"Война обладает свойством пробуждать в людях садистов"
Совет национальной безопасности Украины заявил об идентификации более 200 тел силовиков, погибших в зоне конфликта. Дмитрий Губин — о том, о чем нередко молчат, когда речь заходит о массовых смертях на войне.
Фото: Фото из личного архива Д. Губина
Меня коробит пафос сообщений в сетях типа "вскрытые под Донецком могилы свидетельствуют о зверствах бандитов". Просто потому, что в зависимости от флага на аватарке под "бандитами" может подразумеваться любая из сторон в гражданской войне.
О том, что любой военный конфликт привлекает людей лихих, агрессивных, часто не ладящих с законом, хоть вполголоса, но говорится. Это привлечение может контролироваться государством, как, например, Французский Иностранный легион. А может идти стихийно, как это нередко бывает с добровольцами.
Но дело не в принципах отбора, а в том, что среди людей, стремящихся на войну, немало и откровенных садистов, любящих издеваться, подавлять и убивать. А об этом говорят крайне мало. И уж совсем не говорят о том, что война обладает свойством пробуждать садистов в людях, которые прожили бы в иных обстоятельствах милую и мирную жизнь. Трудно назвать Салмана Радуева милым и мирным. Но вообще-то до чеченской войны он был активным комсомольцем, умелым штукатуром и бригадиром стройотрядов.
Пробуждение садизма войной — тяжелая тема. На излете советской эпохи я собирался писать о погибшем в Отечественную войну сыне полка, мальчишке-герое. И помню шок, который испытал, когда узнал, что он уничтожал пленных, которых ему доверяли. Он убивал их так, что Чикатило отдыхал. И старик-ветеран, сообщивший детали, умолял меня тему замять.
Боюсь, гражданская война под Донецком уже породила немало таких Чикатил с обеих сторон, поэтому я бы остерегся, не разбираясь с конкретными обстоятельствами, петь осанну героям, записывая их в герои просто потому, что убивали врагов. Когда наступит мир, обе стороны еще хлебнут проблем со своими садистами.
А конкретные обстоятельства массового уничтожения людей должны выявлять военные международные трибуналы, подобные Нюрнбергскому.
И чем раньше начнут работу такие трибуналы, тем лучше.