![]() |
Обсуждению этих законопроектов были посвящены недавние заседания рабочей группы и парламентские слушания в Госдуме. Проблемы связистов известны: устаревшее оборудование, нехватка инвестиций, льготники, перекрестное субсидирование. Суть последнего в том, что абонентская плата за телефон составляет, по данным Минсвязи, в среднем 77% себестоимости услуг. Министерство по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства (МАП) считает иначе — 90% и более. Убытки телефонистов покрываются за счет завышенных тарифов на междугородную и международную связь. Ситуация близка к тупиковой: последнее повышение цен на "межгород" привело к резкому снижению спроса и новым убыткам, а сверхприбыльную международную отрасль бойко освоили альтернативные операторы связи — в ущерб традиционным, которым как раз и надо покрывать убытки от местной телефонной связи.
Усложняет ситуацию и весьма пассивная роль государства. Одобренная правительством Концепция развития рынка телекоммуникационных услуг РФ, рассчитанная до 2010 года, проста: планы наполеоновские, деньги требуются огромные, а взять их предлагается у потребителей. Так, перекрестное субсидирование намечено упразднить, тариф довести до себестоимости (еще вопрос, что в нее включить). От нее, понятно, недалеко и до рыночной цены за телефон — $8 в месяц.
Свободный клиент — враг связиста
Что же предлагают законодатели? Законопроекты Сергея Глазьева, законодательного собрания Омской области и Петра Шелища предполагают дать право выбора каждому абоненту: можно платить помесячно, можно поминутно. Против этого активно возражают и телефонисты, и правительство. Аргумент — технические особенности, необходимость единообразного подхода. Связисты, впрочем, не скрывают, что предоставление потребителю права выбора приведет к потере доходов связистов. Выбирать нам, короче, могут и не позволить.
Другой важный вопрос — контроль. Абонент должен иметь возможность сам следить за временем разговора, проверять правильность выставляемых счетов и вдобавок защищаться от телефонных пиратов. Законодательное собрание Омской области предложило, например, предварительно обеспечить абонента "прибором учета времени использования сети телефонной связи". Правительство опять против: стоимость таких устройств "соизмерима со стоимостью персонального компьютера, а алгоритм тарификации услуг местной связи весьма сложен". Заключение, правда, старое, подписанное еще Борисом Немцовым в июле 1998 года, но позиции с тех пор, похоже, не изменились.
Проект Петра Шелища предлагает весьма интересный подход — сформировать "конкурентную среду" на рынке услуг местной телефонной связи и только потом вводить "повременку". Проект, однако, не содержит каких-либо критериев "конкурентной среды", что заметно его обесценивает.
Протеста не вызывает разве что четко прописанный порядок предоставления абоненту информации (идея статьи 5 законопроекта, внесенного Юрием Нестеровым и Александром Шишловым).
Выше МАПа не прыгнешь
"Повременка", впрочем, не самоцель для связистов. Они подчас и сами не уверены в ее эффективности. Ввели, например, повременную оплату услуг в Кемерове и Новокузнецке, результат — плата за телефон составила 27-28 руб. в месяц (абонентская была 52 руб.), после чего перехода на "повременку" потребовали ветеранские организации других городов области. Нагрузка на АТС, правда, снизилась на 27%.
Весь вопрос — в размере тарифа. Министерство по антимонопольной политике пошло по пути ограничения рентабельности операторов связи. Цель — не позволить операторам заработать на "повременке" больше, чем они имели от абонентской платы. Расчеты по методике МАПа показали, что в Москве минута разговора должна стоить 4 коп. МГТС, естественно, требует эту методику изменить — хотя бы для Москвы.
Есть и другое, весьма разумное предложение МАПа, вошедшее в концепцию. Вводится понятие "универсальная услуга" — минимальный набор услуг установленного качества, доступный всем пользователям по государственным ценам. Своего рода социальный набор, затраты на который следует распределить между всеми операторами связи. Принцип простой: либо оказывай эти услуги, либо плати в специальный фонд. Похожая система, кстати, давно действует в адвокатуре, где есть категория бесплатной для клиента и обязательной для адвоката защиты по уголовному делу (дела по "расстрельным" статьям и некоторые другие). Коллегии адвокатов так и подходят: либо сам ходи защищай, либо "откупайся" в пользу тех, кто ходит. Адвокаты не протестуют, чего не скажешь об операторах связи, успевших вкусить вольницы.
Благотворители поневоле
Для потребителей сама по себе "повременка" не несет чего-то ужасного. Понятно, что для мини-АТС и молчащего сутки напролет телефона оплата должна отличаться, да и у АТС не возникнет соблазна отключить оплаченный телефон из-за "ремонта на линии". Проблема — в злоупотреблениях монополистов и тарифах. Казалось бы, есть простор для экономии денег, но фокус в том, что при массовом сокращении потребления тариф будет расти — для поддержания уровня рентабельности компаний.
Хуже, впрочем, другое. Связисты (вслед за газовиками, нефтяниками) добиваются включения в потребительский тариф "инвестиционной составляющей" — доплаты на техническое развитие компании. Иными словами, все потребители должны будут не только платить за услуги, но еще и вкладывать свои деньги в бизнес компании-оператора. Деньги вкладывает инвестор, но он делает это добровольно, сам выбирает проект и претендует на долю прибыли, о чем заключается договор. Здесь же ни о какой доле прибыли речь не идет — из потребителя пытаются сделать даже не инвестора, а благотворителя, откровенно нарушая Гражданский кодекс. В имеющихся законопроектах подобных "рацпредложений" нет, однако концепция их допускает, а аппетиты связистов непомерны уже сейчас. "Уралсвязьинформ", например, требует не менее 30% абонентской платы. Это посерьезнее "повременки" — здесь от системы оплаты не зависит уже ничего.
В цивилизованном мире благотворительная деятельность освобождается от налогов. И коль скоро российские граждане станут отчислять средства "неимущим" нефтяникам, газовикам, связистам, брошенным на произвол судьбы государством, хорошо бы учесть это при налогообложении. Раз государство уходит с рынка, перекладывая заботы о стратегических отраслях на граждан, то, очевидно, и налогов ему нужно поменьше.
ОЛЬГА ПЛЕШАНОВА
ЗА
![]() |
К переходу на повременную систему оплаты телефонных разговоров отношусь очень хорошо. Это справедливая система: кто больше использует, тот больше платит. Обращения, связанные с тем, что при введении повременного учета стоимости резко повысится плата за телефон, не совсем оправданны. Весь вопрос в размере тарифа — сколько стоит минута.
Сегодня в России повременный учет уже действует в более чем 200 населенных пунктах, и статистика показывает, что более половины абонентов платят не больше, чем они платили при фиксированной оплате. Поэтому опасения здесь безосновательны.
Мы проводим работу, связанную с техническим обеспечением, а также занимаемся разъяснением нашей политики. Надеемся, что губернаторы нас в этом поддержат.
ПРОТИВ
![]() |
Я буду голосовать против. Я считаю, что сейчас частная собственность стремится выжать все для своего обогащения. А что будет, если пенсионер позвонит другому пенсионеру, или в аптеку — узнать, где какое лекарство, или в коммунальную службу — трубу прорвало? Конечно, за каждую минуту будет определенная плата. Многие люди просто откажутся от телефона: не в состоянии будут платить.
Посмотрите, что получилось с сотовыми телефонами. Сегодня на 100 жителей их приходится 16 — это в Москве и Ленинграде. А по всей России — два телефона на 100 человек. У простого народа нет денег на такой телефон. Четыре минуты стоят $1, почти 30 руб.! У нас все рассчитано на богатых, на класс эксплуататоров, а не на тех, кто строит, кто производит.
ВОЗДЕРЖАЛСЯ
![]() |
— Повременная оплата — это частный вопрос. Проблема шире: как выжить? Принцип перекрестного субсидирования привел к тому, что тарифы на междугородные переговоры завышены в три--пять раз, тогда как плата за местную телефонную связь погашает расходы операторов лишь на 73-76%. Местная связь не развивается: только в Московской области очередь на установку телефона составляет 600 тыс. человек, а 53 тыс. населенных пунктов в России не телефонизировано вообще. Альтернативные операторы на этот рынок не идут, предпочитая оттягивать доходы от международной связи. Потери, например, "Ростелекома" из-за этого уже составили, по некоторым оценкам, $400 млн. Вопрос, где выход из такой ситуации и есть ли сейчас альтернатива повременной оплате.
![]() |
|