Что могут пустыри
"Dance" Сергея Сапожникова в галерее XL
Выставка фотография
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ
Один из самых известных молодых фотографов России показывает в галерее XL свою первую цифровую выставку, состоящую целиком из черно-белых полуабстрактных кадров, снятых в сотрудничестве с профессиональными танцорами. Рассказывает ВАЛЕНТИН ДЬЯКОНОВ.
31-летний фотограф из Ростова-на-Дону к настоящему моменту продвинулся по зигзагообразной карьерной траектории, совершенно в стиле его фотографий. Начав с местных субкультур, хип-хопа и стрит-арта, Сапожников переключился на фотографию и уже десять лет назад нашел свою манеру, абсолютно не похожую ни на то, что принято считать трендами в молодом искусстве, ни на то, что у нас считается качественной и/или художественной съемкой. Его снимки регулярно ставят в тупик знатоков, ценителей и любителей. Погружение в картинки Сапожникова предполагает перестройку глаза и способность различить в показном хаосе форм и линий неустойчивую гармонию, которая, впрочем, снова распадается на части, чуть только моргнешь. Сколь рафинированными мы бы ни были, от фотографии нам чаще всего нужна понятная эмоция и считываемая информация. Ни того, ни другого в снимках Сапожникова нет. Уцепиться за сюжет тоже не получается. Пожалуй, его фотографии ближе всего полотнам Фрэнсиса Бэкона с их телами, готовыми стечь, как лужа, в неопределенном пространстве. Эти поиски решительнее оценили на Западе: в 2013 году Сапожникову удалось сделать проект для аристократического музея Польди-Пеццоли в Милане, куратором выступил главный фанат художника в Европе, знаменитый Франческо Бонами. В России Сапожников пока не вышел на музейный уровень.
Сапожников хорошо знает западную и нашу фотографию и понимает, что такое изобретение в этой перенасыщенной продуктом разного качества области. Художник понимает, что зазор между снимком, даже моментальным, и многомиллиардным хранилищем изображений, ежедневно пополняющимся стараниями музейных оцифровщиков и пользователей фотосервисов, на данный момент минимален. И чтобы делать новое, надо физически что-то строить, мастерить в кадре, отказываться от "правды", "момента" и прочих давно разоблаченных мифов о фотографии. При этом Сапожников заботится о технической стороне вопроса. Он с гордостью говорит, что "Dance" — это про "новую визуальность": вся выставка снята на ультрадорогую монохромную "лейку". Эта чудо-камера, появившаяся в продаже всего несколько лет назад, лишена цветных фильтров и поэтому не дает шума на черно-белом изображении. И это чувствуется: даже при дешевой печати на самоклейку, как на выставке в XL, такой глубины черного обычными, пусть и профессиональными камерами добиться невозможно.
Ангажировав двух талантливых танцоров из родного города, Сапожников занялся переводом своих идей в два цвета и миллион оттенков серого. Результат выглядит доступнее, понятнее, чем цвет. Это вообще свойство графики, которая часто объясняет, как, а не показывает, что. И тем не менее принципом хаотической сложности Сапожников не поступается. С точки зрения формы Сапожников показывает нам слишком много. Не только человеческий образ, который можно интерпретировать и как тряпку, перемолотую в навязчивой пустоте ростовских пустырей, и как героическое противостояние хаосу, и как абсолютное растворение в нем, но и все конструктивные линии, из которых складывается фотография: Сапожников подчеркивает искусственность кадра и руководит нашим взглядом с настойчивостью режиссера, каковым, собственно, он себя и считает. Выставка "Танец" для него нечто вроде эскиза к будущей масштабной постановке, в которой помимо танца будут и специально написанная музыка, и скульптурные декорации.