Бурлаки и федерация
Как появилась и почему исчезла ЗСФСР
Весной 1923 года во многих газетах Закавказья была напечатана карикатура: представители самых многочисленных национальностей края — русский, грузин, армянин, азербайджанец — тянут баржу под названием «Закавказская федерация». Эта иллюстрация на языке понятных образов передавала смысл нескольких очень важных тезисов.
Союз рабочих Закавказья. Рисунок из газеты «Вызов», 22 апреля 1923 года
Во-первых, советская власть смогла объединить общим делом народы, между которыми было немало исторических обид и счетов. Во-вторых, союз закавказских народов являлся равноправным, настоящим братством труда. И, в-третьих, только общим усилием, совместной работой можно было вытянуть баржу под названием «Закавказская федерация» из постимперских разрухи и отсталости.
При взгляде на пропагандистские картинки того времени сами собой возникают вопросы: насколько гармоничным было это объединение в реальной жизни? И что получилось из проекта Закавказская федерация?
Наследие империи
Союз советизированных Грузии, Армении и Азербайджана был оформлен 12 марта 1922 года в Тифлисе (Тбилиси), который и стал столицей новой объединенной республики. Тифлис к тому времени уже давно привык к столичному статусу. Еще в 1801 году, когда Российская империя присоединила Восточногрузинское (Картли-Кахетинское) царство, именно в Тифлисе находились российские институты управления регионом. На протяжении XIX столетия Тифлис заботами российских властей хорошел и обзаводился столичными культурными атрибутами: официальной газетой в 1846 году, публичной библиотекой в 1848 году, оперным театром в 1851 году. Архитектурный облик современного центра Тбилиси во многом был сформирован в имперскую эпоху.
Герб ЗСФСР, 1923 год. На гербе изображены все основные продукты Закавказья: виноградная лоза, хлопок, рис, кукуруза и пшеничные колосья. В центральной части помещены два важнейших индустриальных образа края — нефтяные вышки и заводы с дымящимися трубами
В середине XIX века Тифлис стал административным центром Кавказского наместничества — обширного края, в состав которого входили как Закавказье, так и территории Северного Кавказа. О статусе кавказской столицы свидетельствуют не только популярные среди современников сравнения Головинского проспекта Тифлиса (ныне проспект Шота Руставели) с Невским проспектом Петербурга, но и то, что из шести кавказских наместников двое были из императорской семьи — великие князья Михаил Николаевич (1862–1881) и Николай Николаевич (Младший) (1915–1917). Подобные примеры есть в истории только еще одной имперской окраины — Польши.
После крушения империи из ее закавказских осколков 22 апреля 1918 года кавказские депутаты Учредительного собрания попытались собрать Закавказскую демократическую федеративную республику, но сил хватило только на провозглашение нового государства. Почти сразу начались политические склоки и взаимные обвинения. Грузины упрекали азербайджанцев в протурецкой ориентации и предательстве общереспубликанских интересов, азербайджанская сторона, в свою очередь, обвиняла грузин в тайном сговоре с немцами, а армяне чувствовали себя во враждебном окружении. Уже через месяц хрупкое объединение распалось на три отдельные и недовольные друг другом республики — Грузинскую, Азербайджанскую и Армянскую.
К концу 1918 года место немцев как сильного внешнего игрока в Закавказье занимают англичане. Поначалу английские официальные лица вообще не торопились признавать самостоятельность закавказских республик и рассчитывали на победу белых в гражданской войне. Командующий британскими войсками на Кавказе генерал Томсон заявил, что задачей держав Антанты является «восстановление от имени русской власти прежнего наместничества на Кавказе для облегчения возрождения политической и экономической жизни края». Однако англичане не смогли эффективно разрешить многочисленные территориальные споры между тремя закавказскими республиками, а также сбить волну насилия, захлестнувшую регион. После поражений белых армий Деникина и Колчака зимой 1919–1920 годов англичане лишились сильных союзников и начали поддерживать закавказские республики, но было уже слишком поздно. В 1920–1921 годах в Азербайджане, Армении и Грузии силы 11-й Красной армии установили советскую власть.
Зачем Советам окраины?
Ответ на этот вопрос был дан в статье Сталина «Политика Советской власти по национальному вопросу в России», опубликованной в «Правде» 10 октября 1920 года. Сталин как главный советский специалист по национальному вопросу в стиле катехизиса отмечал: «Центральная Россия не может долго держаться без помощи окраин, изобилующих сырьем, топливом, продуктами продовольствия. Окраины России, в свою очередь, обречены на неминуемую империалистическую кабалу без политической, военной и организационной помощи более развитой центральной России». Главным экономическим ресурсом Закавказья являлась бакинская нефть, которую можно было сравнительно легко транспортировать по железным дорогам и далее через черноморские и каспийские порты. Именно транспортная инфраструктура и торговые цепочки были объединены в первую очередь.
Флаг ЗСФСР
Среди местного населения тут же поползли слухи о возвращении к старым царским порядкам. Советская власть дезавуировала эти подозрения ссылками на необходимость преодоления буржуазного национализма. Как отмечалось в резолюции пленума Кавказского бюро ЦК РКП(б) от 3 июля 1921 года: «Неотложная задача коммунизма в этих странах (Грузии, Армении, Азербайджане.— “Ъ”) состоит в том, чтобы путем всесторонней сосредоточенной агитации вытравить ядовитые пережитки взаимного недоверия, национальной вражды и создать здоровую атмосферу интернационализма на почве братского сотрудничества грузинских, армянских, азербайджанских и русских рабочих и крестьян в деле хозяйственного строительства и культурно-политического развития».
Объединение хозяйственных систем проходило на фоне привычных взаимных претензий. Азербайджанская сторона указывала на безвозмездные поставки нефти в Грузию и Армению. Грузины отвечали жалобами на бесплатную эксплуатацию местной железнодорожной сети и батумского порта. Советские власти в лице секретаря Кавказского бюро Серго Орджоникидзе клеймили позором «национал-коммунистов» и призывали всех к взаимному доверию и пролетарской солидарности.
Сколько суверенитета оставить
Главным вопросом политического устройства Закавказской федерации стало то, как определить формат взаимоотношений с Центром, то есть Москвой. Эта история непосредственно связана с политической борьбой за определение принципов образования СССР. 22 сентября 1922 года Сталин в письме к Ленину описывал проблемы двоевластия во взаимоотношениях Москвы с республиками-окраинами. Для последних решения, принимаемые Москвой, формально не были обязательными для исполнения, но в реальности центральные правительственные институты (СНК и ВЦИК РСФСР) постоянно одергивали местные республиканские власти и даже прямо отменяли ранее принятые решения. Кавказское бюро во главе с Орджоникидзе играло роль посредника, но вся система порождала неразбериху и простаивание административного конвейера. Все это вызывало, по словам Сталина, «недоумение среди беспартийных и раздражение среди коммунистов». Сталин видел выход из этой ситуации в подчинении окраин-республик Москве и замене «формальной независимости» на «реальную автономию». Сталинский план «автономизации» сводился к тому, чтобы подчинить окраины центральным институтам управления, оставив на местах только символы независимости.
Григорий (Серго) Орджоникидзе
Фото: wikipedia.org
Спустя четыре дня, 26 сентября 1922 года Ленин и Сталин на трехчасовой личной встрече обсуждали вопрос объединения Советских республик. Ленин отверг сталинский план и в тот же день отправил письмо членам Политбюро ЦК РКП(б), в котором предложил проект создания Союза Советских Республик Европы и Азии. В будущий СССР республики-окраины должны были, по мысли Ленина, входить наравне с РСФСР. Вместо их подчинения Москве создавался как бы новый этаж объединения — общая федерация.
Параллельно с дискуссией Ленина и Сталина драматическим образом развивались события в Тифлисе. Орджоникидзе при поддержке Сталина смог убедить советское руководство Азербайджана и Армении, что необходимо подчиняться Москве. Но грузинские коммунисты оказались не столь сговорчивы. Их лидеры Махарадзе, Мдивани и Окуджава составили оппозицию Кавказскому бюро. Орджоникидзе, подгоняемый Сталиным, перешел к угрозам и насилию. В разговоре с Окуджавой он замахивался на собеседника тяжелым мраморным пресс-папье и угрожал расстрелом, если грузинские коммунисты откажутся принять сталинский план.
Окуджава в письме к Ленину красноречиво описал выходки Орджоникидзе. В Тифлис отправили специальную комиссию для расследования конфликта, которую возглавил Феликс Дзержинский — руководитель советской политической полиции. Одновременно с комиссией Дзержинского в Тифлис отправился заместитель Ленина в советском правительстве Алексей Рыков. При участии Рыкова и Орджоникидзе поздней осенью 1922 года в Тифлисе случилось еще одно происшествие. Вечерами на квартире Орджоникидзе собирались старые коммунисты, вспоминали далекие годы сибирских ссылок и царских тюрем. Беседа неизбежно скатывалась на обсуждение политических вопросов. Один из гостей — ветеран партии Акакий Кабахидзе — упрекнул новое руководство и членов Кавбюро в присвоении многочисленных привилегий. Досталось и Орджоникидзе, которого Кабахидзе раскритиковал за то, что тот купил дорогую лошадь и содержал ее за казенный счет. Орджоникидзе не стал оправдываться и набросился на Кабахидзе. Рыков с женой с трудом оттащили Орджоникидзе от старого коммуниста, едва не забитого насмерть.
Дзержинский не придал рукоприкладству Орджоникидзе большого значения. В отчете, который комиссия Дзержинского представила советскому правительству, подчеркивалось, что Орджоникидзе спровоцировали. «Я думаю, что никакой провокацией, никаким даже оскорблением нельзя оправдать этого русского рукоприкладства и что товарищ Дзержинский непоправимо виноват в том, что отнесся к этому рукоприкладству легкомысленно»,— отмечал Ленин в статье «К вопросу о национальностях или об "автономизации"» 30 декабря 1922 года — в день образования СССР.
В Союзе
Спор Ленина со Сталиным и события в Тифлисе наталкивают на мысль о Ленине как защитнике самостоятельности национальных республик, с одной стороны, и Сталине как великорусском империалисте, с другой. Но на самом деле все обстояло значительно сложнее. Сталина следует считать самым последовательным борцом с русским национализмом и великодержавным шовинизмом. Предложение Ленина о равноправном вхождении республик в СССР фактически превращало самую большую из них — РСФСР — в республику для русских. Такой формат объединения мог привести к русификации РСФСР, а затем к выходу из ее состава национальных областей — Татарстана, Башкирии, Ингушетии, Чечни, Дагестана и так далее. Такое развитие событий открыто обсуждалось. В октябре 1922 года лидер татарских коммунистов Султан-Галиев заявил о необходимости выхода автономных республик и областей из состава РСФСР с последующим их прямым вхождением в СССР. Очевидно, что расползание по отдельным самостоятельным республикам вкупе с появлением отдельной русской сделало бы СССР крайне непрочным образованием, которое к тому же в момент своего рождения грозило погрязнуть в ворохе территориальных претензий и пограничных конфликтов.
В итоге учредителями СССР стали четыре республики: РСФСР, Украинская ССР, Белорусская ССР и Закавказская федерация в составе Грузии, Азербайджана и Армении. РСФСР была самой большой по территории и населению частью СССР, а кроме того, выступала в качестве образца для остальных республик как наиболее передовая и окончательно победившая буржуазный национализм.
Такой взгляд на характер объединения находил своеобразные подтверждения. Закавказскую федерацию продолжали сотрясать политические конфликты. Вновь в центре событий оказалась Грузия. В августе 1924 года на западе страны, где были особенно сильны позиции грузинских меньшевиков, вспыхнуло вооруженное восстание. Его организаторами стали разношерстные политические силы, представлявшие грузинскую дворянскую корпорацию и интеллигентов-меньшевиков. Восставшие стремились восстановить независимость Грузии. Несмотря на первоначальные успехи повстанцев, выступление было подавлено уже к октябрю 1924 года.
Закавказская федерация на протяжении своего существования постоянно провоцировала слухи о коварных намерениях Москвы ослабить и раздробить Грузию, Армению и Азербайджан. Грузины остались недовольны проведением переписи 1926 года, в которой они усмотрели попытку искусственно разделить грузинский народ на аджарцев, лазов, мингрелов и сванов. Еще одним поводом для недовольства стало обсуждение того, чтобы объединить Северную и Южную Осетию в одну республику в составе РСФСР. В армяно-азербайджанских отношениях ключевой проблемой был Нагорный Карабах, который находился под формальным контролем Баку. В Ереване фиксировали сокращение армянского населения региона. Азербайджанские власти были недовольны автономным статусом части Нагорного Карабаха.
Достижения Закавказской федерации связаны с экономическим развитием и в первую очередь с индустриализацией в годы первого пятилетнего плана (1928–1932). В то же время проведение коллективизации только усилило противоречия внутри федерации и привело к новым взаимным обвинениям.
Тихое исчезновение
В проекте новой советской конституции, которая будет принята в 1936 году, Закавказская федерация оставалась одной из составных частей СССР. Но затем она внезапно исчезает из официальных документов. Это тем более странно, учитывая, что во главе Закавказского крайкома партии (пришедшего на смену Кавбюро) стоял сильный лидер — Лаврентий Берия. Тем не менее ни Берия, ни кто-либо другой не встал на защиту ЗСФСР. Это свидетельствует о том, что Закавказская федерация так и не стала общим домом для закавказских народов. Бурлаки оставили бесполезную баржу и разошлись в разные стороны.