фильмов о войне. Но главным образом потому, что всем сегодня хочется понять после 15 лет неопределенности: что сегодня важнее для Родины-чтобы ты за нее умирал или чтобы жил?

 

Его сыну - в роли советского офицера - ответить на эти вопросы гораздо сложнее

В искусстве сейчас интересные времена-оно переосмысливает все раннеперестроечные темы, но с обратным знаком. Кино и литература в конце 80-х-начале 90-х работали под девизом «Так жить нельзя». Девиз сегодняшнего искусства, осторожно возвращающегося к изображению реальности после 10 лет братковско-гламурного периода: «Так жить можно. И нужно». Почему? Потому что иначе не бывает; потому что попробовали и убедились; потому что любая жизнь ужасна, если смотреть на нее с ненавистью, и приемлема, если вглядеться с сыновней любовью… Да, вот мы такие. Другими не будем. Надо учиться жить с тем, что есть. Отсюда-изредка проскальзывающие ноты критичности и даже насмешки, которые, однако, быстро заглушаются общим пафосом: ничего, это и есть наша неповторимость, залог всемирной славы и гордого самоуважения! Подождите, мы еще дождемся новой «Маленькой Веры», в которой будет доказано, что ничего такого ужасного в жизни города Мариуполя нет, нормальная молодежь, нормальные разборки и родители… Между прочим, в искусстве 20-х это тоже начало появляться: если прежде все цари изображались дегенератами, а жизнь высшего общества представлялась помесью борделя с кондитерской, то с постепенной реставрацией империи в кино и театре появились не только благородные белые офицеры, но и вполне приличные цари вроде Петра. То есть не все было плохо. Многое даже хорошо. И мы туда возвращаемся после 15 лет передела собственности и всеобщей деградации.

Первой ласточкой этого реабилитанса был сериал «Брежнев», в котором символ маразма и застоя предстал вполне себе пристойным человеком, даже и не без государственного мышления. Затем последовало «КГБ в смокинге»-о том, что и Юрий Андропов был умница, и сотрудники его, как на подбор, рыцари без страха и укропа… Теперь настал черед армии. За последние 20 лет она не изменилась-солдаты как гибли в мирное время, так и гибнут; кормят по-прежнему отвратительно, шагистики много, хозработ больше, чем стрельбищ, в казармах из всех щелей дует, разве что побегов стало больше, потому что пока еще не так боятся (но комитетам солдатских матерей все реже удается защитить беглецов). Нужно доказать, что именно такая армия-в которой переживание тягот и лишений службы является самоцельным, а доминирует принцип «Чем хуже, тем лучше»-закаляет настоящих бойцов, способствует формированию личности и вообще растит идеального российского гражданина. Идеальный российский гражданин должен поменьше открывать рот и по первому распоряжению ползти на брюхе, не спрашивая, зачем и куда.

Как полагается, сначала в прорыв ринулся спецназ-элитные подразделения, реальные или мифические, состоящие из простых и правильных парней, обаятельных ниндзя, которым нет дела до социального строя и власти на Родине-жила бы страна родная. Им все время обидно за державу. Сначала оглушительно провалился сериал «Честь имею» с его насквозь фальшивыми монологами и ударным пафосом; затем под гомерический смех критики прошел по киноэкранам «Личный номер», потом «Мужской сезон» и «Мужская работа»-над которыми уже никто не смеялся, потому что сколько можно… Так всегда бывает-смеяться перестают, потому что устают. А потом уже и не очень хочется. На этой неделе выходит «9 рота» Федора Бондарчука-наиболее серьезный продукт из всех описанных.

Сценаристу Юрию Короткову принадлежит, конечно, главная заслуга в создании этой увлекательной, без шуток, картины. Задача перед ним стояла титаническая-осмыслить и оправдать Афган. С этим и перестроечное искусство не справилось. Понятно было, что их там убивали. И что среди них-помимо прапорщиков, торговавших оружием, и других героев эпохи распада-были настоящие, последние солдаты империи, как любит выражаться писатель Проханов. Теперь с нашей недавней историей надо что-то делать, чтобы оправдать возвращение в нее. И Коротков старается, как может. А Федор Бондарчук, постановщик картины и исполнитель одной из главных ролей, как-то даже перебирает по части зрелищности. Простой и скромный вывод: «Терпите, пацаны, деваться некуда» (в фильме эту идею в несколько более пафосном варианте озвучивает герой Станислава Говорухина) не нуждается в такой плакатной, громкой иллюстрации: тут подошла бы позднезастойная эстетика, что-нибудь вроде «Парада планет», снятого о военных сборах.

История ведь о чем? Семеро очень разных парней, придуманных в лучших традициях истернов-вестернов (слабак, художник, остряк, уголовник, честняга и т. д.), «мужают», как называлось это при соввласти. Сначала их как следует дрючит полусумасшедший прапорщик Дыгало (Михаил Пореченков)-его в Афгане ранило, он теперь крышей поехал, требуя послать его обратно, но его перевели в учебку. Потом они попадают в Афган и с некоторым ужасом узнают, что у «духов» по преимуществу советское оружие-его продают наши же, а своим выдают старое и поврежденное. Потом они празднуют Новый год, во время встречи которого ротный произносит стандартную речь-о том, что как бы там ни было, а долг выполнять надо. Командира роты играет Бондарчук-он здесь явно наследует Никите Михалкову, сыгравшему царя в собственном «Цирюльнике» и высказавшему заветные авторские мысли в речи перед юнкерами. Тут, конечно, не юнкера и не Михалков-очень символично, что бывший светский персонаж, ведущий с канала СТС, в прошлом яркий мажор, переквалифицировался в горячего патриота-агитатора. Ну потому что в самом-то деле, сколько можно разваливать страну!-скажет он, наверное, и будет прав.

...А потом всех по одному убивают.

Во время боя за высоту, про которую начальство попросту забыло. Действие ведь происходит в самый канун вывода советских войск из Афганистана. Они там держались до последнего, как Дыгало учил. Подкрепления ждали. А оно не пришло-не до них было. В живых остается… не буду раскрывать все тайны фильма. С чем остается зритель? А остается он с историей о том, как семерых-не очень хороших, но и вовсе не плохих-молодых людей сначала полгода мучили по-всякому, а потом убили; и это не хорошо и не плохо, а просто правильно. Так и надо.

Во всех интервью перед выходом фильма Бондарчук и его артисты повторяли: фильм о том, как мальчишки становятся мужчинами. Спорная точка зрения. Ну стали они мужчинами-правда, ценой невероятных унижений, «тягот и лишений». А их предали и убили, причем так и непонятно кто: те, кто забыл прислать подкрепление, или те, кто вывел войска из Афгана. Главное-стать мужчиной, а что с тобой потом будет-неважно. Позиция, нет слов, красивая и достойная, но с Родины она снимает всякую ответственность. Получается патриотизм без Родины и мужество без цели, а вопрос «зачем?» следует снять вообще. Низачем. Ради недостижимого идеала. Мужчинского мужчинства ради. Стань мужчиной, чтобы тебя убили: это само по себе есть высшая цель и красота. А 20 лет спустя фильм снимут-большой, дорогой, пиротехнически эффектный.

«Вы даже не люди-вы говно! А людей из вас буду делать я, вот этими самыми руками!»-так встречает будущих афганцев прапорщик Дыгало. Встречает, надо сказать, в лучших традициях американского кинематографа. Американцам, если помните, тоже надо было как-то поступить с вьетнамским синдромом-и в чиминовском «Охотнике на оленей» решалась та же самая задача, что и в «9 роте». Но в «9 роте» Дыгало зверствует натурально и с наслаждением, и в подсознании зрителя шевелится ужасная догадка: что, если дело вовсе не в Афгане? Что, если мучительство и есть главная цель прапорщика и всей его армии? Пусть он пытается-и вполне успешно-сделать человека из несчастного Воробья (Алексей Чадов): Коротков убежден, что после полугодового воспитания такими методами Воробей непременно стал бы человеком. Это автору так хочется, а я, зритель, совершенно не убежден. Видел прямо противоположные результаты. И что Афган делал из нашей разболтанной молодежи настоящих патриотов, мужественных людей-тоже не уверен. Я же знаю вернувшихся оттуда. В конце концов, СССР рухнул не в последнюю очередь из-за того, что в нем появилась некая критическая масса граждан, воспитанных такой армией. Позднеимперской, передзастойной. В которой очень много и с наслаждением били, жестоко и изобретательно унижали, мало и плохо кормили-якобы ради формирования настоящего бойца, а на деле потому, что армия медленно превращалась в тюрьму. И люди, вышедшие из нее, умели выживать любой ценой-что мало общего имеет с любовью к Родине и гражданским самосознанием.

Жизнь такова и переделать ее нельзя. И страна такова и навсегда останется неизменной. Первые полгода очень трудно. Последние полгода можно жить. «Деду», выжившему в беспрестанных унижениях, почет. И сам он-вполне приличный по сравнению с теми, какие были раньше. Я служил, видел многих жестоких «дедов»-и все они с гордостью говорили: мы что, мы демократы! Мы цацкаемся с вами! Вот нас дрючили-это да! И все поколения советских дедов, настоящих, без кавычек, говорят так своим внукам: вот нас дрючили! Двадцать пять лет солдатчины, крепостное право, голод, сталинизм, опять голод… Вы Бога должны молить за нынешнюю власть! Каждый дед, воспитанный советской жизнью или советской армией, убежден, что он гуманней и справедливей предыдущего. Это закон такой: человеку, которого много унижали и топтали, обязательно надо за что-то себя уважать.

Я не сказал бы, что в «9 роте» есть столь же грубое и прямое оправдание Афгана, каким было оправдание всякого рода спецназов и спецслужб в «Личном номере» или «Мужской работе». Все тоньше, деликатнее. Я не хвалю и не ругаю-я констатирую. Прикидываю, с чем мы остались после 15 лет болтания в проруби. А остались мы с тем, что это-наша Родина, сынок. Другой не будет. И она другой тоже не будет. Есть долг. Есть святое правило-дай в первую четверть своего срока, земного или армейского, вволю себя потоптать и тогда в последнюю четверть за выслугу лет получишь право носить ремень ниже пояса и хавать печенье после отбоя. Тот, кто это понял, и называется настоящим мужчиной. А если он не доживет до последней четверти-будет считаться героем, и Родина, суровая наша мать-мачеха, выдаст его родителям 6000 рублей и не забудет его никогда.

Смирно, вольно, разойдись.

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение