С неба рухнувшие
Роман Алексея Сальникова «Оккульттрегер»
Лауреат «Нацбеста» Алексей Сальников выпустил четвертый роман. Читатели, привыкшие, что истории, рассказываемые автором «Петровых в гриппе и вокруг него», строятся на каком-то одном допущении, будут удивлены: под «Оккульттрегера» писатель заложил целый фантастический фундамент. Сооружение, на этом фундаменте возведенное, осматривал Михаил Пророков.
Алексей Сальников. Оккульттрегер. М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2022
Фото: АСТ
В одном из интервью Алексей Сальников признался, что в черновом варианте устройство мира «Оккульттрегера» объяснялось только в самом конце. Позднее автор смилостивился над читателем, однако основные моменты сеттинга все же растолковываются лишь тогда, когда действие уже переваливает экватор. «...Что-то такое произошло...— сообщает заинтересовавшему ее молодому человеку героиня.— К нам посыпались ангелы и демоны. Понятно, что это не конкретные прямо крылатые и рогатые существа, а такие проекции, что ли... На землю стряхнуло не только бесов и ангелов, но и некоторых людей, потому что людям, которых реальность выписала из людей, просто некуда было падать, кроме как сюда. Вот это оккульттрегеры и есть».
Таким образом, в «Оккульттрегере» присутствуют как служители тьмы и света, так и те, кто, подобно героине романа Прасковье, посредничают между теми и другими. В свободное от этого время переосмысляя муть и подогревая остывающие города. Еще есть собственно муть — нечто тлетворное, скапливающееся в воздухе и вызывающее несчастья и смерти, но поддающееся переплавке в творческую энергию. Которая в случае успеха — появления популярной песни, книги, спектакля — может быть использована для подогрева. Ну и, наконец, гомункулы — существа еще более неземной природы, чем демоны и ангелы: обладание ими и делает обычного человека оккульттрегером, переосмыслителем, хранителем тепла и бессмертным куратором сил добра и зла.
В общем, городское фэнтези Сальникова впору сравнивать если не с «Мастером и Маргаритой», то с «Альтистом Даниловым» Владимира Орлова. Кроме демонов, с орловским романом сальниковский роднит стремление автора всячески заземлить описываемое: демоны ведут инстаграм, ангелы, конкретнее — херувимы, страдают от нехватки каких-то небесных витаминов и компенсируют это излишками сахара и алкоголя (особенно напирая на второе), сами оккульттрегеры (ими могут быть только женщины), Прасковья в том числе, не чужды никаких человеческих страстей, кроме любостяжания (это входит в условия, хочешь быть оккульттрегером — получай своего рода партмаксимум, 15–17 тысяч по состоянию на 2019 год). Зато им разрешено убивать — на их языке способность слабыми женскими руками нанести тяжелые телесные повреждения называется «навести порчу», но по факту это означает убить или серьезно покалечить противника. За каждого убитого им к возрасту добавляется год, так что не исключено, что старухи-ведьмы прежних веков тоже были оккульттрегерами, только особенно кровожадными. Да, и «сглаз» в арсенале Прасковьи также имеется — так называется умение на раз взломать чужой пароль, замок или код.
Ну и главное, что позволяет сальниковскому вымыслу держаться корней,— убежденность и персонажей, и, похоже, автора в том, что цена всем сверхспособностям не так велика, как принято думать. «Умение проживать на ту зарплату, которую платили, на ту пенсию, которую давало государство, не замечать, что смерть всегда рядом,— уж что могло быть незаменимей, чем такие способности, а меж тем окружающие граждане считали, что обладать такими способностями — это что-то естественное, что это и не способность вовсе, вот паутину бы из рук пускать — это да!» — с недоумением констатирует героиня. Знакомый демон ей вторит: «Чем дольше живу, тем больше не понимаю, что мы тут у вас делаем. Ни один черт не сделает с человеком того, что человек сам с собой может сотворить... Что-то я даже в аду не припомню тех мучений, которые переживает какая-нибудь девочка, у которой, сколько она себя помнит, мать полубезумная, что без конца ей что-нибудь вдалбливает про неблагодарность, полупарализованная бабушка тут же, требующая заботы, за которой сорок лет нужно этой девочке горшки выносить, и эта бабушка еще и переживет эту девочку, и все это в однокомнатной квартире происходит...»
В устах персонажей Сальникова подобные реплики звучат вполне органично: предыдущие его книги не оставили сомнений в том, что писатель все знает и про жизнь на грошовую зарплату, и обитание втроем в однушке. Собственно, герои «Оккульттрегера» тоже не купаются в роскоши: у демонов и так все хорошо, их сила — в обаянии, херувимы чаще всего напоминают обитателей городского дна (коими по большей части и являются), что до оккульттрегеров, то см. выше про партмаксимум. Но ни первым, ни вторым, ни третьим бытовые неурядицы особо не жмут. Помочь при этом сирым и убогим они тоже не в состоянии: «А вмешаешься — только хуже будет»,— завершает очередной печальный рассказ про избиваемого матерью-алкоголичкой ребенка самый, наверное, великодушный из демонов. Херувимы тоже не по этой части, их дело — ясновидеть и обличать, в многочисленные обязанности оккульттрегеров благотворительность тоже не входит, их забота — борьба с мутью и работа с творческой интеллигенцией (что характерно, ни одного примера такой работы в ходе действия романа не встречается). Так что фэнтези не фэнтези, а городское уж точно: немалую часть его составляют типично городские интеллигентские разговоры о том, что мы тут вообще непонятно зачем, а вот где-то люди живут трудной, но настоящей жизнью.
По прочтении «Оккульттрегера» возникает ощущение, что автор книг, лучшие страницы которых появились благодаря умению пишущего сохранить детский, удивленный и доверчивый взгляд на мир, повзрослел как раз тогда, когда этот взгляд был позарез нужен. Что-то такое есть в природе историй про демонов и ангелов, что писать и читать их следует или находясь в детстве, или хотя бы краем сознания возвратившись туда.
А так в какой-то момент делается не совсем понятно, зачем вообще Сальникову потребовались все эти демоны и херувимы. В «Опосредованно» и «Петровых в гриппе» ангельское и демонское существовало подспудно, проходило тенью, пряталось за портьерой — и его вполне хватало, чтобы придать изображаемой вроде бы обычной жизни и привкус зыбкости, тревожности, и ощущение уникальности, мистерии во всех значениях этого слова. А в «Оккульттрегере» действуют кудесники, бого- или еще кем-то избранные вершители судеб, ясновидцы, музы — и их необыкновенная жизнь со всеми происходящими в ней чудесами все равно кажется разочаровывающе обыденной. Как будто портьеру отдернули — а там... ну не пыль и не мыши, но соседи по этажу. Решили сделать сюрприз ко дню рождения, но заранее напились и заснули.
Алексей Сальников. Оккульттрегер. М.: АСТ, Редакция Елены Шубиной, 2022