Пуччи над городом

080 Номер от
Пуччи над городом
       Прошедшая IX Неделя высокой моды показала, что интерес к российскому рынку со стороны мировых модных домов не иссякает. Как и интерес к ним у московской публики. О доме Emilio Pucci — участнике недели, коллекцию которого в Москве увидели впервые, рассказывает корреспондент "Денег"

Из лыжников в дизайнеры
       Эмилио Пуччи, маркиз Барсенто, любимый дизайнер Софи Лорен и Грейс Келли, изобретатель брюк капри и "отпускной моды" попал в модную индустрию по большому счету случайно. Его основными увлечениями долгое время оставались спорт и женщины. Благодаря им он и прославился.
       Пуччи родился в знаменитой флорентийской семье в 1914 году. В возрасте 20 лет его главным достижением было попадание в олимпийскую лыжную команду Италии. Во время Второй мировой войны, как и многие аристократы, Эмилио стал пилотом военно-воздушных сил. Биографы Пуччи отмечают, что он был отчаянным летчиком,— это подтверждают шесть государственных наград за храбрость, полученных Эмилио. Потом он признается, что впечатления и эмоции, полученные на боевых заданиях, нашли свое отражение в его абстрактных печатных рисунках. Впрочем, его военная карьера довольно быстро заканчивается из-за любовной истории с дочерью Муссолини. В результате Пуччи ненадолго попадает в тюрьму. Его выпускают с условием, чтобы он покинул страну. Пуччи отправляется в Швейцарию.
Эмилио Пуччи всегда включал в коллекцию спортивные костюмы. Кристиан Лакруа соблюдает традиции
Чтобы как-то обеспечивать свое содержание, он организует лыжную команду и сам берется создавать для нее костюмы. Форма выглядела так: красные рейтузы, белые брюки из водонепроницаемой ткани, белая парка и свитер с большой красной буквой R на груди. Впрочем, мыслей о том, чтобы заниматься моделированием одежды всерьез, у него не было. Просто Эмилио нравилось хорошо одеваться и не нравилось, как выглядят костюмы лыжников. Правда, опыт создания одежды у него уже был: еще в довоенное время Эмилио придумал спортивный ансамбль для себя и своей девушки — естественно, с целью поразить ее. Девушка пришла в восторг, впрочем, как и наблюдавшие за романом друзья. Над парочкой в ярких костюмах потешались вовсю: тогда одеваться пестро было не принято.
       В модную индустрию Пуччи привел очередной роман с замужней дамой. Она позировала фотографу в лыжном костюме, созданном Эмилио для спортивной команды, и по счастливому стечению обстоятельств эта фотография попала на стол главного редактора Harper`s Bazaar. Авангардный костюм, созданный Пуччи, вызвал у американских модных критиков бурю восторгов. Пуччи вызывают в Нью-Йорк, и он сразу же получает заказ от крупного универмага Lord & Taylor. А знаменитая фотография выходит в свет в декабрьском номере Harper`s Bazaar 1948 года под заголовком "Итальянский лыжник, создающий одежду". В статье, посвященной новоявленному дизайнеру, читателям пообещали, что одежда, созданная итальянцем Эмилио, вскоре появится в продаже. Тогда одежда от Pucci продавалась по очень демократичным ценам: хлопковая рубашка стоила всего $12,95, а шелковая парка — $45.
       
Психоделика в коротких штанишках
       Успех в Америке помог Эмилио Пуччи основать собственный модный дом уже в 1951 году. Он располагался во Флоренции, в фамильном семейном дворце. Тогда же Пуччи открыл собственные фабрики на Капри и в Нью-Йорке. Вскоре появляются первые бутики — в Риме, Монтекатини и на острове Эльба.
       На счету дизайнера Пуччи революционные для европейской моды XX века новации, взятые, что называется, из жизни. Например, узкие укороченные брюки, которые Пуччи предложил в 50-х, появились после его путешествия на остров Капри. Там он наблюдал за рыбаками, которые из чисто практических соображений — чтобы не намочить в лодке штаны — закатывали их до икр. Отсюда и название придуманных Пуччи брюк — "капри".
       Наблюдения за курортниками навели великого модельера на другую идею — создавать "отпускную моду". Так на подиумах появились девушки, одетые в просторные мужские рубашки, трикотажные вещи в морском стиле и соломенные шляпы.
Возродить дом Pucci Кристиан Лакруа собирается с помощью знаковых печатных рисунков. Несколько лет назад эта формула уже сработала для клетки Burberry. Весенне-летняя коллекция 2003 года
Знаковые для Pucci психоделические печатные рисунки и узоры, ставшие традиционными теплые комбинации розового, лимонно-желтого и оранжевого в контрастном сочетании с холодными оттенками бирюзового, фиолетового, цвета морской волны,— это впечатления Эмилио от средиземноморской цветовой палитры, холодных военных пейзажей, восточной экзотики, современного искусства и флорентийской культуры.
       Особое внимание Пуччи уделял тканям. Он одним из первых использовал материалы, созданные с учетом последних достижений химической промышленности. Именно в коллекциях Пуччи впервые появились эластан и лайкра, одежда с эффектом "стрейч", "ламинированные" ткани. Никогда Пуччи не забывал и своих корней — спортивный стиль всегда так или иначе присутствовал в его коллекциях. Летом это могли быть костюмы для морских рандеву, зимой — ансамбли для лыжных прогулок.
       В психоделические 60-е модницы для выхода в свет благодаря Пуччи облачились в платья и брючные костюмы из джерси с абстрактными печатными рисунками. А для частных вечеринок они выбирали пижамы и домашние костюмы.
       Но созданием одежды Пуччи не ограничился и взялся за дизайн фарфора и домашнего текстиля, разработал логотип для космической экспедиции на "Аполлоне-15" и кузов автомобиля Ford.
       Поклонницами Pucci считаются самые знаменитые женщины 50-х и 60-х: Мэрилин Монро, Софи Лорен, Элизабет Тейлор, Жаклин Онассис, Грейс Келли. Говорят, Мэрилин Монро была похоронена в платье из джерси от Pucci. Впрочем, моду Emilio Pucci признали не только благодарные клиентки, но и критики. В 1954 году и повторно в 1967-м Пуччи удостоился престижной награды в индустрии моды — премии Ньюмана Маркуса.
       После некоторого охлаждения в 70-х следующее десятилетие принесло новую волну интереса к эксцентричным моделям Пуччи. А в 1990 году, за два года до смерти, Эмилио Пуччи наградили специальным почетным призом совета американских дизайнеров моды. Однако после смерти Пуччи для его дома начались не самые счастливые времена.
       
Поклон Маркизу
       Руководство домом Пуччи взяла в свои руки дочь Эмилио, Лаудомия. Она обращалась к разным дизайнерам, но никому из них не удавалось создать коллекции, которые вызвали бы положительный отклик у критиков и клиентов. Выходом из кризисной ситуации стал альянс дома с мировой модной промышленной группой Louis Vuitton Moet Hennessy (LVMH), которая в апреле 2000 года приобрела 67% акций компании Emilio Pucci Srl. Именно LVMH
предоставляет итальянскому модному дому ресурсы для развития бизнеса. А в 2002 году благодаря усилиям главы LVMH Бернара Арно главным дизайнером дома становится Кристиан Лакруа. Лаудомия Пуччи признает, что после смерти отца "много было сделано, но это все было в основном интерпретацией, а не воссозданием идей Пуччи. А с Лакруа мы начали двигаться в верном направлении".
       В том, что кандидатура Кристиана Лакруа — наиболее удачный выбор, не сомневался никто. Уже прославившийся дизайнер, у которого за плечами работа для легендарного модного дома Jean Patou и коммерчески успешный собственный брэнд, Лакруа ко всему прочему был искренним поклонником творчества Пуччи. "Мне кажется, что между домом Pucci и моим собственным вдохновением есть тесная связь",— говорит французский кутюрье. И признается, что некоторые из его первых эскизов были навеяны именно Пуччи, а коллекция 1988 года, которая называлась "Поклон Маркизу", была целиком посвящена великому итальянцу.
       Весенне-летняя коллекция 2003 года, созданная Лакруа и представленная домом Pucci в Москве,— сексуальные шифоновые платья со знаковыми печатными рисунками — уже собрала благоприятные отклики у модных критиков и клиенток. Кстати, сегодня среди верных поклонниц Pucci не менее звездные имена, чем в 50-х,— Палома Пикассо, Мадонна, Наоми Кэмпбелл, Брук Шилдс, Дженнифер Лопес, Джулия Робертс опять выбирают психоделические узоры Pucci.
       

НАСЛЕДНЫЙ ДИРЕКТОР
       
"Не нужно забывать о традициях итальянской семьи"
       В 2000 году большая часть акций дома Pucci перешла к группе LVMH, а должность имидж-директора заняла Лаудомия Пуччи. О том, почему сегодня модный дом не может существовать без финансовой поддержки со стороны, Лаудомия Пуччи рассказала корреспонденту "Денег"
       
— Главным дизайнером дома стал Кристиан Лакруа. Чем продиктован такой выбор?
       — Не нужно забывать, что 67% акций дома принадлежат нашему партнеру — группе LVMH, у нас только 33%. Это решение — выбор LVMH. Конечно, они советовались с нами, потому что дом должен находиться в хороших отношениях со своим владельцем,— это касается и деловых вопросов, и творческих. И мы согласились с кандидатурой Лакруа. Честно говоря, этот выбор меня не удивил. Лакруа известен своими достижениями, это человек высокого образования, культуры, вкуса. У него огромный профессиональный опыт, который позволил ему погрузиться в мир Pucci и понять его. Это не так просто. Я думаю, что Лакруа нашел себя в доме, а мы нашли в нем дизайнера, способного создавать одежду от Pucci.
Еще для меня важно то, что Кристиан Лакруа всегда восхищался домом Pucci, тем, что делал отец. Я вижу, что ему удается сохранять традиции дома, совмещать в одежде спорт, из которого мы вышли, и элегантность.
       — Возвращение к цвету — одна из основных тенденций современной моды. Вы не связываете интерес к дому Pucci с этим обстоятельством?
       — То, что дизайнеры наигрались в черное и белое, замечательно. В моду действительно возвращается цвет — насыщенные, яркие, солнечные оттенки. Но все-таки, думаю, этого было бы недостаточно, чтобы возродить марку. У нас есть и другие козыри. Наш архив — набивные шелка, рисунки — его можно цитировать бесконечно.
       — Помимо назначения главного дизайнера какие еще решения может принимать LVMH?
       — За два с половиной года нашего сотрудничества мне ни разу не пришлось сомневаться в правильности того или иного решения LVMH. Как ни странно, мы работаем в полной гармонии.
       — Модных домов, которые абсолютно независимы в своих решениях, почти не осталось. Можно ли, на ваш взгляд, обойтись сегодня без финансовой поддержки?
       — Мы знаем именитые модные дома, которых больше не существует. Те, что выжили, пошли на сотрудничество с финансовыми группами или остались маленькими ателье. Дом Pucci всегда работал на международном рынке, поэтому создавшаяся ситуация вынудила нас обратиться за помощью, чтобы была возможность роста. Есть две проблемы, которые просто неразрешимы без финансовых вливаний со стороны: во-первых, обходясь только своими силами, компания не сможет расти, во-вторых, для работы на глобальном международном рынке нужен грамотный менеджмент. Именно эти проблемы были решены после передачи LVMH контрольного пакета акций.
       — Для Эмилио Пуччи американский рынок стал доступен одновременно с европейским. Каковы сегодня приоритеты компании? И когда одежда Pucci появится в России?
       — Дело в том, что Америка всегда была благосклонна к моему отцу и его работам. Первая же его коллекция была встречена там с восторгом. Так исторически сложилось, что в США всегда относились к имени Pucci с особой любовью, а мы всегда обожали Америку. Там у нас два магазина — в Нью-Йорке и Палм-Бич. И еще два работают по лицензии. Это второй по величине рынок после итальянского. Что касается России, то, конечно, нас интересует этот рынок. Иначе мы бы не приехали на московскую Неделю высокой моды. Но пока говорить об открытии здесь магазина преждевременно, этот рынок нужно еще изучать.
       — Марки, принадлежащие группе LVMH, довольно широко представлены в Москве. У нас есть бутики Christian Dior, Givenchy, Kenzo, Fendi, в январе откроется бутик ведущей марки группы — Louis Vuitton. Открытие бутика Pucci в Москве — вопрос времени или подобного принципиального решения не существует?
       — Нет, такого решения нет. Хотя одно из направлений развития компании сегодня — это расширение розничной сети. Но мы не знаем, как российская публика воспримет нашу одежду. Мы не хотим просто продаваться здесь, мы хотим, чтобы в России полюбили Pucci.
       — Как вы оцениваете Неделю высокой моды?
       — Дефиле — наилучший способ представить коллекцию публике. Я очень довольна показом. Меня удивила такая живая реакция зрителей — это особенность Москвы. У русских есть тонкое чувство красоты, интерес к высокой моде как искусству. Это я могу сказать даже по работе с манекенщицами — все девочки с необычайным интересом и удовольствием мерили и показывали модели. Вообще, я отметила, что Москва — очень модный город. Я успела побывать во многих бутиках: мне понравилась организация, внимание к деталям. Особенно отмечу бутик James. И конечно, Третьяковский проезд — все сделано очень красиво.
       — Вы занимаете пост имидж-директора. Вас не смущает такая роль — следить за тем, как живет дело отца?
       — Для меня это естественно. Отец всегда привлекал меня к работе. В 25 лет я уже вела почти все дела — отец последние три года сильно болел. Он всегда очень доверял мне, верил в меня. И не нужно забывать о традициях итальянской семьи. Мама и брат очень мне помогали. Я не могу бросить дом, который построил мой отец.
       

       
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...