Российское общество политологов обратилось к Владимиру Путину с просьбой дать поручение о подготовке нового учебника политологии. Авторы обращения хотят, чтобы он был написан "с позиций интересов России". Независимый журналист Константин Эггерт считает, что инициатива политологов полностью соответствует духу времени.
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Вопрос, который возникает немедленно: "Почему с просьбой о новом учебнике к президенту обращаются те самые люди, которые, по идее, могут и должны его писать?". Ответ, точнее ответы, приходят быстро.
Во-первых, демонстрация идеологической лояльности стала сегодня не просто нормой, а неофициальным правилом жизни для чиновников, депутатов, учителей, а теперь и политологов.
Во-вторых, надежда на выделение средств под федеральную целевую программу по подготовке книги просматривается невооруженным глазом. А в-третьих, Кремль сегодня уверенно берет под контроль сферу образования, так что политологи подстраховались обращением не зря.
Какого типа учебник политологии будет предложен студентам, после заседания политологического общества в Суздале более или менее ясно. Он будет принципиально игнорировать западную политологическую науку. С этим вредным элементом наследия 90-х активно предлагали покончить участники форума.
Открывал его, кстати, Владимир Якунин, который помимо РЖД возглавляет также кафедру государственной политики факультета политологии МГУ. Его выступление, озаглавленное "Россия и мир в условиях деструкции глобальной управляемости", было посвящено деятельности не больше и не меньше, как мирового правительства, названного Якуниным "мировыми планировщиками". Планировщики, ясное дело, хотят покончить с Россией.
Конспирология, ранее удел графоманов из Живого журнала, стала теперь фактически официально признанной частью новой официальной идеологии. Ее транслируют госканалы, она теперь, видимо, будет цементировать и новый политологический учебник.
Можно не сомневаться: его напишут не с позиций интересов России, как заявляли участники суздальского заседания, а с точки зрения интересов российской власти. А ее главный интерес известен – как можно дольше властью оставаться. Гуманитарные науки в России перестают быть таковыми. Возврат к советским реалиям, когда они были служанками Кремля, совершается на наших глазах. Власти нынешней это нравится. Ей кажется, что она исправляет ошибки Горбачева, якобы "отпустившего вожжи" и "развалившего великую страну". Она думает, что дарит россиянам новую идентичность. На самом деле это смесь худшего советского и худшего имперского, это идеология страны-страуса, прячущей голову в песок и объясняющей все свои проблемы заговорами "вашингтонского обкома". Это, в конечном счете, идеология слабого общества и слабого государства.