Вернуться в домик у моря
Маленького Максима спасет протонная терапия
Еще недавно Максим жил с родителями и старшим братом в городе Дербенте, в доме на берегу Каспийского моря. Мальчик рос активным, веселым. А прошлым летом случилась беда: у Максима обнаружили злокачественную опухоль мозга. Его прооперировали, опухоль удалили, но она оказалась очень опасной, склонной к рецидиву. Сейчас Максима готовят к пересадке костного мозга. А затем, чтобы не оставить опухоли ни единого шанса, малышу потребуется протонная терапия. Это очень дорогое лечение, родителям мальчика такую сумму не собрать.
Фото: Алексей Лощилов, Коммерсантъ
Максиму еще нет двух лет, но он отлично знает больничные правила. Когда утром видит медсестру, протягивает ей руку — чтобы взяла кровь на анализ. Когда зовут в столовую, встает с кровати и берется за стойку с капельницей.
— Ням-ням,— говорит он маме воодушевленно.
Приходит в столовую и ничего не ест.
— После химии нет аппетита,— объясняет девочка-подросток расстроенной Муминат, маме мальчика.— Тошнит, совсем не чувствуешь вкуса.
— В детстве я переживала, что у меня нет младшей сестры или брата,— рассказывает 23-летняя Муминат.— Поэтому, когда родился Исмаил, наш старший, мы с мужем сразу запланировали второго ребенка. Хотели, чтобы дети выросли друзьями.
Мальчики родились с разницей в два года и действительно подружились. Максим, глядя на старшего брата, научился ходить уже в десять месяцев. Но летом прошлого года, когда ему было год и два месяца, он почему-то начал постоянно спотыкаться и падать. Пошли в поликлинику — в суставах не выявили никаких отклонений. Муминат, медсестра по образованию, попросила врача посмотреть заодно родничок малыша, потому что он до сих пор не закрылся. Ультразвук показал, что в мозге скапливается жидкость. Что такое? Почему? Родители решили показать Максима лучшим специалистам в Дагестане.
1 июля Селим, папа мальчика, поехал в Махачкалу за документами: он получил назначение на службу в МЧС. С ним отправилась и Муминат с младшим сыном — повезла его в республиканскую детскую больницу. На обратном пути Селим заехал за ними, чтобы отвезти домой. Но оказалось, что ребенка никуда не отпускают. У годовалого Максима обнаружили не только гидроцефалию, но еще и большую опухоль мозга.
Мальчику через два дня установили шунт для оттока жидкости. А еще через два дня их с мамой отправили на самолете в Санкт-Петербург, в Национальный медицинский исследовательский центр им. В. А. Алмазова. Вырезать опухоль.
Операция прошла хорошо, но раковые клетки остались. Кроме того, анализ опухоли показал, что у Максима редкая и очень агрессивная форма рака. Ему повезло, что родители и врачи быстро среагировали. Осталось выяснить, подействует ли на оставшиеся раковые клетки химиотерапия.
— Худшее время,— вспоминает Муминат.— Три недели ребенок под капельницами, ему все хуже и хуже. А ты не знаешь, то ли он от химии слабеет, то ли умирает у тебя на глазах.
Анализы показали, что терапия помогает. Стал понятен план действий: 15 курсов химии, затем аутологичная трансплантация костного мозга — ребенку пересадят его собственные стволовые клетки. А в заключение — протонная терапия. Этот точный метод облучения позволяет убить все оставшиеся раковые клетки. И при этом не задеть окружающие опухоль здоровые ткани и не повредить жизненно важные центры мозга.
Сейчас Максим прошел уже 13 курсов химиотерапии. Мальчик привык к больничной жизни, с папой и братом общается только по телефону.
Осенью Селим с четырехлетним Исмаилом решили устроить малышу сюрприз: приехали в Петербург на три дня. Но как раз в это время Максим с мамой были на карантине. Муминат упросила администрацию больницы разрешить им побыть вместе полчаса. Увидев брата, Максим расплакался и не хотел его отпускать.
— Если все пойдет по плану, летом мы вернемся домой,— рассказывает Муминат.— Конечно, в детский сад мальчики не пойдут, будем беречь их от инфекций, ведь у Максима после химии нет иммунитета. Но главное, что мы снова будем вместе.
Обязательная жирная точка в лечении Максима — протонная терапия. Без него одна-единственная оставшаяся раковая клетка может вызвать рецидив. То есть вернуть Максима на месяцы в больницу. Протонная терапия стоит около 2 млн руб. Папа Максима, водитель в МЧС, не в состоянии их заработать. Поэтому семья Селимовых просит вас помочь вылечить Максима. Спасти его и вернуть в семью, в домик на берегу моря.
Для спасения Максима Селимова не хватает 1 060 800 руб.
Заведующий отделением радиационной терапии Центра протонной терапии Медицинского института имени Березина Сергея Николай Воробьев (Санкт-Петербург): «У Максима злокачественное новообразование в головном мозге — атипическая тератоид-рабдоидная опухоль. Мальчик перенес операцию по удалению опухоли, но небольшая часть злокачественных клеток еще оставалась. После 13 курсов химиотерапии ребенка вывели в состояние ремиссии, но, учитывая высокий риск рецидива, врачи намерены выполнить аутологичную трансплантацию костного мозга — пересадить его собственные клетки. Затем мы проведем Максиму протонную терапию, которая разрушит оставшиеся опухолевые клетки, не повреждая окружающие здоровые ткани головного мозга. Данный метод лечения наиболее эффективный и щадящий для маленького ребенка».
Стоимость протонной терапии 1 972 800 руб. Компания «Ингосстрах» внесла 600 тыс. руб. Компания, пожелавшая остаться неназванной,— еще 300 тыс. руб. Телезрители ГТРК «Дагестан» соберут 12 тыс. руб. Не хватает 1 060 800 руб.
Дорогие друзья! Если вы решили спасти Максима Селимова, пусть вас не смущает цена спасения. Любое ваше пожертвование будет с благодарностью принято. Деньги можно перечислить в Русфонд или на банковский счет папы Максима — Селима Максимовича Селимова. Все необходимые реквизиты есть в Русфонде. Можно воспользоваться и нашей системой электронных платежей, сделав пожертвование с банковской карты, мобильного телефона или электронной наличностью, в том числе и из-за рубежа (подробности на rusfond.ru).
О Русфонде
Русфонд (Российский фонд помощи) создан осенью 1996 года для помощи авторам отчаянных писем в “Ъ”. Проверив письма, мы размещаем их в “Ъ”, на сайтах rusfond.ru, kommersant.ru, в эфире «Первого канала» и радио «Коммерсантъ FM», в социальных сетях, а также в 171 печатном, телевизионном и интернет-СМИ. Возможны переводы с банковских карт, электронной наличностью и SMS-сообщением (короткие номера 5541 ДОБРО, 5542 ДЕТИ, 5542 ДОНОР, 5542 ВАСЯ), в том числе из-за рубежа (подробности на rusfond.ru). Мы просто помогаем вам помогать. Всего собрано свыше 12,948 млрд руб. В 2019 году (на 14 марта) собрано 323 589 427 руб., помощь получили 349 детей. Русфонд — лауреат национальной премии «Серебряный лучник» за 2000 год. Русфонд входит в реестр НКО — исполнителей общественно полезных услуг. В ноябре 2018 года Русфонд выиграл президентский грант на издание интернет-журнала для потенциальных доноров костного мозга Кровь5. Президент Русфонда Лев Амбиндер — лауреат Государственной премии РФ.
Адрес фонда: 125315, г. Москва, а/я 110;
rusfond.ru; e-mail: rusfond@rusfond.ru
Приложения для айфона и андроида rusfond.ru/app
Телефон: 8-800-250-75-25 (звонок по России бесплатный), 8 (495) 926-35-63 с 10:00 до 20:00