Точка возврата
Кто и как спасает в Москве бездомных
Более 20 лет круглосуточно московский Центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий им. Е. П. Глинки, самый большой в России, спасает бездомных людей. В их числе, как свидетельствует горький опыт сотрудников центра, может оказаться любой гражданин. Центр работает с 3 сентября 1996 года. Изначально организация была рассчитана на 200 мест и учреждение называлось Дом ночного пребывания. Сейчас тут 900 койко-мест в полустационаре, из них 190 — для тех, кто пришел только на ночлег. Также есть 184 места для обогрева. Центр самый большой в России и единственный в Москве.
Нет точных данных о числе бездомных, которые живут, как и где придется. Но среди них есть те, кто хочет вернуться к обычной жизни, социализироваться. Надо лишь дать им такую возможность. Москва с этим справляется
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
Принять, помыть, покормить, понять
Нет точных данных о числе бездомных, которые живут, как и где придется. Но среди них есть те, кто хочет вернуться к обычной жизни, социализироваться. Таким помогают специальные государственные организации, оказывающие социальные услуги в широком жизненно необходимом диапазоне: от погреться и поесть до восстановления паспорта, других документов, утраченных прав на недвижимость, помощи в трудоустройстве и др. В Москве помощью бездомным людям занимается Центр социальной адаптации для лиц без определенного места жительства и занятий им. Е. П. Глинки.
Комплекс зданий социальной службы находится на юго-востоке столицы на улице Иловайская, 2 рядом с платформой Перерва. Перед высоким кованым забором стоит толпа плохо одетых и пахнущих, нечесаных и голодных людей, все они приехали сюда добровольно, чтобы погреться и поесть. Само административное здание представляет собой пятиэтажку из красного кирпича. Здесь же стоит еще одна постройка, где бездомные люди могут провести несколько дней и просто переночевать. Бездомных людей запускают через ворота, они идут в небольшое здание за едой, а мы попадаем на территорию через проходную, предъявив охране паспорт, и следуем по казенному дому узкими коридорами в кабинет директора центра Сергея Тимошенкова. Сколько за это время в Москве было бездомных — никто не может сказать. Зато известно, что в прошлом году через центр прошли около 14 тыс. человек. В позапрошлом году — столько же. По некоторым оценкам, за 23 года работы центр принял более 300 тыс. человек.
Пребывание в социальном центре начинается с приемного отделения: здесь вновь поступившего моют, дезинфицируют, выдают чистую одежду, оказывают первую доврачебную помощь, при необходимости вызывают скорую помощь. Приемное отделение в зимний период обычно переполнено.
Штатно в центре работают 474 человека, среди которых юристы, медики, административный персонал и сами социальные работники. В распоряжении центра еще и 30 автомобилей мобильной службы «Социальный патруль».
Центр относится к Департаменту труда и социальной защиты населения города Москвы, но принять сюда могут бездомного из любого региона. Но прежде чем бездомный получит помощь, он должен объяснить, зачем сюда пришел и какая помощь ему нужна, далее специалисты центра составят для него определенную программу помощи.
«Помощь может быть юридической, психологической и любой другой. Мы можем помочь человеку восстановить паспорт, права на квартиру — признать недействительными документы, если он их не подписывал, или помочь организовать группу инвалидности. Если он изъявил желание о дальнейшей социализации, дальнейшим его жизнеустройством занимаются специалисты ЦСА»,— говорит Сергей Тимошенков.
У столичного Центра социальной адаптации есть еще четыре отделения кроме того, что на Иловайской: «Дмитровское», «Косино-Ухтомское» являются чисто мужскими, в отделении в Ясенево пребывают бездомные женщины, Востряковское отделение предназначено для мужчин, которые отбыли наказание в местах лишения свободы.
Комнаты двух-шестиместные, напоминающие отдаленно студенческие. Еще здесь есть столовая, храм и даже актовый зал, где в день нашего посещения несколько женщин разучивали под пианино новые песни собственного сочинения. Эти условия в любом случае лучше уличных. Здесь помогают вернуться к нормальной жизни.
«Отчима бойся. Он плохой!»
На столе у Тимошенкова стоят маленькие иконы святой Матроны Московской и Николая Угодника, справа от них — огромный монитор с несколькими кнопками: нажав на нужную, начальник учреждения видит любой участок центра. Тимошенков подчеркивает, что главная цель учреждения, которым он руководит,— это оказание помощи бездомным гражданам в процессе возвращения к нормальной жизни. Но проблема в том, что вернуться к нормальному образу жизни могут далеко не все — прежде всего это те, у кого нет проблем с алкоголем.
Игорю Самойлову (здесь и далее фамилии и имена бездомных изменены) под 50, он родом из Бутово, на Иловайской живет давно, потому что больше ему пойти некуда.
«Я сел по малолетке, а потом еще раз, потом мать умерла, а когда я вышел, то узнал, что отчим и сестры выписали меня из квартиры — так я остался без жилья. Хорошо помню, как мать приезжала ко мне на свидание и говорила: «Отчима бойся. Он плохой». И теперь матери нет, а он меня из дома выгнал. Он и правда плохой. Но, может, юристы помогут. На них вся надежда»,— хлопая по-детски глазами, рассказывает Игорь свою историю. Он ждет очередного заседания суда по восстановлению своих прав. Игорь все же относительно здоров, с целыми руками и ногами, его история не самая тяжелая.
А вот Аркадий, у которого вместо ног культи и которому тоже некуда идти: его квартиру отобрали бывшая жена и ее новый муж. Примерно та же история у его соседей по комнате.
Социальный патруль
Бездомных людей доставляют в центр со всей Москвы. «Социальный патруль» работает круглосуточно. Заступая на смену, которая длится десять часов, соцработники получают штатные мобильные кнопочные телефоны. Перед выходом из офиса расписываются в журнале. Маршрут движения каждой машины, оснащенной GPS-навигатором, диспетчер без труда отслеживает в режиме реального времени.
По правилам в бригаду входят два социальных работника и водитель. Виталий Скалкин в бригаде «Социального патруля» трудится почти десять лет. Сюда он пришел, когда лишился квартиры и оказался на улице. Пока ему помогали восстанавливать документы, он решил, что хочет поработать в центре, и остался здесь, встретил будущую жену, которая была соцработником, у них родилась дочь. Сейчас Виталий с семьей купил квартиру в ипотеку в Щербинке (Новая Москва). Замечено, что все сотрудники «Социального патруля», как один, обладают спокойным тембром голоса и размеренной, взвешенной речью. Виталий и Алексей все разговоры с бездомными людьми начинают с вопроса «помощь какая-то нужна?», беседу ведут без чувства превосходства и деланного сочувствия. Беседа с бездомными людьми идет на равных, хотя между собеседниками социальная пропасть. Скалкин подтверждает, что при приеме на работу проходят несколько психологических тестов на стрессоустойчивость — неуравновешенного человека быстро вычислят и не примут.
Наша машина ползет по московским пробкам, он то и дело прерывает разговор и звонит то на базу, то в больницу, выясняя, как там один бездомный человек, которого пару дней назад привезли со сломанной ногой.
Сотрудники «Социального патруля» раз в год проходят медосмотр, сдают анализы, проверяются на наличие разных заболеваний.
В день рождения Майкла Джексона
Свою работу сотрудники знают детально: довольно точно вычисляют, где искать бездомных людей. Проходим сквозь здание и тоннель Курского вокзала, выходим к Центру дезинфекции, у которого толпятся бездомные люди в ожидании своей очереди в душ.
Бездомные люди тут же обступают Виталия и Алексея. Среди них одна женщина, которая рассказывает Виталию, что она приехала из Сергиева Посада сюда, потому что ее прислал Иисус Христос. «Да, я с ним говорю часто!» — все время повторяет она, глядя на соцработника. Тот записывает в блокнот данные под ее диктовку, а разговор прерывает еще один бездомный человек, истерично веселый, с трехдневной щетиной, рожденный где-то под Тверью. «Вы знаете, когда я родился? Да в один день с Майклом Джексоном. Только он уже умер, а я жив, несмотря ни на что! Не верите, да вот же паспорт! — говорит мужчина, лезет во внутренний карман куртки и, не найдя там ничего, спохватывается: — Господи! Я ж его в мужском туалете оставил!» Когда он уносится за документом, Виталий вслух тихо отмечает, что почти ни у кого из тех, кто живет на улице, нет паспортов: их теряют в первую неделю. Но этому мужчине повезло: никто не позарился на его документ, он возвращается, размахивая паспортом, радостный, как школьник.
Виталий между тем переписал данные всех, кого видел, в блокнот — это пригодится ему вечером для отчетности в организации, когда он будет сдавать свою смену. Он выслушивает всех по очереди и очень внимателен.
Виталий и Алексей идут обратно к своей машине. «Почти у каждого из них проблемы с алкоголем, они пьяные круглосуточно. Мало кто хочет возвращаться к нормальной жизни. Обычно мы никого не воспитываем, но помогаем им существовать в тех условиях, которые они сами для себя выбрали»,— говорит Виталий, когда наша «Газель» подбирается к Киевскому вокзалу.
Виталий и его напарник проверяют переход, закуток за вокзалом, само здание вокзала, но бездомных людей не находят, пока не заходят на станцию метро «Киевская» (кольцевая), где встречают Светлану. Они все про нее давно знают: она приехала сюда из деревни в Калужской области пару месяцев назад, ей 35 лет, она не замужем и бездетная.
Светлана отказалась ехать на Иловайскую мыться и чиститься, но просит дать ей немного денег. Из-под куртки у женщины торчит мордочка маленького щенка. «Ребят, ну не для себя же прошу. На молоко для него»,— говорит она нервно и театрально. Денег ей не дали — это запрещено, а пачку молока, немного хлеба из ближайшего супермаркета принесли. Пока Светлана кормит собаку, ее еще раз уговаривают проехать с ними, она отказывается и садится просить милостыню у прохожих.
Сотрудники центра подтверждают, что вернуть к жизни таких людей очень сложно: у них сознание уже работает по-другому, они привыкли жить так. К тому же жизнь как таковую с ее рамками, законами, правилами и обязанностями они презирают, любая система для них несвобода, а построить свою недостает намерения и дисциплины.
«Даже приглашение поехать с нами в центр они воспринимают в штыки. Примета верная: если тепло, то никого калачом не заманишь. А вчера было холодно, так что мы три автобуса с бездомными людьми в центр привезли»,— говорит Виталий.
Дорога к дому
Сотрудники «Социального патруля» подчеркивают, что их служба нужна бездомным людям. Но и сама служба нуждается в поддержке. Конечно, помогают волонтеры.
Круглогодично, в том числе с помощью волонтеров, Департамент труда и социальной защиты населения города Москвы организует горячее питание для бездомных людей. До 800 порций ежедневно, можно поесть несколько раз в день. В самой службе проходит реструктуризация. Например, машины «Соцпатруля» отданы на аутсорсинг, это значительно экономит бюджет. Год назад открыт еще один пункт оказания срочной социальной помощи. В ближайшее время будут введены дополнительные ставки фельдшера для оказания помощи в условиях центра. У центра есть лицензия на оказание первой доврачебной помощи. Соцработники проходят обучение и могут при необходимости такую помощь оказывать.
После рейда вечером мы идем к машине мимо Курского вокзала, нас обгоняет большой человек в пахнущей одежде, который начинает клянчить деньги. «Пошли лучше с нами, в ЦСА. Там поешь»,— говорит ему Виталий Скалкин. В ответ бездомный отнекивается, весело смеется и отстает от нашей группы. Жизнь вокзальная им нравится больше. «За последние годы количество бездомных людей не меняется. В прошлом году через наше учреждение прошли около 14 тыс. человек, то же было и в позапрошлом»,— говорит Сергей Тимошенков.
Всех, кто приехал из регионов, они стараются вернуть домой, купив им билет и проводив на поезд. Центр социальной адаптации тесно сотрудничает с программой «Жди меня» и нередко выходит на граждан, ищущих своих потерявшихся родственников.
«Не так давно обнаружили женщину, которая приехала сюда, судя по акценту, с Украины. Связались с программой "Жди меня". Оказалось, сыновья ее уже полгода ищут. Так и вернули домой»,— говорит Алексей Барышев.
Однако далеко не все хотят уезжать из Москвы. Чаще всего бездомные люди возвращаются обратно, сходят с поезда или просто игнорируют возможность вернуться.
Человека можно уберечь
С холодами бездомных людей в Москве прибавляется: обычно из регионов подтягиваются в столицу в конце ноября — начале декабря. Большинство из них также получают услуги центра. При Центре социальной адаптации есть два пункта оказания срочной социальной помощи, в которых бездомные люди могут обогреться и поесть. Они небольшие: рассчитаны на 60 человек. С 1 октября по 30 апреля, когда стоят холода, бездомные люди могут подойти в эти пункты срочной социальной помощи, а также в ЦСА даже в состоянии алкогольного опьянения. Также в это время часть машин «Социального патруля» используется как мобильные пункты обогрева. Они круглосуточно находятся на территориях, прилегающих к московским вокзалам. Эти практики помогли снизить количество смертей от переохлаждения. Перечисленные методы эффективны. За зиму 2003 года замерзли 1223 человека — такие данные предоставил кабинет судебно-медицинской экспертизы города Москвы. За 15 лет количество смертей от переохлаждения снизилось в полторы сотни раз — до 7 человек за прошлую зиму.
Телефоны диспетчерской службы «Социальный патруль»: 8 (499) 357 01 80; 8 (495) 720 15 08 (круглосуточно).