ОДНАЖДЫ ЭРИК КЛЭПТОН...
![](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/2001/4690/15-50-52/index/15-50-1s.jpg)
Эрик Клэптон, который на этой неделе выступает в Москве, очень известный гитарист. Настолько известный, что более, чем о нем, широкая публика осведомлена только еще об одном — Джими Хендриксе. И если Хендрикс считается просто самым лучшим в мире гитаристом, то Эрик Клэптон — просто самым популярным. Вообще-то именно Эрик Клэптон самым первым сделал одну очень важную вещь: он сделал гитару именно тем инструментом, с помощью которого самые разные люди сегодня могут сделать себе настоящую карьеру и прославиться на весь мир. А так как Клэптон был первым, кто организовал себе такую карьеру, быть знаменитым больше, чем он, невозможно. Вы спросите, а чем была гитара до Клэптона? Сопровождающим инструментом при певце, на которого были нацелены все прожектора и улыбки девушек. Клэптон сделал так, что гитарист стал равен певцу. В деле блюза это было нелегко. На самом деле Эрик Клэптон играл самую разную музыку, в том числе и очень эффектный хард-рок (вовсе не Black Sabbath, а его группу Cream некоторые специалисты склонны считать пионером этого жанра), но у широкой общественности Клэптон ассоциируется исключительно с блюзом. Наверное, потому, что большой успех пришел к нему только после того, как он «засветился» в блюзе. Тем более что два его последних альбома (оба с Би Би Кингом) получили «Грэмми». «Грэмми», Би Би Кинг — еще бы не оценить такой блюз. На самом деле два последних альбома Клэптона — два самых плохих и неинтересных его альбома. Но магия имен и церемонии делают свое дело. И самые выдающиеся работы Клэптона по-прежнему остаются вне поля зрения общественности. И если поклонникам на общественность плевать, на Эрика Клэптона они плюнуть не посмеют никогда — он интересен, даже когда играет скучную музыку. Потому что известно, какой может быть его музыка, если ему самому интересно ее писать и играть. Эрик Клэптон вообще очень интересный человек, с ним случались всякие интересные истории, о которых он изумительно рассказывает. И если представлять Эрика Клэптона нет никакой необходимости (даже в нашей стране знают, что когда-то давным-давно в Англии на заборах так и писали от избытка чувств «Эрик Клэптон — Бог»), пересказать несколько его историй можно попробовать. Кстати, история о том, как Ее Королевское Величество Елизавета II пожаловала Клэптона «сэром», далеко не самая занятная — пожаловала, ну и пожаловала.
![](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/2001/4690/15-50-52/index/15-51-1s.jpg)
Однажды Эрик Клэптон не заметил, что у него родилась дочь. Дело было так. По словам самого мистера Клэптона, «в то время я был женат. Кажется. Но мою дочь Рут Келли Клэптон родила не совсем моя жена, это точно. Ее родила другая женщина. Я сделаю вид, что не хочу о ней говорить, но на самом деле я не помню той женщины». На самом деле Эрик Клэптон обнаружил, что у него есть дочь, совсем недавно, когда записывал пластинку Pilgrim, то есть два с небольшим года назад. И девочка Рут Келли немного поговорила между песнями на той пластинке. И вообще мистер Клэптон совершенно прав, что не помнит «той женщины»: если забивать голову ими всеми, никакой головы не хватит. А что касается дочери, то это действительно ужас, потому что почти взрослая дочь (а дочери Клэптона 15 лет) — кошмар любого отца: вот она совсем вырастет, и кого она встретит? «Да точно такого же придурка, каким я был в их годы!» А Эрик Клэптон одно время был очень серьезным придурком.
![](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/2001/4690/15-50-52/index/15-51-2s.jpg)
Однажды Эрик Клэптон был придурком. Ему только исполнилось тринадцать лет, и никем иным он просто не мог быть. Тем более что на тринадцатый день рождения приемный отец подарил ему гитару. Эрик немного поиграл на ней и, как он сам вспоминает, «решил бросить — ничего не получалось». Но приемный родитель был человеком упорным, а его приемный сын, как уже говорилось, был придурком. Но мужественный придурок: даритель гитары настаивал, чтобы его подарок был освоен надлежащим образом, а гитару принявший твердил, что ничего не получается. И чтобы аргументировать утверждение, добровольно и самостоятельно сломал себе левую руку. Где-то в кисти. Если бы Эрик Клэптон жил в Советском Союзе и при этом проходил воинскую службу, его могли бы судить. Как за самострел. Но ему повезло, приемный отец просто надавал тумаков и отстал со своим нелепым подарком. А потом рука зажила и Эрику стало интересно: вдруг после перелома что-то получится? Он попробовал и увидел, что получается. Так Эрик Клэптон стал гитаристом. А уже много позже, когда он был самым знаменитым в мире гитаристом, у него родилась дочь, о происхождении которой он знает, но не все. Точно такая же история давным-давно приключилась с самим Клэптоном, когда он только-только родился.
![](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/2001/4690/15-50-52/index/15-51-3s.jpg)
Однажды Эрик Клэптон родился. Это было 30 марта 1945 года в Англии, и мама его была самой настоящей англичанкой. А родной отец был канадским солдатом. Мать Эрика Клэптона звали Патрицией Молли Клэпп. Когда она родила Эрика Патрика, ей было 16 лет. А солдату было 24 года, его звали Эдвард Уолтер Фрайер, и этого Фрайера чуть было не судили за совращение несовершеннолетней, но не судили, потому что несовершеннолетняя наврала, что она совершеннолетняя. Потом солдат Фрайер уехал в Канаду, где его ждала жена, а маленьким Эриком занялись родители Патриции, то есть дедушка и бабушка. Тем временем в жизни Патриции появился еще один солдат, и тоже канадский. Его звали Фрэнк Макдоналд. Из чего можно сделать вывод: есть что-то такое сакральное в канадских военнослужащих, не может не быть. Второй солдат женился на маме Эрика Клэптона, но будущего гитариста усыновлять не стал. Кстати, тогда Эрик Клэптон был еще никакой не Клэптон, а Клэпп, но, несмотря на то, что он носил ту же фамилию, что бабушка и дедушка, они тоже решили не узаконивать родственных отношений с внуком. Из чего следует другой вывод: что-то есть подозрительное в детях канадских военнослужащих, что-то такое, что настораживает их английских родственников по линии возлюбленных канадских мужчин. Эрика Патрика Клэппа таскали по всем германским и канадским военным базам, на которых посчастливилось служить мужу его мамы, и в конце концов жизнь снова забросила их всех в Англию. К тому времени дедушка и бабушка окончательно сошли с ума и стали выдавать Эрика за своего сына, а его маму — за его сестру. Кем они вообразили второго канадского солдата, можно только догадываться. В общем, было отчего Клэптону считать себя в семье очень одиноким.
![](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/2001/4690/15-50-52/index/15-52-1s.jpg)
Однажды у Эрика Клэптона появился друг, настоящий друг. И звали его Джордж Харрисон. Он играл на гитаре в группе «Битлз». Но не так хорошо, как Эрик Клэптон, — иначе он сам сыграл бы партию гитары в самой красивой песне «битлов» «Моя гитара тихо плачет»: Джордж Харрисон написал эту песню, но понял, что не одолеет ее, и пригласил сделать это своего друга Эрика. Клэптон справился не только с песней, но и с женой своего друга.
Жену звали Пэтти Бойд, а полное имя ее было Патриция Энни Бойд, и было в ее имени что-то от мамы Эрика. Наверное, поэтому Эрик Клэптон что-то такое почувствовал, когда первый раз увидел ту самую Патрицию. Но он тогда еще не знал, что она Патриция, и просто влюбился. Несмотря на то, что понравившуюся ему девушку звали очень вызывающе, Эрик Клэптон вначале не строил относительно нее никаких смелых планов. Потому что она была женой его друга Джорджа, и если бы друг Джордж узнал об игривых мыслях друга Эрика, он мог бы обидеться.
Так думал Эрик Клэптон. Но Джордж Харрисон в то время мог думать только об Индии, откуда надвигалось всяческое раскрепощение сознания, и на жену свою не обращал никакого внимания. И поэтому обижалась, наоборот, жена Пэтти. Так обижалась и так злилась, что решила проучить мужа. И как это бывает, начала кокетничать с его другом. Кокетничала, кокетничала, и друг Эрик не выдержал — ну, не деревянный же он был, в самом деле. Хотя казался таким. И свершилось грехопадение.
Было очень обидно, потому что Джордж Харрисон этого не заметил, но с другой стороны было интересно, потому что в большинстве случаев падения в грех сопровождаются приятностями. А это было грехопадение как раз такого рода. Эрик Клэптон понял, что друг не обижается, и стал буквально преследовать его жену. Он думал, что ей тоже нравится их приключение. Но Пэтти убедилась, что муж ее полный осел, а раз так — грешить с его чокнутым дружком не имело никакого смысла. И от откровенных предложений Эрика стала отказываться. А потом принялась бегать от него: увидит Клэптона на улице, тут же переходит на противоположную сторону и бежит обратно. А потом кто-то шепнул Джорджу Харрисону про неверность жены. Но Джордж ни капли не обиделся: с одной стороны, он продолжал ждать духовных сообщений из Индии, с другой... Это же друг Эрик, подумал Харрисон, ну и пусть себе! Индия важнее. Он смотрел в сторону страны Вишну и Рабиндраната Тагора до 1979 года, и это так надоело его жене, что она в конце концов развелась с ним. Никто не знает, заметил ли это Джордж Харрисон, а вот Клэптон заметил и женился на освободившейся женщине. Помнил ли он эту женщину, неизвестно, но его брак с ней продолжался 14 лет и, судя по тому, что в его процессе появилась девочка Рут Келли, нет, скорее всего не помнил. Потому что иногда он пил и употреблял всякие наркотики, а в тот период он только это и делал.
Однажды Эрик Клэптон прекратил пить виски и нюхать кокаин. Он так этому удивился, что решил немного подождать и посмотреть, что будет дальше. Дальше оказалось не очень приятно, потому что если пить виски и нюхать всякую гадость несколько лет подряд, на душе делается муторно и очень хочется холодного пива. Но, видимо, с пивом возникли проблемы, а все вокруг стали восхищаться: мол, какой Эрик молодец, наконец-то, и все такое, и он поверил, что он молодец. А проверив, учредил негосударственное предприятие, которое назвал «Перекресток»: теперь всяк желающий может подлечиться там от вредных привычек. Главное — добраться до острова Антигуа, где Эрик Клэптон выстроил клинику. Некоторым там так хорошо помогают, что они даже вспоминают, как их зовут. И Эрик Клэптон однажды тоже вспомнил очень важную вещь.
![](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/2001/4690/15-50-52/index/15-52-2s.jpg)
Однажды Эрик Клэптон вспомнил, что когда-то знал ноты и умел читать по ним музыку. Он так и говорит: «Я точно знаю, что умел читать по нотам. Но забыл». Он рассказал эту страшную историю очень насмешливому и циничному американскому телеведущему Ларри Кингу. Кингу в последнее время вообще очень не везло на собеседников — один про подводную лодку лаконично так сообщил: «Она утонула», другой про ноты ерунду всякую наплел. Он спросил у Клэптона: «Как такое может быть?» А Клэптон ответил буквально следующее: «Я не знаю. Но по нотам больше читать музыку не могу. Зато я знаю наизусть этюд «Зеленые рукава» — если положить передо мной ноты этого этюда и попросить меня его сыграть, я сыграю, и все будут думать, что я играю по нотам. Можно, правда, раскрыть совсем другие ноты, я все равно буду играть «Зеленые рукава». Но Эрик Клэптон может сыграть не только «Зеленые рукава», он умеет играть некоторые другие композиции, некоторые из них он даже сам написал. Но он этого тоже не помнит. Нет, он помнит, что написал какие-то песни, но вот какие... Наверное, можно раскрыть перед ним ноты «Зеленых рукавов» и включить компакт-диск с «Леди Мадонной», и Эрик Клэптон скажет, что это не «Зеленые рукава», но песня, может быть, его. Что-то похожее приключилось с ним на одной из церемоний «Грэмми».
Однажды Эрика Клэптона попросили сыграть на церемонии награждения премией «Грэмми». Организаторы предложили ему и Киту Ричардсу из «роллингов» «исполнить что-нибудь запоминающееся» — Эрик Клэптон хотел сделать приятное Киту Ричардсу и уговорил его играть знаменитую «Сатисфэкшн», а Ричардс мечтал угодить Клэптону и настаивал на «Сиянии твоей любви». На том они и порешили. В смысле буквально: они разошлись по разным концам большой сцены и пять минут играли. Клэптон свое «Сияние», Ричардс — свою «Сатисфэкшн». Им свистели, кричали и топали ногами все пять минут, но они ничего не заметили, потому что и Клэптон, и Ричардс оглохли лет пятнадцать назад. И играют они обычно с закрытыми глазами. Но это неважно — когда им объяснили, в чем дело, они стали играть что-то одно, но выяснилось, что ни тот, ни другой не помнит слов. Они еще не очень были уверены, какую именно песню они все же играли и кто из них ее автор. В общем, обычное дело, но «Грэмми» та удалась. Как удалась другая «Грэмми», во время которой Эрик Клэптон получил сразу шесть граммофончиков в шести разных номинациях.
Однажды Эрик Клэптон завоевал сразу шесть премий «Грэмми». Его подошел поздравить Ринго Старр, когда-то он играл в одной группе с Джорджем Харрисоном, и он-то определенно помнил старого дружка своего «коллеги Джорджи». «Привет, Эрик, — сказал Ринго, — поздравляю, братан!» «Спасибо, господин Рональд Рейган, — вежливо ответил Клэптон. — Вот уж не думал увидеть вас в таком месте!» Ринго Старр нашелся и изящно парировал: «Ну и козел ты, брат!» Через полчаса Эрик нашел в толпе Ринго и сообщил ему, что пошутил. Ринго Старр ни капли на него не обиделся.
Сергей КАСТАЛЬСКИЙ
В материале использованы фотографии: EAST NEWS