Коротко


Подробно

Фото: Станислав Залесов / Коммерсантъ   |  купить фото

Нефтяной налог мельчает на глазах

НДД может быть применен только для новых месторождений

Хотя законопроект о налоге на добавленный доход (НДД) в нефтяной отрасли внесен в правительство, его судьба по-прежнему зависит от спора между Минфином и "Роснефтью" по налоговым льготам для Самотлора. Если "Роснефть" добьется своего, Минфин собирается отказаться от применения НДД на старых месторождениях. В таком случае налог, который исходно разрабатывался для изменения системы взимания доходов с добычи нефти, выродится просто в еще одну льготу для отдельных месторождений.


Механизм введения НДД, законопроект о котором уже внесен в правительство, может быть существенно скорректирован из-за позиции "Роснефти", настаивающей на снижении НДПИ для Самотлорского месторождения вдвое. Это было одним из условий иностранных инвесторов Glencore и QIA в ходе приватизации "Роснефти" в конце 2016 года. Но Минфин категорически против, предлагая просто включить Самотлор в пилотные проекты по НДД.

Если правительство все-таки согласится дать Самотлору льготу по НДПИ, то Минфин не станет включать старые месторождения (браунфилды) в пилотные проекты по НДД вообще, сообщил "Ъ" директор департамента налоговой и таможенной политики Минфина Алексей Сазанов. "Если льгота по НДПИ для Самотлора будет поддержана, то никаких выпадающих доходов не будет, так как в этой ситуации Минфин будет категорически против эксперимента НДД на браунфилдах. Тогда под НДД попадут только новые месторождения (гринфилды), а по ним нет выпадающих доходов",— сказал он. По данным "Ъ", вопрос по льготам для Самотлора должен быть решен на совещании у помощника президента Андрея Белоусова (также является главой совета директоров "Роснефти").

Согласно внесенному в правительство варианту законопроекта по НДД, налог в пилотном режиме может быть распространен на участки шельфа Каспия, где добыча началась до 2016 года (например, месторождение Корчагина ЛУКОЙЛа), гринфилды Восточной и Западной Сибири (выработанность не более 5%), а также браунфилды Западной Сибири (выработанность не менее 80%). Сейчас НДПИ взимается с объемов добываемых нефти и конденсата, тогда как по замыслу Минфина НДД будет рассчитываться по ставке 50% от разницы между расчетной выручкой от реализации нефти и расходами на добычу, транспортировку и уплату НДПИ (в меньшем размере, чем сейчас).

Внедрение НДД для гринфилдов и браунфилдов имеет принципиальное различие: в первом случае Минфин предлагает компаниям просто обменять на НДД уже существующую льготу по экспортной пошлине (это нейтрально для бюджета), тогда как во втором случае бюджет может понести потери. Минфин оценивал эти потери для пилотных проектов в сумму до 50 млрд руб. и предлагал фронтально повысить НДПИ для всех компаний, чтобы компенсировать их. В последней редакции законопроекта Минфин снизил предельный уровень вычитаемых затрат для браунфилдов с 9520 до 7140 руб. на тонну, что должно сократить объем возможных потерь бюджета примерно вдвое, однако пока позиция министерства о необходимости роста НДПИ не изменилась.

Против такого шага выступали игроки, которые не планируют участвовать в пилотных проектах, в частности, за "Татнефть" заступался глава Татарстана Рустам Минниханов (см. "Ъ" от 23 декабря 2016 года). Если в результате споров по Самотлору пилотных проектов по браунфилдам вообще не будет, этот вопрос уладится. Но тогда сама идея НДД станет во многом бессмысленной, а возможность распространения налога на основную массу нефтяных месторождений в РФ (что исторически было главной целью дискуссии) закроется.

Управляющий активами компании Small Letters Виталий Крюков считает, что льгота по НДПИ для "Роснефти" по Самотлору может спровоцировать конфликтные ситуации, так как другие компании тоже хотят льгот для своих обводненных месторождений. Кроме того, считает эксперт, непримиримая позиция компании может серьезно повлиять на сроки принятия закона об НДД.

Дмитрий Козлов, Юрий Барсуков


рекомендуем

Наглядно

все спецпроекты

актуальные темы

все темы
все проекты

обсуждение