Андрей Бильжо: "В Грузии никакой русофобии не существует"
Россияне меньше ездят за границу из-за боязни русофобских настроений, сообщила пресс-секретарь Российского союза туриндустрии Ирина Тюрина. Многие отказались от отпуска за рубежом не только из-за слабеющего рубля, но и опасаясь русофобских настроений, пояснила она. Ведущая "Коммерсантъ FM" Наталья Жданова обсудила тему с Андреем Бильжо, известным художником, писателем и ресторатором, а по образованию психиатром.
Фото: Ирина Майорова, Коммерсантъ
— Не далее, как вчера в 12 часов я прилетел из города Тбилиси.
— И как, есть там русофобские настроения, вы заметили что-то?
— Хочу начать с известных строчек:
На холмах Грузии лежит ночная мгла;
Шумит Арагва предо мною.
Мне грустно и легко; печаль моя светла;
Печаль моя полна тобою,
Тобой, одной тобой... Унынья моего
Ничто не мучит, не тревожит,
И сердце вновь горит и любит — оттого,
Что не любить оно не может.
Александр Сергеевич Пушкин.
Понимаете, в чем дело: не то, что невозможно почувствовать русофобию, а ты чувствуешь какую-то невероятную любовь, и это не только я. Я вчера написал в Facebook маленькую заметочку. О своих путешествиях по Грузии не первых, и столько уже комментариев там навалилось однотипных: все, кто был в Грузии испытывают это чувство. Самолеты летают туда и прямыми рейсами, и с пересадкой в Тбилиси, грузинские авиакомпании в основном, но какая-то удивительная потрясающая атмосфера какой-то любви.
Когда слышат, что ты говоришь по-русски, с тобой ту же переходят на русский язык с какой-то радостью, с какой-то жаждой хотят говорить на русском языке, говорят, что "мы соскучились по русскому языку, мы так вас любим".
Иногда задают вопрос для чувствительных людей ранимый, потому что спрашивают: "Мы вас так любим и любили, зачем вы с нами так, почему?".
Ведь на самом деле до сих пор в Грузии нет российского представительства, хотя говорили, что сменится Саакашвили, а прошло уже два года, и жители Грузии, включая русских, не могут сюда прилететь. Но это другая сторона, это уже политическая составляющая. Но, несмотря на это, хотят угостить, хотят угодить, причем я не имею в виду каких-то официальных лиц или друзей — это само собой, друзья вообще не отпустят тебя и будут говорить с тобой бесконечно и выпивать бесконечно. Нет, простые люди. Я человек любознательный, любопытный, внимательный, поэтому я разговаривал с разными людьми, просто на улице разговаривал, с таксистами разговаривал.
Грузины очень легко вступают в разговор, моментально, вот стоит задать вопрос: "Как пройти на Шота Руставели или Бараташвили?", где есть Сухой мост, где потрясающий блошиный рынок. Все тут же начинают с тобой разговаривать: "Откуда ты? Что ты? Как там? Ну, что? А помнишь, как было?", и так далее.
Как-то я стоял около пекарни, вечер уже был, мы с женой приехали в Тбилиси, я смотрю: свет горит, и там делают хлеб в печи. Я забыл, как называется, не лаваш, а какое-то название, такой лодочкой с загнутыми краями, и стоят просто три грузина, которые ждут, когда свежий хлеб им приготовят. Они спросили тоже: "Откуда ты?". Мы разговорились, пока ждали хлеб. Дальше хлеб уже готов, и уже поднесли этот поднос, там из подвала подают, и один грузин говорит мне: "Тебе сколько надо?". Я говорю: "Да, мне один только попробовать". Он говорит: "Три хлеба возьми, я оплачу". То есть совсем простой грузин подарил мне три свежих, горячих хлеба, и мы пошли с женой через мост. Было уже темно и как-то прохладно, и какое-то уличное кафе, мы сели за столик, думая, что мы сейчас что-то закажем, потому что неудобно, у нас с со своим нельзя. Подбегает девочка и говорит: "Вам хлеб нарезать? Может быть, что-то еще принести?".
— То есть обычные человеческие отношения вне политики совершенно?
— Абсолютно, не только обычные человеческие — такие человеческие, по которым мы здесь соскучились. Просто голодное желание с тобой общаться и тебя чем-то, чем возможно, порадовать. Совершенно нормально, ты можешь попросить о чем угодно, тебе пойдут и покажут, тебе могу не объяснять "пойдешь направо, потом свернешь налево" — пройдут и покажут. И вот это поразительно, никакой русофобии вообще не существует!
Почти все говорят на русском языке. Старшее поколение, те, кому за 30 — точно, часть народа из семей, где говорили по-русски, говорят по-русски. Молодежь сейчас первично грузинский, английский, и второй язык русский по выбору.
Где я только не был, я проехал по Кахетии, где угощают, просто угощают вином "Попробуй стакан вина", тебе наливают, и вина вкусные. И был как раз в местечке Джвари, откуда строчки хрестоматийные:
Немного лет тому назад,
Там, где, сливаяся, шумят,
Обнявшись, будто две сестры,
Струи Арагвы и Куры,
Был монастырь.
Вот этот монастырь Джвари, на горе ты стоишь около этого монастыря, там стоит памятник Лермонтову. Истории Грузии и России так тесно переплетены: от могилы Александра Сергеевича Грибоедова до всей семьи Чавчавадзе. Нино Чавчавадзе была женой Александра Сергеевича Грибоедова, и продержала после его смерти, хотя год была на нем жената, траур до конца своей жизни. А семья Чавчавадзе, Александр был крестником императрицы Екатерины Второй. В общем, так все перемешано: любят Пушкина, любят Лермонтова, знают.
Не бойтесь, ничего плохого вы никогда не услышите в Грузии, она великолепна, разнообразна и чудесна: от музыки до вина, потрясающая, на самом деле страна, дорогие мои друзья.
— Все, все едем в Грузию.
— Запросто, на самом деле. Да, кстати, визы никакой не надо вообще, вам даже на паспортном контроле не зададут ни одного вопроса: "Куда вы? Где остановились? Зачем вы едете?", — ни одного вопроса. Вам улыбаются, ставят штамп и говорят: "Давайте, будьте здоровы".