"Решить вопрос об освобождении Ходорковского можно было бы не столь болезненно"

Михаил Ходорковский освобожден от дальнейшего отбывания наказания, сообщает пресс-бюро Федеральной службы исполнения наказаний.
Адвокат Генри Резник ответил на вопросы ведущей Натальи Ждановой.

— Генри Маркович, сообщается, что Ходорковский уже покинул колонию в Карелии. Как вы считаете, как реально могла развиваться ситуация?

— Технические эти все моменты абсолютно неинтересны. Указ подписан, Рубикон перейден. Дальнейшее содержание Ходорковского в колонии становилось абсолютно нестерпимым и било по престижу власти и авторитету лично Путина.

Значимым является здесь вот что: инициатива этой процедуры помилования исходила не от Ходорковского, потому что вроде бы подтверждается, что к нему приехали сотрудники ФСБ. Нетрудно догадаться, чьими они были посланниками. Вы знаете, меня угнетает то, что непрофессионализм просто-напросто зашкаливает.

Потому что решить вопрос об освобождении Ходорковского можно было бы не столь болезненно, подведя его под амнистию. Для этого в амнистию нужно было внести такой пункт: например, лицам, отбывающим наказания за экономические преступления, мера наказания уменьшается на 1/3, а лиц, которые отбыли свыше 2/3 наказания, следует освободить. Просто обратиться надо было хотя бы к советским амнистиям.

Сейчас запустили процедуру, которая, как мне представляется, все-таки бьет опять же по престижу Владимира Владимировича, потому что понятно, что инициатива эта исходила не от самого Ходорковского, к нему приехали посланцы. Что они ему говорили? Здесь не надо предаваться фантазиям, видимо, рисовали не очень радужное будущее. Что касается самой процедуры, то я могу вам сказать, никакой процедурой президент при решении о помиловании не связан вообще, это дискреция президента, потому что это акт милосердия. И не надо президенту абсолютно никакие представлять там документы. Президент принял такое решение — он ни перед кем не отчитывается, почему он его принимает.

— Генри Маркович, а как вы считаете, почему российские власти пошли именно по такому пути — помилование, причем, как вы говорите, инициатива не от самого Ходорковского исходила. Почему не упростили эту процедуру, например, через амнистию?

— Потому что я считаю, что юридические советники у Путина — идиоты. Понимаете, это на поверхности лежало для людей, которые обладают познаниями возможности к амнистии. Понимаете, амнистия может включать любые пункты.

— Генри Маркович, в соответствии с президентским указом Михаил Ходорковский освобожден от отбывания наказания.

— И правильно совершенно, потому что в данном случае не связан абсолютно этот акт никакими абсолютно условностями. Президент принимает решение. Почему он принимает такое решение, он ни перед кем не отчитывается и дает команду немедленно освободить. Эта команда должна соответственно исполняться. Ну, подробности какие-то мы, наверное, все-таки узнаем. Но они, как мне кажется, будут значимы, но не очень они значимы будут в таком личностном плане.

— Что касается Платона Лебедева, он подал опять в Верховный суд прошение об УДО. Как вы считаете, перспективы условного освобождения сейчас есть какие-то в связи с тем, что и Ходорковского вроде отпустили, вот по такому механизму?

— Я считаю, давно уже механизм условно-досрочного освобождения должен был быть запущен и в отношении Ходорковского, и в отношении Лебедева. Мы же сталкивались с отвратительной ситуацией, когда придумывались пленарные взыскания, не там чай попил, не там шапку снял, для того, чтобы предотвратить условно-досрочное освобождение.

Слава богу, что эта ситуация, между прочим, совершенно бесчеловечная, закончилась сейчас. Я полагаю, что освобождение Лебедева, соответственно, не за горами. Дай бог нам забыть всю эту эпопею с ЮКОСом. Узнаем ли мы или нет, что там посланцы Путина говорили Ходорковскому, почему они склонили его к тому, что он написал заявление, это большой вопрос. Видимо, заявление такое было. Я не допускаю мысль, что президент в данном случае солгал. Urbi et orbi.