Происхождение парковых видов
Сергей Ходнев о новом павильоне «Гаража» и выставке «Временная архитектура парка Горького: от Мельникова до Бана»
Временная архитектура — вещь с увесистой историей, каждая новая эпоха как будто бы придумывала для нее совершенно новую роль, но занятно, что всякий раз при этом возникала какая-то генетическая перекличка с прошлым опытом. Сначала арки, павильоны, храмы, скалы, пещеры и колоннады, изготовленные из дерева, холста и папье-маше, украшали празднества королей и аристократов — когда в масштабе небольшого парка при усадьбе, а когда и в масштабе целого города. Несмотря на эфемерность их существования, строили такие декорации часто знаменитейшие архитекторы своего времени, и не столько потому, что их соблазняли гонорары, сколько из-за возможностей, которые при этом открывались. Недолговечное сооружение могло быть удобным способом смоделировать какое-нибудь необычное планировочное решение или композиционный эффект, которые потом могли пригодиться в архитектуре настоящей, каменной.
Индустриальный век, с одной стороны, отправил эти увеселения в утиль — городские праздники, коронации, государственные визиты стали оформляться менее вычурным образом; но, с другой стороны, появился новый род празднества, всевозможные сельскохозяйственные и промышленные выставки, и тут архитектор опять был незаменим. Тогда, собственно, и возникает идея выставочного павильона как особой архитектурной задачи, как здания, которое не просто должно украшать общую картину выставочного городка, но и по возможности внушительно представительствовать за тот регион, город, страну или там хозяйственную отрасль, которой этот павильон посвящался.
"Выступление танцевального кружка на фоне павильона Центрального управления лесной промышленности", конец 1920-х — начало 1930-х годов
Фото: Архив ЦПКиО им.Горького
Нам все это кажется знакомым в первую очередь благодаря павильонам ВДНХ. Но фокус в том, что идея выставки достижений гораздо старше, чем и ВДНХ, и Советское государство — и вообще это затея в основе своей буржуазная. Пересаживать эту идею на советскую почву начали достаточно рано, еще в 1920-е, но характерно, что это происходило во времена нэпа: более наглядного способа продемонстрировать оживление народного хозяйства после недавней разрухи придумать просто не смогли.
Всероссийская сельскохозяйственная и кустарно-промышленная выставка открылась в августе 1923-го. Генплан для нее разрабатывал будущий главный мастер сталинского классицизма Иван Жолтовский, главным архитектором был Алексей Щусев, один из павильонов ("Туркестан") проектировал Федор Шехтель, но было и много конструктивистов. Так что в результате, с одной стороны, выставка получила академичную структуру регулярного парка, а с другой — главными ее достопримечательностями стала авангардная архитектура.
Именно на территории, которую занимала эта выставка, потом был разбит парк имени Горького. И именно с павильона "Махорка", спроектированного для этой выставки, началась слава Константина Мельникова.
"Агитационный автомобиль на открытии парка", 1929 год
Фото: Архив ЦПКиО им.Горького
Павильоны выставки 1923 года, как водится, разобрали, но освоенную попутно территорию забрасывать не стали. Уже в 1928 году здесь открыли Парк культуры и отдыха, который, конечно, от этого статуса парка с эфемерными, временными увеселительными сооружениями со временем ушел далеко, но об этой его первоначальное поре пришлось вспомнить в сороковые годы, когда именно здесь, в парке, появились выдержанные в триумфальном духе павильоны для демонстрации трофеев — немецкой военной техники.
Всю эту историю излагает выставка, развернутая непосредственно в парке Горького — точнее, в новом выставочном павильоне центра "Гараж", который построен японской архитектурной знаменитостью, Сигэру Баном. Причем новый павильон и сам по себе откликается на тему временной архитектуры, поскольку Сигэру Бан предпочитает строить свои элегантные объекты из материалов и экологичных, и экономичных, вроде бумажных и картонных труб.
Есть в событии и еще один полупроявленный сюжет, который уже имеет отношение к самому "Гаражу". Это случай довольно хитрой генеалогии, чем-то напоминающей старинную тетрадочную забаву, где, раз за разом меняя в слове одну букву, нужно было прийти в итоге к слову с кричаще отличным от слова-исходника значением — например перейти от "мухи" к "слону". Дело в том, что после успеха "Махорки" Мельникову вскоре заказали павильон уже для мероприятия совсем другого уровня — Международной выставки декоративных и прикладных искусств, проходившей в Париже в 1925-м. Впечатление, если верить Илье Эренбургу, было сокрушительным: "Мода на Мельникова докатилась до самых широких слоев падких на любую новинку парижан, стала приметой времени и молвой улицы: случайная прохожая называет своему спутнику самые острые, на ее взгляд, признаки современности — футбол, джаз, павильон, выстроенный Мельниковым...". Парижане попрактичнее заказали архитектору проект огромного гаража, который, правда, осуществить не удалось, но зато потом этот проект неоднократно пригодился Мельникову, когда он строил в Москве свои знаменитые гаражи. В частности — Бахметьевский, в честь которого просуществовавший в нем несколько лет "Гараж" и получил свое название.
ЦСК "Гараж", с 20 октября по 9 декабря