«Ундина вовсе не склонна к жертвенной любви»
Обозреватель «Коммерсантъ FM» Марина Тимашева рассказала о премьере балета «Ундина» в Большом театре.
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов
Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов
Перефразируем Чехова: в жилах московских театров течет русалочья кровь.
Совсем недавно сошел с афиши театра «Россия» мюзикл «Русалочка» и еще не отплавала свое прекрасная Русалочка из балета Джона Ноймайера в Музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко, как уже в пятницу Большой театр дает премьеру «Ундины». Не оперу П.И. Чайковского и не балет Перро-Пуни, а совершенно оригинальную постановку Вячеслава Самодурова на музыку немецкого композитора Ханса Вернера Хенце, написанную в середине ХХ века. И за литературную основу взята не сказка Андерсена, а романтическая поэма Фридриха де ла Мотта на средневековый сюжет.
Разница ощутима даже по звучанию слов: «Русалочка» (что-то нежное и теплое) и «Ундина» (холодное и опасное). Ундина вовсе не склонна к жертвенной любви — она решительна, довольно коварна, и ее образ интересовал не только поэтов (Жуковского, Лермонтова, Пушкина), но и композиторов, и балетмейстеров: русалке-вамп посвящено семь опер и пять балетов.
В том спектакле, который в 1958 году в Ковент-Гардене на музыку Хенце поставил Фредерик Аштон, Ундина вышла еще кровожаднее прежней: в соответствии с либретто, Рыцарь умирал от ее поцелуя. Ундину тогда танцевала Марго Фонтейн. В новом балете — Мария Александрова. Умирать от ее любви будет Владислав Лантратов. Постановочная группа интернациональная: музыкальный руководитель — Павел Клиничев, костюмы от Елены Зайцевой, сценограф — Энтони Макилуэйн, художник по свету — Саймон Беннинсон. С ними вместе Вячеслав Самодуров (экс-премьер Мариинки, Национального балета Нидерландов и английского Ковент-Гардена, а нынче глава балетной труппы Екатеринбургского театра) работает уже давно.
«Ундину» на Новой сцене Большого танцуют и в субботу, и в воскресенье.