Бабушкины технологии в борьбе с гриппом неплохо работают и сегодня
Эти сеансы изгнания гриппа дети запоминают на всю жизнь
Фото: В.Смоляков/ архив журнала , В.Смоляков/ архив журнала "Огонёк"
Дети, как известно всем мамам, болеют одновременно, по очереди и вне всякой очереди. Следом за детьми обычно заболевает папа, а когда измученная мама вроде бы всех вылечила, то ей достаются все вирусы от всех членов семьи. Хуже всего болеют мужья и сыновья-подростки. Они ложатся и закатывают глаза. "Что? Где? Горло? Температура?" Нет, у них сразу все. По комнате разбросаны бумажные платки, чашки громоздятся на тумбочке — они не могут пить чай с малиной, не хотят с медом, от молока их уже тошнит. Полоскания не помогают, капли в нос тоже бессмысленны. Лучше вообще ничего не делать.
Дочка у меня лечилась послушно, но дурной пример заразителен: она отказалась пить сироп, таблетки потребовала толочь между двумя чайными ложками, иначе "они в горле застревают", отвар ромашки горький, лимон кислый. Мультики надоели, книжки тоже, хочу мороженое и гулять.
Пока они капризничали, я поехала на рынок купить курицу, сварить бульон.
— Жир гусиный возьмешь? — спросила меня продавщица Валя, у которой я покупаю курицу.
Конечно, я взяла гусиный жир. Жалко, не было барсучьего. И начала лечить детей так, как лечили меня в детстве.
Значит, гусиный жир наружно и внутрь. Пахнет он так, будто в холодильнике протухли все яйца вместе с колбасой и пролежали так примерно с год. Хуже пахнет только барсучий жир. Когда бабушка натирала мне грудь, я сидела, зажав пальцами нос, и дышала ртом. Когда бабушка натирала мне спину, я вообще старалась дышать через раз.
Отмыть жир было сложно. Брало его только хозяйственное мыло. Еще дустовое годилось. Но это еще цветочки. Вот пить натощак горячее молоко с растопленным в нем жиром — это было испытание на храбрость. Я наматывала вокруг кружки круги, потом собиралась с силами, зажимала нос и делала три больших глотка. На четвертый глоток меня уговорить было невозможно. Я сжимала зубы. Какая же это было гадость! Даже жидкий рыбий жир, которым меня тоже регулярно выпаивали, казался не таким уж противным.
Дальше следовало сидение над вареной картошкой под одеялом, пока не задохнешься. Если я пыталась отползти от картошки, бабушка больно шлепала меня по затылку и я опять ныряла в кастрюлю.
— Дыши хорошо, глубоко дыши! — командовала бабушка. Но дышать над картошкой невозможно — задыхаешься паром. К тому же на голове — тяжеленное байковое одеяло. Продышавшейся я считалась только тогда, когда бабушка убеждалась в том, что я стала пунцового цвета.
Массаж горячими сваренными вкрутую яйцами вокруг носа казался счастьем, поскольку после этого шла более тяжелая процедура — закапывание. Мне капали в нос свекольный сок. Если кто не знает, он дико щиплется и его нужно разводить водой, но бабушка всегда об этом забывала. Поэтому я орала как полоумная, терла нос изо всех сил и изо всех же сил старалась побыстрее выздороветь. Потому что сок раздирает все внутри — долго и сильно. Хочется временно оторвать нос и прополоскать его в воде.
Хуже свекольного сока была только черная редька с медом. Бабушка срезала половину редьки, как крышечку, вырезала отверстие и выкладывала туда мед. Делала она это вечером, что означало — утром мне нужно будет проглотить образовавшийся сок. Тут уже хотелось оторвать себе голову, промыть ее и поставить назад.
Так вот на рынке я купила и жир, и мед, и черную редьку. Домой я летела — не хотят мои дети лечиться современными средствами, с ароматизаторами, вкусовыми добавками, тогда будут лечиться народными. Я наварила картошки и приготовила гусиный жир с молоком и редьку с медом. Дети смотрели на меня с нескрываемым ужасом. Конечно, они не ожидали такого подвоха и не без интереса согласились полечиться по-другому. Отхлебнули, съели, уселись над кастрюлей. А потом начался крик. Дети вопили, стонали, бегали от меня по всей квартире и сообщали, что они уже совсем здоровы. Они были готовы пить любые лекарства и сиропы, молоко с маслом и полоскать горло чем угодно. Только не гусиный жир и не редька! Только не картошка! И это у меня еще руки не дошли до свекольного сока. Но я уже стояла на своем и продолжала их мазать, поить, еще и лук с чесноком скормила. Так уж, чтобы закрепить эффект.
Дети немедленно выздоровели. Сын объявил, что завтра же пойдет в школу, а дочка сказала, что лучше уйдет на танцы, на подготовку к школе и на музыку, лишь бы не оставаться со мной и редькой. И вправду, наутро они уже были бодренькие. Конечно, бодренькие — я им еще горчицу в носки насыпала на ночь. Правда, дети пахли не слишком приятно, даже можно сказать неприятно. Как будто долго-долго не мылись, потом извалялись в земле, а потом высохли и еще с месяц не мылись. Но ничего — зато они теперь знают, как выглядит хозяйственное мыло.
— Мам, у меня горчица к ногам прилипла и не отлипает! — с ужасом кричал сын.
Я ухмылялась и не спешила на помощь. Будут знать, как болеть.
Чем еще нас лечили? Мою подругу Лену, у которой в детстве часто была ангина,— авиационным керосином. Ленина мама брала огромную длинную спицу, наматывала вату и лезла дочери в горло. Авиационный керосин ей приносил троюродный брат соседки, который работал летчиком. Ленина мама очень ловко орудовала спицей. Так вот теперь моя подруга, уже сама ставшая мамой, страдает — в Москве найти авиационный керосин невозможно, а у дочки ангина. Посоветовала ей гусиный жир натощак. Лена аж вздрогнула — ей тоже такое в детстве давали, правда, с медом. А вместо свеклы ей в нос капали сок лука — бабушка терла на маленькой терке, отжимала и в нос. Иногда моя подруга спала с чесноком в ноздрях. Так что неизвестно, кому было легче.
Правда, лечение бабушкиными средствами дало побочный эффект.
— А как тебя еще лечили в детстве? — спрашивает дочка, когда я ее укладываю спать. И я рассказываю ей страшные сказки на ночь — что такое банки и горчичники, какая трава от чего помогает. Дочка быстро-быстро засыпает. Наверное, от страха.