Школьные годы конфликтные
Сложные отношения с учителями испортили самооценку 80% россиян
Сервис по управлению здоровьем Budu попросил россиян оценить влияние школы на их самооценку. Опрос среди полутора тысяч респондентов показал, что более 80% во взрослом возрасте ощутили психологические последствия конфликтов с учителями, причем каждый третий не смог избавиться от них даже при помощи психотерапевта. 72% опрошенных вспоминают, как учителя систематически кричали на них, 49% — как высмеивали перед одноклассниками, 45% — как отбирали или портили вещи на уроках. Впрочем, более половины респондентов все же могут выделить одного или нескольких преподавателей, которые проявляли искреннюю заботу о них. Каждый пятый, вспоминая школьные годы, скучает именно по педагогам.
Фото: Николай Цыганов, Коммерсантъ
Конфликтные ситуации с учителями в школе сказались на самооценке свыше 80% россиян, выяснил сервис по управлению здоровьем Budu в ходе опроса свыше полутора тысяч россиян по всей стране. Конфликты с учителями возникали у опрошенных преимущественно в средних классах (61%), у трети — в старших (30%). Недовольство педагога, по словам респондентов, могли вызвать самые разные причины: несделанное домашнее задание (32%), «грязь» в тетради и плохой почерк (20%), высказывание мнения, не совпадающего с мнением учителя (18%), забытые учебники или тетради (12%), неподобающий внешний вид (11%), плохое поведение (10%). Многие респонденты вспоминают, как учителя систематически кричали на них (с этим сталкивались 72% участников опроса), высмеивали перед одноклассниками или перед родителями на родительском собрании (такой опыт есть у 49% респондентов), отбирали или портили вещи на уроках — например, вырывали листы в тетради (45%).
Кроме того, почти половина опрошенных (48%) рассказали, что учителя периодически занижали оценки по причинам, не связанным с реальным уровнем знаний: «Учитель якобы знает, на что способен каждый его подопечный. Поэтому за одинаково выполненную работу один ученик получает тройку, так как "мог бы сделать лучше, но не стал из-за лени", а другой — пятерку, потому что "постарался и хорошо проявил себя"»,— комментирует опрос детский нейропсихолог сервиса Budu Алевтина Кузьмина. По ее словам, отсутствие единых и четких критериев оценки в сознании учителя приводит к формированию у ребенка навыков манипулятивной коммуникации и навыков адаптации к «людям настроения». А в некоторых случаях — к возникновению чрезмерного желания власти: у ребенка, пережившего травматичный опыт оценки своей деятельности, по выходе из уязвимого положения может сформироваться гипертрофированное стремление к лидерству.
Половина респондентов призналась, что учитель воспринимается ими лишь как поставщик знаний, но не как человек, к которому можно обратиться за советом или помощью в решении конфликтов.
Из числа тех, кто предпочитал скрывать свои проблемы от преподавателей (а это почти половина участников опроса — 44%), каждый четвертый (28%) объяснял нежелание довериться страхом услышать в ответ «сам виноват». Еще 22% боялись, что учитель им не поверит, 21% — что учитель даже при желании не сможет помочь, 16% — что учителю будет все равно, а 13% — что учитель станет их высмеивать.
Впрочем, как показал опрос, эти страхи не всегда оправдывались: 44% респондентов, предпочитающих скрывать свои проблемы от учителей, признавали: когда преподавателям все-таки становилось известно об этих проблемах, они оказывали ученикам поддержку. А более половины респондентов (57%) могут вспомнить одного или нескольких школьных преподавателей, которые проявляли искреннюю заботу о них.
Половина респондентов заявила, что освободиться от влияния опыта прошлого им помог психотерапевт, а каждый третий говорит, что испытывает это влияние до сих пор.
В целом, несмотря на пережитые конфликты, у подавляющего большинства опрошенных (76%) школьные годы вызывают ностальгию. В частности, каждый пятый (18%) скучает именно по учителям.
«В рамках психологических консультаций тема школьного травматизма поднимается довольно часто. И это именно сюжеты, связанные с унижением человеческого достоинства прилюдно, что впоследствии тяжело переживается каждым человеком»,— говорит психолог и специалист по психодинамике телемедицинской компании «Доктор Рядом» Олеся Толстухина. Она отмечает, что родитель, учитель, наставник — очень схожие по содержанию роли.
При благоприятном стечении обстоятельств ребенок может уже с семи лет чувствовать себя в школе комфортно и безопасно, полюбить сам процесс обучения и пройти все стадии образования вполне успешно.
Но чаще дети быстро разочаровываются в образовательной системе, констатирует госпожа Толстухина. И школа остается местом для общения со сверстниками, а не для интеллектуального роста.
Психолог телемедицинского сервиса «Доктис» Юлия Болотова полагает, что сегодня умение общаться, учиться, взаимодействовать в классе важнее освоения школьной программы. Поэтому от учителей требуется не только знание и донесение предмета, но и то, что называется soft skills: «Роль учителя и школы в целом — создать для ребенка психологически комфортную атмосферу и в плане возможности социализации, и в плане подхода к обучению».
Сопредседатель профсоюза «Учитель» Всеволод Луховицкий соглашается, что педагоги должны думать о психологическом состоянии учеников, однако «лишь постольку, поскольку у них есть возможность об этом думать». Он отмечает, что из-за загруженности и постоянно растущих требований органов власти в сфере образования у современных учителей «часто физически» нет на это сил и времени: «Нельзя требовать от замученного человека, чтобы он был идеальным во всех отношениях». Комментируя конфликты между учителями и учениками из-за оценок, господин Луховицкий отмечает, что они зачастую на самом деле спровоцированы родителями: «На мой взгляд, оценки в основном нужны родителям, причем для того, чтобы компенсировать собственные проблемы, идущие из детства».