"Порто-франко возвращается"
Министр РФ по развитию Дальнего Востока — о перспективах новой экономической зоны. Беседовала Евгения Васильева
На прошлой неделе случилось нерядовое событие: 12 октября вступил в силу федеральный закон о свободном порте Владивосток, по которому особый экономический режим распространен на территорию 15 муниципальных образований Приморского края. О перспективах новой экономической зоны "Огонек" расспрашивал министра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока Александра Галушку
Александр Галушка, министр РФ по развитию Дальнего Востока
Фото: Дмитрий Коротаев, Коммерсантъ
— Александр Сергеевич, закон о свободном порте Владивосток вступил в силу, эксперты утверждают, что это едва ли не историческое событие. Не слишком ли оптимистична такая высокая оценка? Ведь от потенциала, заложенного в законодательные начинания, до реального экономического эффекта путь может получиться неблизкий. Хотя магия самого термина — порто-франко — конечно же обнадеживает...
— Старый добрый порто-франко действительно возвращается. Но в новом качестве, с новым содержанием и наполнением. С одной стороны, мы опирались на то, что уже сработало в российской истории. А с другой — делали это осмысленно и творчески, исходя из реалий современного мира, в которых мы работаем, ориентируясь на лучшие международные практики с их доказанной эффективностью. В нашей стране зачастую принимаются хорошие законы, однако потом страдает правоприменение, поэтому мы изначально продумывали, как решить такую задачу. Для этого в том числе и был создан наблюдательный совет во главе с курирующим вице-премьером. В его состав вошли представители тех органов власти, от работы которых зависит успешность свободного порта: губернатор, глава законодательного собрания Приморского края, главы муниципальных образований. Концентрация административного внимания максимальная из возможных. Минимизируется бюрократия, волокита и документооборот. Идет не бумажная переписка, а коллегиальные обсуждения за одним столом, когда все получают возможность как высказать свою позицию, так и прийти к согласованному решению. Кстати, первое заседание наблюдательного совета пройдет как раз на этой неделе — 21 октября и будет посвящено не организационным, а сугубо практическим вопросам: обсуждению потенциальных инвестиционных проектов, взаимодействию с резидентами порто-франко. Надо отметить и еще один существенный момент: практически все подзаконные акты, которые необходимы для рассмотрения заявок резидентов и предоставления им статуса, готовы. Мы надеемся, что в течение недели правительство России, а затем Минюст России утвердят все необходимые документы и у нас будет вся соответствующая база. Критерии отбора резидентов внесены в правительство. Подписание соответствующего постановления мы ожидаем в самое ближайшее время.
— Интересно, чем объяснить такую рекордную скорость прохождения документов?
— Закон о свободном порте Владивосток развил идеи, заложенные в законе о территориях опережающего развития (ТОР). По своей сути это расширение представленной в ТОР экономической модели. Сейчас, напомню, создано 9 ТОР, подано 53 заявки от резидентов на общую сумму 225 млрд рублей. А ведь с момента юридического оформления территорий опережающего развития прошло всего несколько месяцев. Активность инвесторов в порто-франко будет не меньшей.
— Это пожелание или констатация?
— На сегодняшний день у нас потенциальными резидентами предложено сразу семь инвестиционных проектов. Для нас это отрадный факт: при вступлении закона в силу мы говорим не только о том, что так здорово, что он принят, а обсуждаем с потенциальными инвесторами практическую реализацию начинаний. Объем заявленных инвестиций по этим семи инвестиционным проектам составляет более 60 млрд рублей. И это только начало, я хочу подчеркнуть. Само по себе это уже говорит о том, что те нормы, те модели регулирования, стимулирования инвестиционной активности, которые в законе о свободном порте Владивосток заложены, востребованы инвесторами.
Более того, мы уже говорим о расширении режима свободного порта на ключевые дальневосточные порты. Об этом заявил в сентябре глава государства на Восточном экономическом форуме во Владивостоке. Соответствующий законопроект нашим министерством подготовлен. В ближайшее время он будет размещен на федеральном портале проектов нормативных правовых актов и начнется его публичное обсуждение.
— Получается, закон едва вступил в силу, а к нему уже поправки пишут?
— Ничего удивительного: данный закон обладает большим потенциалом развития. Минвостокразвития внесло предложения в правительство России по дополнению Федерального закона "О свободном порте Владивосток" и по внесению изменений в отдельные законодательные акты. В частности, инициатива касается регулирования особенностей деятельности на территории приморского порто-франко иностранных медицинских организаций. Актуальность этой новеллы дальневосточникам вполне понятна. Мы знаем, как популярен медицинский выездной туризм в Южную Корею, в Сингапур и другие азиатские центры. И хотим, чтобы благодаря соответствующим изменениям в законе лучшие международные медицинские клиники смогли работать у нас. Тогда нашим гражданам не пришлось бы выезжать за рубеж, качественную медицину можно было бы получить во Владивостоке, на нашей территории создавались бы дополнительные рабочие места, мы могли бы наращивать определенные компетенции международного уровня.
— Были разговоры о возможности введения визовых льгот в Приморье, в том числе и в увязке с режимом свободного порта. Каковы перспективы в этом вопросе?
— Соответствующий проект правительственного постановления подготовлен, мы ожидаем в течение ближайшего месяца принятия этого документа. В законе, отмечу, прописана соответствующая норма. Предполагается, что восьмидневную визу можно будет получить, пересекая границу через территорию свободного порта, в частности, прилетев в аэропорт Кневичи. Такая возможность иностранным гражданам будет предоставляться. Очевидно, что вместе с открытием игорной зоны это стимулирует туристов приезжать к нам во Владивосток. Хорошо известна формула: сегодня — турист, завтра — инвестор.
— Порто-франко — это замечательно. Но сейчас, например, порт Владивостока периодически закрывают, когда из него выдвигаются военные корабли: никто из гражданских судов не имеет права в этот момент двигаться. А временные потери, мы знаем, порождают финансовые. Вступивший в силу закон как-то изменит эту ситуацию?
— Понятно, что у любого государства в современном мире есть вопросы, связанные с обеспечением национальной безопасности и обороны. И все страны, включая Россию, уделяют внимание решению этих вопросов. В то же время вы, наверное, не хуже меня знаете, что порт Владивосток с точки зрения грузовой базы является далеко не самым крупным в Приморье и на Дальнем Востоке. А проект свободного порта касается не только самого порта Владивосток — режим порто-франко объединяет 15 муниципалитетов, территории от порта Посьет до Находки, и в этих приморских портах такого обстоятельства нет. Очевидно, что в силу этого они имеют гораздо больший стимул, потому что не испытывают ограничений развиваться.
Приморский горизонт
Экспертные ожидания от введения нового экономического режима высоки
К территории свободного порта Владивосток относятся все ключевые порты юга Дальнего Востока от Посьета до Находки; аэропорт Кневичи. В зону действия свободного порта входят перспективные крупные международные транспортные коридоры, такие как "Приморье-1" и "Приморье-2". Их реализация позволит получить значимый экономический эффект для региона за счет обеспечения транзита грузов из Северо-Восточных провинций Китая в порты Приморья с последующей отгрузкой на суда в адрес стран азиатского региона.
По предварительной оценке экспертов, в результате создания свободного порта Владивосток ожидается существенный рост ВРП Приморского края — в 2,2 раза к 2025 году (до 1,4 трлн рублей) и в 3,4 раза к 2034 году (до 2,1 трлн рублей). Прирост ВРП Дальневосточного федерального округа к 2025 году может составить 1,97 трлн рублей. Количество вновь созданных рабочих мест оценивается в 84,7 тысячи человек — к 2021 году, 108 тысяч человек — к 2025 году, 468,5 тысячи человек — к 2034 году.