Коротко


Подробно

Фото: Pool Photo via AP

Турецкая заноза

Как немцы оказались «крайними» и во внутренних турецких разборках, рассказывает Виктор Агаев

После провалившегося переворота в Турции в самой большой растерянности, похоже, пребывает Германия. Неожиданно для себя немцы оказались "крайними" и во внутренних турецких разборках, и в обострившихся отношениях Стамбула и Брюсселя. За перипетиями сюжета следил "Огонек".


Виктор Агаев, Бонн


С одной стороны, Эрдоган вроде бы не отказывается от вступления в ЕС. Даже ставит условие: если туркам до октября не разрешат въезжать в Европу без виз, он выйдет из договора по мигрантам (коротко его суть в том, что за 6 млрд евро Турция обязалась забирать нелегальных беженцев из ЕС). Но при этом практически ежедневно то сам турецкий президент, то его министры нападают через СМИ на европейских политиков, европейские принципы и ценности.

Журналистам Le Monde он жалуется, что лидеры Запада не отреагировали на попытку путча так же, как на теракты в Париже. Не приехали к нему, а довольствовались избитыми фразами об осуждении попытки переворота. И к тому же все спрашивали: "Почему столько военных арестовано, столько чиновников уволены? Это нас удручает и оскорбляет",— говорит Эрдоган. В интервью телеканалу RTL, оправдывая увольнения или аресты 60 тысяч человек, Эрдоган напоминает немцам, что у них после объединения уволили тысячи человек, но никто ФРГ в этом не упрекал. Слыша, что в ЕС обеспокоены его намерением вернуть в Уголовный кодекс смертную казнь (отмененную в рамках подготовки к вступлению в ЕС), Эрдоган раздраженно отвечает: если народ и парламент захотят, смертная казнь будет применяться. "Ведь есть же она в Китае, США, Японии. Почему ЕС озабочен турецкими проблемами?"

Обращаясь через немецкое (!) телевидение к немцам, Эрдоган пеняет им на отсутствие у них свободы слова и свободы собраний, а заодно заявляет, что не испытывает уважения к немецкому суду. Поводом для этих, совсем уж неожиданных нападок стал отказ властей ФРГ транслировать его обращение "к его гражданам, пришедшим выразить ему поддержку в борьбе с врагами". Напомним: Эрдоган хотел обратиться из Анкары посредством телемоста к 50 тысячам турок, пришедших на митинг в его поддержку в Кельне. Но Конституционный суд ФРГ запретил установку гигантского экрана на площади.

Чтобы понять, почему для Эрдогана так важно было это выступление, нужно знать, что в Германии живут более 4 млн человек с "турецкими корнями", среди которых 2 млн — турецкие избиратели. Германия — четвертый по величине избирательный округ Турции (после Анкары, Стамбула, Измира).

По просьбе Эрдогана немцы в 2008, 2011 и 2014 годах предоставляли ему возможность выступать на предвыборных митингах в Кельне и Дюссельдорфе, и 60 процентов граждан Турции, живущих в ФРГ, голосовали за его партию. Среди "немецких турок" поддержка Эрдогана сильнее, чем в любой из стран Европы, и выше, чем в самой Турции, где эту партию в прошлом году поддержали 49 процентов. После попытки переворота Эрдоган, похоже, видит в "немецких турках" оплот в борьбе с внутренними противниками. И за его надежностью пристально следит.

Немецкие политики подчеркивают, что Германия не будет участвовать во внутренних турецких конфликтах. Но штука в том, что и без их участия разборки уже идут — по всей немецкой стране

За чистоту рядов


Бургомистр Берлина Михаэль Мюллер и премьер-министр земли Баден-Вюртемберг Винфрид Кречман сообщили на днях, что получили из Турции просьбы "повнимательнее присмотреться" к образовательным центрам и школам проповедника Гюлена и поддержать меры, принимаемые турецкими властями в борьбе с его "подрывной деятельностью". Немецкие политики, понятное дело, отказались, подчеркнув, что Германия не будет участвовать во внутренних турецких конфликтах. Но штука в том, что и без их участия разборки уже идут — по всей немецкой стране.

У Гюлена в Германии около 300 "субъектов": школы, детские сады, объединения "Диалог", СМИ, портал в интернете. Проповедника поддерживают тысячи турецких предпринимателей в ФРГ. Это, а также взносы за обучение в школах и на различных курсах является финансовой основой движения Гюлена в Германии. Власти ему не мешают, считая, что его проекты через образование и культуру способствуют интеграции турок. 24 частные гимназии, финансируемые Гюленом, признаны "отвечающими немецким требованиям в системе образования". Его школы расположены в проблемных районах, где в основном и живет турецкая диаспора, а лозунг Гюлена — "школы вместо мечетей, образованные люди не позволят манипулировать собой" — не может не вызывать симпатий у местных администраций.

Правда, нельзя сказать, что немцы полностью доверяют гюленистам. Спецслужбы еще в 2014 году отмечали противоречие между провозглашенным стремлением к диалогу и консенсусу и религиозно-идеологическим фундаментом, на котором зиждется все движение Гюлена.

Внутри турецкой диаспоры многие считают, что через свои школы и центры он создает исламскую элиту, способствует сегрегации в массах самих мусульман. А авторитетные немецкие эксперты называют его "исламистким волком в демократической шкуре". В статьях Гюнтера Зойферта, аналитика фонда "Наука и политика", консультирующего правительство, в книге Ахмета Зика "Армия имама" подробно рассказано о конспиративных сетях Гюлена в спецслужбах, армии, юстиции.

В Кельне гюленистских школ несколько. Их руководители сообщают, что после путча на них посыпались письма с угрозами, многие родители напуганы этим и забирают детей. "За Гюлена или против — это определяющий вопрос сегодня,— сказала газете Die Welt Ханифе Тосун, сотрудница одного из центров "Диалог", расположенного в районе Мюльхайм, где 70 процентов населения имеют "турецкие корни".— Вокруг турецкие магазины, мастерские, закусочные, и все тут уверены, что путч — дело рук гюленистов, все смотрят на нас с подозрением. Многие повесили на дверях таблички "предателей-гюленистов не обслуживаем". По ее словам, посольство Турции открыло в ФРГ горячую линию для желающих сообщить о сторонниках Гюлена, так что им теперь лучше не ездить на родину.

Но и в Германии противникам Эрдогана становится небезопасно: в Гельзенкирхене, где турки составляют 10 процентов населения, сторонники Эрдогана на днях разгромили молодежный клуб, считающийся "гюленовским".

Германия, о чем все чаще здесь говорят, оказалась на излете лета 2016 года в незавидном положении заложника, судьбу которого определяют внешние «игроки» — Турция и мигранты

Среди "немецких турок" поддержка Эрдогана сильнее, чем в любой из стран Европы

Среди "немецких турок" поддержка Эрдогана сильнее, чем в любой из стран Европы

Фото: Reuters

Вместе им не сойтись


Из опросов, из разных интервью в СМИ, из частных разговоров понимаешь, что большинство немецких турок поддерживают Эрдогана. Объяснение простое: старики, которые приехали в 60-е годы как гастарбайтеры, как правило, говорят лишь по-турецки. Их дети и внуки предпочитают очень своеобразный турецко-немецкий сленг (парадоксальным образом он очень популярен и у немецкой молодежи в проблемных районах). Практически все они смотрят лишь турецкие телеканалы, читают лишь свои газеты, сидят в турецком интернете, не доверяют немецким СМИ и уже потому находятся полностью под влиянием Эрдогана. Они соглашаются, что в Турции надо вновь ввести смертную казнь. Иначе, мол, будет как здесь: никакого порядка, никакого страха перед властью. А если это европейцам не нравится, так это и хорошо: "туркам ЕС не нужен". Вопрос, почему они сами в таком случае не уезжают из ЕС, немцы не задают — не принято.

В то же время не секрет, что и сами немцы (в большинстве своем) не хотели бы видеть Турцию в ЕС. В последнее время в Германии наблюдается тревожный момент: крутой рост неприязни к "пришельцам". Социологи Лейпцигского университета подсчитали, например: 41 процент немцев хотел бы запретить мусульманам въезд в Германию, более 50 процентов нередко чувствуют себя чужими в своей стране.

Одновременно исследователи отмечают рост готовности к насилию среди миролюбивых прежде немецких граждан: уже 20 процентов готовы лично бороться с засильем "чужих". При этом имеются в виду все "не немцы" — и турки, и беженцы, и мусульмане, и цыгане. Еще 28 процентов не стали бы пачкать руки лично, но считают, что нужны люди, готовые на это для "восстановления порядка". Стоит напомнить: один из таких "борцов" недавно убил девять и ранил десятки человек в Мюнхене (об этом "Огонек" подробно рассказывал в N 30).

Поляризации общества способствовал массовый приток беженцев. Опросы это подтверждают: 81 процент требует, чтобы власти строже контролировали иммигрантов. "Из-за них" за год канцлер Меркель уже потеряла практически половину своего электората. На этом фоне турецкие разборки на немецкой территории после провала путча против Эрдогана только подливают масла в огонь — "внешний" фактор становится в немецкой политической повестке дня фактором уже внутренним.

В положении заложника


Этот фактор нельзя недооценивать. Конституция ФРГ гарантирует убежище всем, кто подвергается политическому, религиозному или иному преследованию. Это обещание появилось в 1949 году как доказательство того, что Германия изменилась, стала открытой, доброй, человечной. И потому сейчас критики Меркель, ругая ее за нежелание закрыть границы для беженцев и "навести порядок" с мигрантами, фактически требуют от нее изменения Конституции. Нельзя не понимать: если это сделать, на Германию тут же посыплются обвинения в эгоизме, национализме, а то и нацизме.

Такой развилки никто и в мыслях не держал. Германия неоднократно предлагала партнерам по Евросоюзу выполнять принятые сообща решения о размещении беженцев в странах ЕС, о сотрудничестве в деле регистрации иммигрантов, о предотвращении терактов. Но на это никто не идет. Даже обещанные Эрдогану миллиарды за размещение беженцев в Турции ЕС собрать не может. Германия оказалась на острие турецких противоречий с ЕС, но только ли одна за них в ответе?

Удо Штайнбах, едва ли не самый известный немецкий востоковед, отмечает: "Турция в 1999-м получила официальный статус кандидата на вступление в ЕС. Был согласован длинный каталог условий, которые необходимо для этого выполнить. Эрдоган сумел реализовать многие из них. Например, отменил смертную казнь, признал "наличие проблемы курдов", согласился, что решать ее можно лишь демократическими методами, экономика страны была стабилизирована... Но в ЕС Эрдогану выдвигали все новые требования, не поощряя за сделанное".

Правда, он тут же признает, что истинные намерения Эрдогана неизвестны: действительно ли он хотел вести страну в ЕС или думал лишь об укреплении личной власти? Если у него другие цели, то отказ европейцев ему на руку: турки ему скорее поверят, что европейцы им не друзья. Но в любом случае, убежден эксперт, сейчас "сделку о беженцах" нельзя расторгать.

Пока 54 процента немцев с этим согласны. Но вот тревожная цифра: 37 процентов готовы поддержать иной подход — Себастьяна Курца, министра иностранных дел Австрии, который недавно призвал прекратить все контакты с Эрдоганом, упрекая его в том, что тот занимается "вымогательством". "Европа достаточно сильна и самостоятельна, чтобы охранять свои внешние границы",— говорит Курц и предлагает по примеру Австралии оборудовать остров, на котором проходила бы проверка беженцев, выловленных у берегов Европы. Тех, кому политубежище положено, распределять по странам ЕС, а остальных возвращать на родину. Нечто подобное, к слову, делали американцы на острове Эллис (напротив Нью-Йорка), где более 60 лет находился пункт сортировки иммигрантов.

Политолог Бурак Копур, доцент Университета Дуйсбурга — Эссена, уверен, что срыв "сделки с Эрдоганом" чреват серьезными последствиями не только для самих беженцев, но и для безопасности в Европе. Копур цитирует запись, сделанную недавно в Twitter, австрийского канцлера Кристиана Керна сторонником Эрдогана: "Турция отправит всех беженцев в Австрию, и ИГ (запрещенная в России террористическая организация.— "О") уничтожит ваше правительство". Такие угрозы не редкость, отмечает политолог, "они показывают, из какого теста слеплены сторонники президента Турции". И ссылается на данные лондонского центра изучения радикализации и политического насилия: в рядах ИГ насчитывается не менее 2300 граждан Турции. "В случае расторжения договора по мигрантам они могут оказаться в Европе",— говорит Копур. И напоминает: июльские теракты в Баварии (в Ансбахе и Вюрцбурге — см. "Огонек" N 30 за 2016 год) были совершены беженцами, которых уже в ФРГ нашел через интернет вербовщик ИГ. Об этом немцы узнали от американской электронной разведки АНБ. Правда, уже после терактов.

Германия, о чем все чаще здесь говорят, оказалась на излете лета 2016 года в незавидном положении заложника, судьбу которого определяют внешние "игроки" — Турция и мигранты. На днях стало известно, что за минувшие полгода 1719 турецких граждан запросили политического убежища в ФРГ. Это почти столько же, сколько за весь 2015 год, и миграционная служба прогнозирует усиление потока, поскольку ситуация внутри Турции накаляется. Основная часть обратившихся — это турецкие курды, которые бегут от войны с юго-востока страны. Отправлять их обратно (по Конституции) нельзя. Но если они останутся, это еще больше "разочарует" Эрдогана, а значит, внутренние турецкие конфликты будут все сильнее ощущаться в Германии...

  • Всего документов:
  • 1
  • 2

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы

Социальные сети

все проекты

обсуждение