Икона и сверхновая
Александр Воронов о главных клубных гастролерах недели
Самый титулованный диджей появится в эти выходные в клубе Arma 17. Речь о 50-летнем темнокожем американце Деррике Мэе, одном из трех соавторов понятия "детройтское техно". Не будет преувеличением сказать, что это направление стало отправной точкой для большинства современных диджеев — и всех без исключения гастролеров того же Arma 17. Стиль придумывался так. Выходец из детройтского пригорода Белвилл, Деррик вместе со школьными приятелями Хуаном Аткинсом и Кевином Сондерсоном решили, как они неоднократно вспоминали, приспособить Kraftwerk, Tangerine Dream и других немецких электронщиков для американских танцполов. В ход пошли первые модели драм-машин и древние синтезаторы; вышло нечто посередине между уже неплохо тогда известными хаусом, электро и синтпопом. Современные пластиковые и жесткие техно-переливы это напоминало мало. К примеру, самый известный трек Мэя того времени, "Strings Of Life" 1987 года, скорее походил на электропоп и тот же Kraftwerk. Каждый из троицы со временем обзавелся своим творческим почерком и негласным прозвищем. К примеру, "двигатель" Сондерсон напирал на скорость, "инициатор" Аткинс стал заниматься электроникой раньше всех и больше увлекался синтетикой и басами. Деррик Мэй же любил струнные инструментальные треки и электро, а в компании прослыл "новатором", а еще "Майлзом Дэвисом от техно" — за желание работать с наиболее передовыми артистами того времени вроде Depeche Mode или Fine Young Cannibals. Нельзя не отметить, что совершенно непонятая поначалу большими рекорд-лейблами новинка из Детройта быстро эволюционировала в целую философию с антиглобалистскими замашками. Тот же Мэй долгие годы отстаивал идею недопустимости коммерциализации техно. Так, в 1980-х он говорил, что противопоставляет музыку конформизму, в 2000-е уточнял в интервью Mixmag, что лейблы хотели сделать его "шоуменом, а не музыкантом": "Мне сказали, что я должен развлекать. А я пришел работать". Обида на индустрию вылилась в то, что все 1990-е Деррик практически не выпускал пластинок, да и в 2000-е не сказать чтобы особо ими баловал. Судя по записям его последних выступлений, мастер Мэй сейчас склоняется к довольно быстрому и изобретательному хаусу с проскальзывающими нотками фанка и афробита. В этом смысле придуманная американцем еще в 1980-е формула для описывания собственного творчества — "Джордж Клинтон встретился с Kraftwerk в лифте" — осталась актуальной и сейчас.
Если Деррик Мэй прибывает в Москву в статусе живой иконы электроники, то навещающая в пятницу заведение Gipsy жительница Лондона Майя Джейн Коулс — в ранге сверхновой звезды. В британском журнале Mixmag, который в 2011 году поместил эту гражданку на обложку с надписью "Новая королева андерграунда", писали, что ей удалось необычайно быстро вырасти из "девочки-фанатки в фигуру планетарного масштаба". Так, до 2010 года о Коулс слышали разве что завзятые тусовщики, с которыми Майя Джейн с 15 лет моталась по всем британским клубам. Сейчас девушке 25, и последнюю пятилетку она так успешно работала за вертушками, что в прошлом году смастерить сборник в эстетской серии "DJ Kicks" ей доверил очень разборчивый лейбл !K7. Сейчас англичанка выступает в лучших клубах мира вроде германского Berghain, играя оригинальный сплав из дип-хауса и тек-хауса, периодически сдобренный ломаными ритмами. Британские журналисты хвалят землячку за элегантность в танцевальной музыке, и действительно у Коулс получается неплохо совмещать, например, мелодику и воздушность от дип-хауса с напором и отстраненностью тек-хауса. В Gipsy Майя привезет в том числе материал своего дебютного альбома "Comfort". Рассчитывать, что бывалая рейверша Коулс будет презентовать его со сценическим угаром, не стоит. Большую часть времени девушка обычно сосредоточенно таращится в пульты и на клаберов особого внимания, если не считать загадочных полуулыбок, не обращает.
Рейв "Игры разума" в Stadium Live
7 декабря в Stadium Live пройдет массовый рейв "Игры разума". Единой стилевой концепции у него нет, за вертушками побывают и русский мастер гламурной песни Smash, и известный швед Zoo Brazil, ныне играющий плотный перкуссионный хаус. Особое внимание — новой голландской звезде Йорди ван Эгмонду, он же Dyro (на фото). Тот играет вроде бы знакомый коммерческий транс с провисаниями и девичьими куплетами, но разбавляет его сконцентрированными электронными сгустками-дропами из дабстепа. По мнению DJ Magazine, эта смесь тянет на 30-е место в списке лучших электронщиков мира