Коротко


Подробно

Оскорбленные в чувствах

К фактическому аутодафе приговорил в начале июня Коптевский районный суд Москвы книги турецкого богослова ХХ века Саида Нурси (на портрете). И самое удивительное в этом приговоре не то, что он эмоционален и некомпетентен. Жертвой стал богослов, признанный в Турции наиболее толерантным, аполитичным и даже сентиментальным. Суд не прислушался ни к международным экспертам, ни к главным российским муфтиям, ни даже к уполномоченному по правам человека

Александр СОЛДАТОВ


Перу одного из самых известных исламских ученых Саида Нурси (родился в 1876 году в турецком селе Нурс) принадлежит 14 томов сочинений под общим названием  - «Рисале-и-Нур» («Письма света»). Языком, понятным человеку XX столетия, в них рассказывается о единстве Божественного откровения в разных религиозных традициях, о мире вечности, рае и аде, о Воскресении. Изъясняется богослов из Нурса в терминах суфизма, поэтому ключевыми для его богословия являются мистические образы — свет, луч, сияние. В конечном счете Саид Нурси создал свой оригинальный комментарий к Корану. Он не таков, как привычные комментарии (тафсиры) арабских богословов-начетчиков. Традиционный тафсир — это кропотливый, буквальный анализ стихов Корана. Саид Нурси попытался, в духе древних отцов христианской Церкви, постичь внутренний, нравственный смысл священного писания мусульман.

Расцвет творчества турецкого богослова пришелся на весьма беспокойное для его родины время. Война, крушение Османской империи, создание светской националистической республики, мода на коммунистические химеры, активно импортировавшиеся из соседнего СССР, еще одна война. В середине 20-х годов Саид Нурси активно призывал представителей нового светского режима Мустафы Кемаля, позднее прозванного Ататюрком, оставаться практикующими мусульманами и молиться пять раз в день. В ответ режим Ататюрка, хотя и не провозглашал открыто «окончательную победу» материализма и атеизма, проводил в отношении религии в чем-то даже более жестокую политику, чем советские большевики тех лет. Не в меру активный богослов Нурси периодически попадал в тюрьмы и ссылки, в которых и прошла большая часть его жизни. Но, несмотря на трудности, он продолжал писать свои книги, приобрел множество учеников, преимущественно среди студенчества. Будучи по сути узником совести, Нурси по-суфийски смиренно относился к гонениям, не держал злобы на турецкую власть, всегда подчеркивая свою лояльность ей и непротивление существующему в стране политическому строю.

В 50-е годы, когда угар воинствующего секуляризма в Турции спал, Саид Нурси и его труды были реабилитированы судом. В 1960 году почтенный богослов скончался в возрасте 84 лет.

КТО НАПУГАЛ СУДЬЮ?

Человек живет в истории благодаря своим трудам, идеям, творениям. Неожиданная судьба книг Саида Нурси, о котором каждый турецкий школьник знает, что он был самым толерантным мусульманским богословом ХХ века, свидетельствует о том, что для нашей страны оказались актуальными и острыми те вопросы, которые, например, Турция благополучно разрешила лет 50 назад. Реабилитированный в Турции и давно умерший Саид Нурси внезапно подвергся форменному аутодафе в России, где группа экспертов-атеистов, привлеченная к работе над творениями богослова Коптевским судом Москвы, вдруг обнаружила «экстремистскую направленность» богословия суфия-миротворца. Для посмертного смертного приговора Нурси хватило лишь того, что он был мусульманином, иностранцем, да еще и пытавшимся углубиться в «изначально экстремистскую» вероучительную доктрину, изложенную в Коране. Коптевский процесс над книгами Нурси — это, по сути, процесс над исламским богословием, которое даже в самых толерантных своих формах вызывает у некоторых страх только потому, что оно исламское. Похоже, российская жизнь убедила не только рядового обывателя, сочувствующего изгнанию с рынков кавказцев, что ислам — это явление больше политическое, чем религиозное.

Группа молодых мусульман, живущих в «традиционно мусульманском» Татарстане, решила заняться систематическим изучением и популяризацией трудов покойного турецкого богослова. Напуганная громкими судебными процессами над активистами исламской партии «Хизб ут-Тахрир», которые особенно активно и демонстративно проходили именно в Татарстане, молодые мусульмане выбрали Нурси как самого безобидного исламского богослова, труды которого напрочь лишены даже косвенных политических призывов.

Но силовики Татарстана рассудили иначе. В конце 2005 года прокуратура республики возбудила уголовное дело против всех читателей книг Нурси. Буквально в один день и час было проведено два десятка обысков, в качестве «вещдоков экстремизма» были изъяты экземпляры Корана, личные вещи и записи. Читателям книг попытались предъявить обвинение в причастности к руководимой из Турции организации «Нурджулар», стремящейся к свержению существующего светского строя в Турции и других тюркоязычных странах с заменой его на шариат. Очень скоро, однако, из МВД Турции была получена официальная справка, согласно которой организации «Нурджулар» в стране вообще не существует. Весной минувшего года дело против читателей Нурси пришлось закрыть «за отсутствием виновных».

Сразу после прекращения дела заместитель начальника УФСБ РФ по Республике Татарстан заявил, что книги Нурси «отрицательно влияют на сознание людей и ухудшают их психологическое состояние». Видимо, этого аргумента хватило, чтобы поставить вне закона книги. С подачи татарстанского УФСБ татарстанская же прокуратура направила в Коптевский райсуд Москвы, по месту юридического нахождения издателя книг Нурси — фонда «Нур-Абади», иск о признании книг Саида Нурси экстремистскими. Одновременно прошел слух, что в некоторых школах столицы, где обучаются мусульманские дети, была предпринята попытка распространять подозрительные книги, чтобы приучать мусульманских детей к терпимому отношению к своим соседям-христианам. Вообще-то включение той или иной книги в перечень экстремистской литературы находится в исключительной компетенции Верховного суда РФ, а отнюдь не Коптевского районного суда. Но это никого не смутило, процесс пошел, и на скамье подсудимых оказалась книга.

В ходе судебного разбирательства сторона ответчика представила акты экспертизы и позитивные отзывы о книгах Нурси таких авторитетных деятелей и организаций, как конкурирующие «всероссийские» муфтии Равиль Гайнутдин и Талгат Таджуддин, духовные управления Дагестана и Северного Кавказа, авторитетные международные организации, эксперты Ватикана, Исламский совет Европы, египетский университет Аль-Азхар. К делу были приобщены мнение уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина и заключение МВД Турецкой Республики о том, что труды Саида Нурси в этой стране не считаются экстремистскими. После оглашения всех этих документов процесс был внезапно объявлен закрытым. Формально судья может не объяснять причины закрытия процесса, однако в кулуарах истцы (представители татарстанской прокуратуры) сообщили: кто-то кому-то чем-то угрожал по телефону в Казани, да еще и с «чеченским» акцентом.

АУТОДАФЕ ПО-РУССКИ

Как только процесс стал закрытым, суд сформировал группу специалистов для проведения некой психолингвистической экспертизы книг Нурси. Специалисты — лингвисты и психологи — все как один оказались атеистами, причем не имеющими специального образования в области исламоведения, тюркологии или арабистики. Несмотря на доводы ответчика, суд не счел целесообразным анализировать явление религиозного характера с помощью религиоведческой экспертизы, а сделал окончательные — уничтожающие для книг — выводы только на основе экспертизы психолингвистической. Разумеется, атеисты-психолингвисты пришли к выводу, что труды Нурси «пронизаны культом смерти и загробной жизни» и они, таким образом, «оскорбляют чувства атеистов». Интересно, какие выводы сделали бы эти эксперты, если бы на их «объективный» суд были представлены Коран или Библия...

Те самые книги Нурси, осужденные Коптевским судом МосквыНа основании такой экспертизы суд и принял «единственно возможное» решение: считать книги Саида Нурси экстремистскими и запретить их. Уже имеющиеся книги придется изъять из библиотек.

Решение Коптевского суда создало прецедент, открывающий невиданные перспективы и для постсоветской судебно-правовой системы, которая может попытаться взять на себя функции духовной цензуры. Представьте: берет юрист с книжной полки некий увесистый том, не глядя на название книги, открывает наугад страницу, а там: «Не мир принес Я на землю, но меч», или «Кто не оставит мать свою, и отца своего, и дом свой и не пойдет за Мной — тот недостоин Меня», или «Враги человеку домашние его».

Знакомый текст? Его, кажется, уже жгли в Советской России в 20 — 30-е годы прошлого столетия...

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение