Вопрос на запивку
Лидия Маслова о том, «чё там у хохлов»
Новая модная фигура речи «Чё там у хохлов?» за каких-то пару недель уверенно вошла в хит-парад главнейших, можно даже сказать, проклятых русских вопросов наряду с «Кто виноват?», «Что делать?», «Ты меня уважаешь?», «Чё как?» и «Есть чё?». Сетевые ораторы соревнуются за приписывание себе авторства новой крылатой фразы, а также за то, кого больше раз где-нибудь забанили за ее употребление, и замыливают свежеиспеченный мем, вставляя его куда ни попадя. От этого, конечно, снижается первоначальная выразительность и действенность гениального риторического приема, по идее позволяющего блистательно переломить ход любой беседы в свою сторону и перетянуть на себя одеяло в любом споре, не хуже традиционных аналогов: «Прекрасная погода, не правда ли?» или «А кто не хочет сахару или сливок?»
Фото: Данил Шостак, Коммерсантъ
Кому принадлежит авторство и обстоятельства, при которых хохлятский вопрос впервые встал ребром, точно установить не представляется возможным — думается, ближе всего к истине версия, что фразу придумала какая-нибудь больно умная и проницательная поисковая система типа «Яндекса», имеющая обыкновение самонадеянно предугадывать желания пользователей и на первые же слова запроса выбрасывающая набор самых насущных и популярных вариантов.
Конечно, что еще может интересовать российского жителя, задумчиво вбивающего в поисковую строку «что там», кроме как положение дел на Украине, из которой что-то давненько не было вестей в официальных СМИ?
Отошел от телевизора поставить чайник — а украинская ситуация изменилась так стремительно и непредсказуемо, как невозможно и представить в неповоротливой России, где каждый день почти одно и то же (например, опять кому-нибудь шьют уголовное дело за танцы в не предназначенных для этого местах). И как еще может назвать обитателей Украины неравнодушный к их судьбе россиянин, сомнительным, но в общем беззлобным наименованием «хохлы» вписывающий свежий мем в старинную фольклорную традицию, в которой Василий Иванович интересовался у китайцев: «Привет, хохлы, чего прищурились?»
Вот и пишут измученные информационным голодом россияне на всех доступных им твердых и мягких поверхностях, во всех сетевых дневниках и на всех заборах «Что, что, что же там такое у них, у этих хохлов?», заменяют полюбившимся вопросом строчки из шлягеров (одна из лучших находок: «И лампа не горит, и врут календари, и если знаешь, че там у хохлов, то говори»), сочиняют собственные политически дерзкие частушки и старательно клепают всякие инсталляции и демотиваторы, вкладывая культовый вопрос в уста всех наиболее известных киноперсонажей.
Разве что не поступил еще в продажу, скажем, киевский торт, где сакраментальная надпись будет сделана кремом, но, вероятно, это лишь вопрос времени, после чего директора кондитерской фабрики забанят повсеместно в самом широком смысле этого слова.
Пока можно делать различные ставки и заключать пари на то, скоро ли сетевые остряки пресытятся новой словесной игрушкой, увлечение которой принимает уже какой-то немного болезненный и исступленный характер. Но с другой стороны, тут просматривается не только заразительная дурацкая привычка и проявление стадного чувства, а еще и спасительная для психики особенность национального менталитета, не знающего удержу в умении доводить до комического абсурда самую серьезную и трагическую проблему, в данном случае некий информационный перекос в освещении украинских событий. В ответ на принудительное кормление нужным образом отформатированной официальной информацией непокорный и свободолюбивый русский язык дружно блюет вот такими мемами — и чем они бессмысленнее и тупее на вид, тем больше в них закодировано какого-то нутряного народного здравомыслия и мудрости, о которых не всегда можно догадаться по опросам общественного мнения и результатам выборов, заставляющим либеральную интеллигенцию переживать от косности, покорности и зомбированности своего многострадального народа.