"У изгоя есть одно преимущество — он может наплевать на общие правила"
Федеральная антимонопольная служба выступила против законопроекта режиссера Никиты Михалкова. Документ о борьбе с пиратством подразумевает сбор с каждого интернет-пользователя в пользу правообладателей. Журналист Дмитрий Губин рассуждает, какой может быть защита интеллектуальной собственности в России в 2015 году.
Фото: Фото из личного архива Д. Губина
Прогнозы если и сбываются, то случайно. Прогноз даже на год вперед — это всего лишь wish list дающего прогноз, то есть скорее надежда, чем расчет. Но у меня на следующий год тоже есть мечта, и она связана с мрачным прогнозом, состоящим в дальнейшем превращении России в страну-изгоя. У изгоя есть одно преимущество — он может наплевать на общие правила. Мы в принципе и так на них плевали, но удивительным образом плевали на разумные и с какой-то яростью следовали неразумным. Печальный пример такой неразумности, с моей точки зрения, — это борьба с так называемыми пиратами и соблюдение копирайта в том виде, в каком его сформулировала Америка индустриальной поры, эпохи корпораций и монополий, то есть, говоря словами Ноама Хомского, несправедливого неолиберализма.
Копирайт, действующей 70 лет после смерти создателя произведения, придуман вовсе не для того, чтобы кормить всю жизнь творца, его детей, внуков и правнуков, хотя это тоже несправедливо. А для того, чтобы кормить "жирных котов" типа EMI, Universal или Walt Disney, намеренных вечно на манер дядюшки Скруджа брать мзду с каждого мышонка Микки. Копирайт американского типа благоприятен для корпораций, но вреден для общества. Самый первый закон о копирайте — так называемый статут королевы Анны 1710 года, защищавший правообладателя в течение лишь 14 лет после публикации, куда больше соответствует духу информационной эпохи и общественному благу.
Почему синефилы должны весь свой век кормить Голливуд или "Мосфильм", а наследники Набокова могут запрещать ставить по Набокову фильмы? Почему за самую ветхую Windows нужно все еще платить Microsoft’у? Продолжу ряд — почему патентное право ставит жизнь бедных больных в зависимость от интересов Pfizer?
Россия после краха СССР, как это нередко бывает с аутсайдерами, добилась прорывов именно в тех отраслях, которые в СССР вообще не существовали, — в компьютерных программах, в использовании цифровой техники. Нам нужно было закрепить свой успех в свободном обороте информации, но мы, как дураки, повернули назад и продолжаем пятиться в диком низкопоклонстве даже не перед Западом, а перед властью западных корпораций.
Моя мечта, или, если хотите, мой прогноз на 2015 год состоит в том, что мы по праву изгоя объявляем себя информационными робингудами. Мы выходим изо всех международных договоров по защите интеллектуальных прав. Мы признаем и защищаем право на любую интеллектуальную собственность лишь в течение 14 лет после ее создания. После этого объявляем ее принадлежащей обществу. Это касается не только фильмов, музыки, книг, но и любых интеллектуальных прав, включая патентные.
Это звучит дико? А, собственно, почему? На интеллектуальном копировании в обход корпоративных интересов поднялся Китай — и продолжает подниматься. Если и разворачиваться на Восток, то в этом смысле. Если хотите, можно назвать этот шаг российскими антисанкциями. И пусть все флаги будут в гости к нашим серверам, и пусть каждый скачивает, что пожелает. Замечательный тогда был бы у нас 2015-й год!