В поисках утраченного безвременно
Анна Толстова о «Галерее потерянного искусства»
9 июля 1975 года голландец Бас Ян Адер, приручавший поэзию неудачи, сел в крошечную парусную лодку, чтобы переплыть Атлантику, из Америки в Англию, "в поисках чудесного". Суденышко нашли девять месяцев спустя, самого художника более никто не видел. Его главная неудача принесла ему позже славу великого концептуалиста, сумевшего, пусть и ценой смерти, слепить искусство с жизнью в гомогенное целое. Он-то и открывает "Галерею потерянного искусства" (Gallery of Lost Art, www.galleryoflostart.com) — как потерянный художник или как потерянный хеппенинг, что здесь, в сущности, одно и то же. В "Галерее" можно найти также "Фонтан" Марселя Дюшана, из которого проистекло все современное искусство. Тот самый писсуар, про который все слышали, да никто не видел: он остался запечатленным на одной-единственной фотографии Альфреда Стиглица. Посылая писсуар на первую выставку Общества независимых художников Нью-Йорка, скрывшийся под псевдонимом Дюшан, один из руководителей Общества независимых, имел в виду вовсе не то, что искусством может быть все что угодно. Напротив, соблюдя все выставочные формальности — писсуар имел название "Fountain", подпись автора "R. Mutt" и дату "1917",— он, провокатор и трикстер, как раз выступал одновременно против цензуры и против неразборчивости экспертного сообщества. Однако этот акт, как сказали бы сейчас, институциональной критики оброс такой плесенью смыслов, что разглядеть первоначальный замысел невозможно, как и сам оригинал: демонстрирующиеся в музеях писсуары — авторские копии, сделанные изобретателем реди-мейдов, поддавшимся на уговоры галеристов и кураторов, в 1950-х и 1960-х. Кремированные картины Джона Балдессари, стертый Робертом Раушенбергом рисунок Виллема де Кунинга, портрет Фрэнсиса Бэкона кисти Люсьена Фрейда, украденный прямо с выставки, так и не построенный "Памятник III Интернационалу" Владимира Татлина, сожранный молью в тейтовских запасниках "Войлочный костюм" Йозефа Бойса — в интернет-галерее уже три десятка невидимых шедевров, пропавших из поля зрения человечества, но не стертых из его памяти.
Бас Ян Адер. Перформанс "В поисках чудесного", 9 июля 1975 года
"Интернет — друг или враг?" — дискуссия на эту тему не стихает в музейном мире вот уже второе десятилетие. Если выложить на сайт то, что есть в музее, наш дорогой посетитель ни за что не оторвет задницы от дивана и глаз от телевизора — резонно опасаются скептики. В музеях Соединенного Королевства дорогому посетителю все — и бесплатный вход, и продленные часы работы, и кафе с ресторанами, и всяческий эдьютейнмент. Только бы он пришел. И он действительно приходит: в списке 100 наиболее посещаемых музеев мира больше всего британских, и по количеству пропущенного сквозь себя за год народу они бьют все рекорды. Галерея Тейт со своими многочисленными филиалами опережает даже музейную империю Гуггенхайма: Tate Modern — на пятом месте, Tate Britain — на 28-м, Tate Liverpool — на 93-м, и это не где-то в позорном хвосте, а между венскими Kunsthistorisches и Альбертиной. Рейтинги, кстати, тоже отличный способ привлечь внимание публики, от искусства в целом далекой, но с интересом следящей за тем, кто нынче в самых дорогих художниках. Лидеров аукционных продаж в Тейт очень любят и на экскурсиях всячески подчеркивают, что непреходящая ценность Ротко, Поллока или Моне подкреплена еще и потраченными на них суммами с большим количеством нулей справа от первой цифры. А еще внимание публики, и не обязательно английской, читать учившейся по Агате Кристи, концентрируется на разнообразных детективных историях: подделки, кражи, пропажи. На этой страсти и сыграли галерея Тейт и ее давний партнер Channel 4, запустив онлайновый проект об утраченном искусстве. Речь, разумеется, не о том, чтобы продублировать Art Loss Register, интернациональную онлайновую базу данных, где уже насчитывается более 300 тыс. разыскиваемых произведений — что неудивительно: по данным ФБР преступный доход от продаж краденого искусства составляет сегодня $5-6 млрд в год. Речь не о заезженных сюжетах вроде шести из семи чудес света и не спекуляциях на тему "Картин" Филострата Старшего — переплюнуть авторов "Имени розы" или "Кода да Винчи" никто не стремится. В "Галерее потерянного искусства" собрали произведения искусства XX века, которые могли бы быть в Tate Modern, если бы... Но их там нет, в чем можно убедиться лично, отлипнув от монитора и расставшись с диваном и телевизором.
Люсьен Фрейд. "Портрет Фрэнсиса Бэкона", 1952 год
Фото: © Lucian Freud / Tate
В том, что многим захочется это сделать, сомневаться не приходится. "Галерея потерянного искусства" куратора Дженнифер Мунди показывает высший пилотаж музейных образовательных технологий: выставляя исчезнувшее рядом с благополучно сохранившимся, чичероне так и заманивает нас в музей. Это, конечно, увлекательнейшая экскурсия по артистическим мифам и легендам XX века. Предназначенная вовсе не тем идиотам, что в 2005-м выкрали "Лежащую фигуру" Генри Мура из фонда художника в Перри-Грин: бронзовая скульптура весом в 2 тонны пошла на переплавку, предположили в полиции, и значит, за работу стоимостью ?3 млн воришки выручили ?3 тыс. Но не только экскурсия. Дженнифер Мунди удалось рассказать историю и объяснить философию современного искусства, используя то, что лотмановская школа называет "минус-приемом": отсутствующее больше говорит о реальном, чем само оно способно рассказать о себе. А говорит оно, в частности, что рукописи горят и в эпоху технической воспроизводимости, но зато их пепел до сих пор стучит в наши сердца, благо современному, порождающему и воспроизводящему мифы и легенды искусству, в отличие от искусства классического, утраты идут скорее на пользу. И еще "Галерея потерянного искусства" — настоящий шедевр медиаарта. Дело не в оформлении, хотя веб-дизайн, разработанный шотландским дизайнерским бюро ISO, достоин всяческих похвал. Дело в том, что "Галерея", помещающая утраченное, то есть сделавшееся столь же виртуальным, что и Филостратовы "Картины", искусство в виртуальный музей, сама по себе концептуальный проект. Проект запущен пару месяцев назад и рассчитан на год, каждую неделю прибавляется по новому рассказу об исчезнувшем произведении, по прошествии года "Галерея" будет уничтожена. Vanitas vanitatum et omnia vanitas: потерянное искусство ежесекундно стремится навстречу полноте небытия.
На момент сдачи номера оставалось 295 дней до того, как "Галерея утраченного искусства" будет утрачена безвозвратно