"Это в большей степени протестное голосование"
Блок Никола Саркози лидирует на региональных выборах во Франции. Об этом сообщают французские СМИ. Профессор кафедры международных отношений и внешней политики России МГИМО Евгения Обичкина обсудила тему с ведущей "Коммерсантъ FM" Дарьей Полыгаевой.
Французский политик Марин Ле Пен
Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ
После обработки 70% бюллетеней, правоцентристы получили 36,5% голосов, левый блок набирает 35,8%, а партия "Национальный фронт" — почти 26%. Ее лидер Марин Ле Пен уже призвала действующее правительство страны, возглавляемое социалистом Манюэлем Вальсом, подать в отставку.
— Скажите, такие результаты вас удивили или они были ожидаемыми?
— Результаты неудивительны просто потому, что популярность у социалистов достаточно низкая, потому что они так и не нашли рецептов преодоления экономического кризиса. И вот это всеобщее разочарование. Все-таки прошло уже почти три года с тех пор, как они у власти, и выяснилось, что практически единственное их достижение — это разрешение однополых браков. А главные проблемы, которые затрагивают интересы подавляющего большинства французов, — это слабый экономический рост, практически нулевой, это деиндустриализация, это потеря рабочих мест и просто очень пессимистичный в целом взгляд на будущее целого поколения французов.
Это разочарование избирателей, которые голосовали за левых, это, конечно, негодование тех, кто проиграл на прошлых выборах, то есть тех, кто поддерживал республиканских правых, я имею в виду партию Никола Саркози "Союз за народное движение". И это, конечно, все льет воду на мельницу "Национального фронта", потому что они заранее говорили о том, что неэффективна программа левых сил, и заранее они позиционировали себя как партия, которая знает очень простые ответы на очень сложные вопросы, которые стояли перед французским обществом и стоят сегодня, потому что проблемы только усугубились, все те, которые были в 2012 году, когда Франсуа Олланд пришел к власти. К ним добавились еще новые, в частности рост мусульманского экстремизма, качественный рост. Франция ведет борьбу с ИГИЛ и в Африке, и на Ближнем и Среднем Востоке, и внутри Франции. Есть уже целый отряд порядка тысячи человек, которые из Франции едут или хотят ехать воевать за ИГИЛ. И все эти проблемы привели к росту разочарования, и это результат выборов показывает.
— Партия Никола Саркози и партия Марин Ле Пен предлагают решение этих проблем?
— Марин Ле Пен очень внятно критикует и деятельность правительства, и деятельность правых республиканцев, которые были до этого правительства, — деятельность Никола Саркози и правительство, которое вообще занимались политикой французской, и республиканский истеблишмент, который правил Францией в последние 20 лет. И она обвиняет их во всех французских бедах сегодняшнего дня. Но рецепты, которые она предлагает, казалось бы, очень простые и внятные, но трудновыполнимы, потому что очень серьезные структурные проблемы, проблемы общественного плана, связанные просто с общественной трансформацией. Например, проблема эмиграции. Ее не решить теми простыми рецептами, которые предлагает Марин Ле Пен. Но в то же время это импонирует многим избирателям, которые этим голосованием в первом туре выражают свое разочарование республиканским истеблишментом, как социалистами, так и UMP, "Союзом за народное большинство", так и говорят о том, что нужны какие-то принципиально новые рецепты. А в рамках республиканских свобод, республиканских институтов эти новые рецепты, скорее, последуют от партии Саркози, чем от той партии, которая пребывает у власти. Просто потому что она уже у власти три года и она с основными бедами французского общества так и не справилась.
— Кстати, я правильно понимаю, что эксперты предсказывали победу партии Марин Ле Пен?
— Я как раз всегда очень осторожно относилась к таким прогнозам, что Марин Ле Пен и ее партия "Национальный фронт" победит. Да, то, что сделал "Национальный фронт" в последние годы, эти две выбранные консультации, избирательные консультации, одна — это выборы в Европарламент, а другая — это выборы департаментские, муниципальные местные выборы, первый тур которых прошел в воскресенье. С одной стороны они показывают очень серьезный рост популярности Марин Ле Пен. Все-таки в среднем раньше в предыдущее десятилетие где-то 15-16% самые большие у нее были результаты вместе с другими ультраправыми. Я имею в виду партию Филиппа де Вилье. Самые большие результаты были — 19 с небольшим процентов — на президентских выборах 2002 года, когда партия отца Ле Пен, тот же самый "Национальный фронт", прошла во второй тур президентских выборов.
А что касается просто победы, что это будет партия номер один, здесь я всегда была очень осторожна, прежде всего потому, что Франция демократическая страна с очень сильной демократической традицией, и пока еще эта основная линия не преодолена даже экономическими страхами, что касается будущего экономического развития Франции и даже страхом перед ИГИЛ. И вот этот страх еще недостаточно силен для того, чтобы перечеркнуть десятилетия, два века демократического развития, когда французская демократия все время шла по нарастающей и выработала в себе неприятие тех черт, которую отличают партию Марин Ле Пен — ксенофобия, расизм, антисемитизм, все-таки это было табуировано во второй половине XX века во Франции, к этому Франция очень долго шла и, казалось бы, пришла. И поэтому у "Национального фронта", как у крайней правой партии, не разделяющей в целом республиканские ценности, была стойкая довольно база, но эта база все-таки это порядка 15%. Остальные — это отчаявшиеся. Это голосование отчаяния и протеста, это в большей степени протестное голосование. Поэтому я даже не удивилась бы, если бы во втором туре этих выборов партия "Национального фронта" завоевала чуть меньше голосов, чем в первом.