Тихий латиноамериканец
История Виктора Мануэля Рочи, самого высокопоставленного кубинского «крота» в США
4 декабря Министерство юстиции США объявило об аресте одного из самых высокопоставленных «кротов» в органах государственной власти страны. Мануэль Роча, как оказалось, 42 года совмещал работу в различных правительственных и научных учреждениях страны с работой на Главное управление разведки Кубы. «Ъ» изучил историю его жизни и деятельности.
Несмотря на то, что Мануэль Роча был обязан образованием и карьерой США, он выбрал шпионить в пользу Кубы по идейным соображениям
Фото: GONZALO ESPINOZA / AFP
Операция «Иноагент»
Кадровый дипломат, прослуживший на ключевых постах в посольствах США по всей Латинской Америке, от Гондураса и Доминиканской Республики до Кубы, Аргентины и Боливии, он успел поработать еще и в Белом доме, был советником главы Южного командования вооруженных сил США. Он занимал высокие должности в многочисленных исследовательских центрах, включая Фонд Киссинджера, и направлял весь свой опыт и знания ради развития своей страны. Впрочем, той страной были вовсе не Соединенные Штаты Америки, а Куба, интересам которой он служил более 40 лет.
Об аресте столь уважаемого человека — Виктора Мануэля Рочи объявил лично министр юстиции США Меррик Гарланд. Событие того стоило. Со времени разоблачения советских шпионов Олдриджа Эймса (1994) и Роберта Ханссена (2001) ФБР не могло похвастаться нейтрализацией иностранного агента такого уровня.
Роче были предъявлены обвинения в тайной деятельности в качестве иностранного агента без уведомления властей и незаконном получении паспорта. На следующий день к ним добавились обвинения в передаче кубинцам секретной информации.
Учитывая преклонный возраст арестованного, с большой вероятностью можно утверждать, что Роча закончит свои дни в тюрьме.
Тем более что Минюст США намерен сделать из этой истории показательное дело. Гарантия тому — слова министра юстиции США: «Тем, кто… служит правительству Соединенных Штатов, обществом предоставлено огромное доверие. Предать это доверие, лживо заявляя о верности Соединенным Штатам, служа иностранной державе,— преступление, с которым со всей жесткостью разберется Министерство юстиции».
Их человек из Гаваны
Мануэль Роча — американец натурализованный. И теперь американские комментаторы недоумевают по поводу того, как он может ненавидеть страну, которой обязан буквально всем.
Роча родился в Колумбии в 1950 году и переехал в Нью-Йорк, в Гарлем. Но учился он в Тафт-скул, одной из самых престижных частных американских школ. А высшее образование получил в лучших университетах «Лиги плюща» — Йельском, Гарвардском и, пожалуй, лучшем из частных католических университетов страны — Джорджтаунском. В этом последнем он изучал дипломатию, получил степень магистра дипломатической службы и, почти одновременно, паспорт гражданина США. С этими двумя документами он отправился в Государственный департамент, был успешно принят на работу и сразу получил назначение в посольство США в Доминиканской Республике.
Будь он дипломатом любой другой страны, такое начало карьеры казалось бы более чем скромным. Но для США, считающих страны Латинской Америки и Карибского бассейна своим «ближним зарубежьем», любая должность в посольстве в самой захолустной латиноамериканской стране представляется важной и ответственной.
Роча же занял не «любую» должность, а место в политическом отделе посольства и в 31 год фактически стал отвечать за отношения США с Доминиканской Республикой. Но уже тогда его настоящими руководителями были сотрудники Главного управления разведки Кубы.
Следствию пока не известно, когда именно и, главное, как началось сотрудничество Рочи с кубинскими спецслужбами. В обвинительном заключении говорится, что произошло это не позже 1981 года. Но, по некоторым данным, это могло произойти и раньше, когда Роча только учился. Одно ясно совершенно точно: даже если кубинцы и платили своему «кроту», деньги не были главным стимулом для Рочи. Он работал на Гавану из идейных соображений, помогая кубинской революции и глубоко чтя лично команданте Фиделя Кастро.
Один в поле воин
Карьера кубинского «крота» была стремительной. После трех лет в Санто-Доминго он получил повышение, став главой военно-политической секции посольства США в Гондурасе. Следующее назначение — первый секретарь посольства в Мексике. Потом — снова Доминиканская Республика (уже в статусе заместителя главы дипломатической миссии). А в 1994 году случилось еще одно повышение, сделавшее его, судя по всему, самым ценным агентом кубинской разведки. Энтони Блейк, советник по национальной безопасности в администрации Билла Клинтона, пригласил Рочу в Вашингтон. На руководящую должность. Кубинский агент стал директором Совета национальной безопасности США по межамериканским отношениям. Должность эта предполагает уже не просто некоторую степень влияния на связи США со своим «ближним зарубежьем», но формулирование и выстраивание политики в отношении этих стран.
Сейчас, когда работа Рочи на Гавану стала известной, его принялись сравнивать с другими известными «кротами» в американских спецслужбах. И, по мнению экспертов, его работа была куда более важной, чем, к примеру, деятельность завербованных российскими спецслужбами сотрудника ЦРУ Олдриджа Эймса и фэбээровца Роберта Ханссена. Именно на основании работы Рочи в Совете национальной безопасности. «Информация, которой обладал Ханссен, была ограниченной… То же самое и с Эймсом. Но не забывайте, что, когда место работы находится непосредственно в Белом доме, у вас появляется доступ ко всей картинке… Эймс и Ханссен могли сдать наших агентов. Но этот парень, сидя в Белом доме, он видел все»,— отмечал бывший кадровый сотрудник ЦРУ Роберт Байер.
Бывший агент ЦРУ Олдридж Эймс сам пришел в советское посольство с предложением о сотрудничестве. Сейчас он отбывает пожизненное наказание без права на досрочное освобождение
Фото: Denis Paquin / AP
Роберт Ханссен 20 лет работал одновременно на американскую и советскую разведки. Он был осужден на 22 года и умер в июне 2023 года
Фото: fbi
Впрочем, в Белом доме Роча проработал чуть больше года, возвратившись после этого на дипломатическую службу. По иронии судьбы, его новым местом работы стала Гавана. В то время США и Куба не поддерживали дипломатических отношений, а американские дипломаты в Гаване работали в том, что называлось «Секцией интересов США при посольстве Швейцарии на Кубе». Роча был заместителем руководителя этой секции, и в его обязанности входило повседневное руководство миссией и общение с кубинскими должностными лицами. Затем Рочу отправили в Буэнос-Айрес, где он был заместителем главы миссии, а затем и временным поверенным в делах США в Аргентине. По некоторому стечению обстоятельств его пребывание в стране совпало с коллапсом поддержанной американцами программы стабилизации национальной валюты и началом грандиозного политического и экономического кризиса, в результате которого к власти в стране пришли политики, симпатизировавшие скорее Гаване, а не Вашингтону.
Чуть позже Роча окажет еще одну услугу Кубе, причем на этот раз уже вопросы о стечении обстоятельств не возникают. Причинно-следственная связь очевидна. Роча становится послом США в Боливии, стране, готовившейся к очередным президентским выборам. Достаточно неинтересным, надо сказать. Против очевидного фаворита и ставленника партии власти выступал малоизвестный и крайне невнятный кандидат по имени Эво Моралес. Выступал с очевидно антиамериканской программой и казавшимися совершенно безумными идеями поддержки крестьян, занимавшихся выращиванием коки. Как позже говорили эксперты, Моралес так бы и остался за пределами большой политики, если бы не неожиданное и крайне неудачное вмешательство посла США в предвыборную кампанию.
Мануэль Роча выступил — без всякого согласования с Вашингтоном — с предупреждением о том, что, если Моралес станет президентом, Америка прекратит оказывать финансовую помощь стране, потому что, мол, США не могут поддерживать материально производителей наркотиков.
Надо знать боливийцев (а Роча, безусловно, их знал). Выступление посла и его необыкновенно грубое вмешательство вызвало в стране волну возмущения. Моралес мгновенно превратился из политического фрика в фигуру государственного масштаба. Он даже прошел во второй тур голосования. Его «Движение за социализм» стало одной из ведущих политических партий страны. И уже на следующих выборах он одержал победу и стал президентом страны.
Президент Боливии Эво Моралес в 2009 году
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ
С государственной службы Мануэль Роча ушел в 2002 году, оставшись одним из ведущих американских экспертов по Латинской Америке. И, как представляется, самым влиятельным из таких экспертов. Достаточно сказать, что он довольно скоро стал получать (и принимать) приглашения в правления самых известных исследовательских центров, компаний, работающих в Латинской Америке, а в 2006 году стал личным и главным советником главы Южного командования вооруженных сил США, получив доступ к сверхсекретным военным материалам и сохранив возможность влиять тем или иным способом на отношения США со странами Латинской Америки.
Ошибка иноагента
ФБР ничего не говорит о том, как Мануэлю Роче удавалось более сорока лет работать на Кубу, очевидно не вызывая никаких подозрений. Как не распространяется и о том, почему все-таки эти подозрения возникли. Упоминается лишь некая «наводка», которую Бюро получило несколько лет назад и из которой следовало, что Роча — агент кубинского правительства. Куда больше оно рассказывает о том, как эти подозрения подтвердились и почему речь идет именно о раскрытии глубоко законспирированного агента кубинской разведки, а не просто об удачной провокации, ловушке, в которую попал вдруг обидевшийся на США высокопоставленный дипломат.
Судя по всему, Роча на какое-то время потерял контакт с кубинскими спецслужбами. И, видимо, весьма переживал по этому поводу. Иначе невозможно объяснить тот энтузиазм, с которым он воспринял сообщение, пришедшее в прошлом году на его смартфон.
«У меня есть для вас послание от ваших друзей в Гаване»,— писал ему незнакомец. Вместо того чтобы проигнорировать его или даже передать в местное отделение ФБР, Роча вступил в переписку и довольно быстро договорился о встрече с автором сообщения.
А в первых же словах на первой же встрече (всего их было три) с головой выдал себя. «Не беспокойтесь о конспирации,— сообщил он своему собеседнику.— Я ехал кругами, как меня и учили в управлении».
Собственно, все обвинительное заключение строится на записях разговоров Рочи с человеком, которого он считал представителем Главного управления разведки Кубы, а на самом деле — работавшего под прикрытием агента ФБР.
Роча, несмотря на свой долгий опыт «крота», а, возможно, именно из-за вызванного этим опытом ощущения безопасности и уверенности в собственной непогрешимости, совершенно доверился «человеку из Гаваны». Он рассказывал ему о том, как ненавидит «врага» (США), о прошлых заслугах, о том, как гордится тем вкладом, который он многие годы вносил в дело победы кубинской революции, как благодарен «товарищам из управления» за то, что те о нем не забывают. Он с удовольствием говорил — не в деталях, конечно,— о своей прежней работе. О том, как всегда соблюдал правила конспирации, никогда не употребляя в передаваемых управлению материалах слова «Гавана» или «Куба» — только «остров». Как никогда ничего не записывал, полагаясь только на собственную память.
Когда «человек из Гаваны», явно для протокола и последующего обвинительного заключения, задал во время одной из встреч вопрос о том, верен ли Роча Кубе, как был когда-то, кадровый дипломат вскипел: «Я оскорблен. Я негодую… Это как спрашивать о том, мужчина я или нет… Ты бы еще потребовал, чтобы я спустил штаны и показал тебе…» Немного успокоившись, на другой протокольный вопрос — о том, готов ли Роча передавать ГУР секретную информацию,— последовал ответ: «Вам, ребята, нет никакого смысла даже спрашивать. Если у меня появится доступ к чему-то стоящему, то я сам предложу».
Этих разговоров было достаточно для того, чтобы арестовать Мануэля Рочу. Однако, говорят эксперты, суда над ним придется ждать долго. И дело вовсе не в недостатке улик. Роча наговорил на пожизненное заключение. Но, напоминают эксперты, ФБР обладает пока крайне ограниченной информацией о том, какой ущерб «крот» нанес Соединенным Штатам за более чем сорокалетнюю работу на Гавану. Определением этого ущерба и будут заниматься в ФБР сейчас. И судя по всему, эта работа — на несколько лет.