Краснодар мог бы смело претендовать на звание сельскохозяйственной столицы России, а также самого благодатного места для жизни и бизнеса в нашей стране. Мешает зашкаливающий уровень коррупции.
Новая Москва
"Только представь: садишься в машину и через полтора часа ты на море,— травит мне душу Илья Донских, пресс-атташе баскетбольного клуба "Локомотив-Кубань".— В Москве за это время ты доберешься до МКАД. Я даже в отпуск съездил в Грузию на машине, время в пути — 5-6 часов". Мы сидим в шикарном даже по московским меркам ресторане казачьей кухни "Станъ". Уминаю котлеты из азовской щуки и параллельно рисую в голове план бегства из столицы. Год назад Илья уехал из Москвы в родной Краснодар с дипломом МГУ и нисколько о том не жалеет: загорел, расцвел, работа мечты. Город бурно развивается, новым компаниям, желающим блеснуть на федеральном уровне, нужны хорошие специалисты, которых на местном рынке нет. Поэтому за московских они готовы платить щедро. Пример тому — "Магнит", прописанный Сергеем Галицким в Краснодаре, но захвативший уже полстраны.
Кафе и рестораны в Краснодаре — на каждом углу (всего около 1200). Примета растущего благосостояния: кроме местных куча столичных сетей — "Шоколадница", "Якитория", Starbucks. Причем цены там процентов на 20 ниже московских. А по торговым площадям на одного жителя Краснодар и вовсе на первом месте в России. На улицах много дорогих иномарок.
Источник такой потребительской активности — не только многочисленные приглашенные специалисты (работают, например, на немецком заводе сельхозтехники CLAAS). На "бэхах" и "мерсах" гоняют фермеры-латифундисты — явление для других регионов нетипичное. Относительно богаты и мигранты с Севера, которые приезжают в Краснодар доживать свой век на пенсии.
Теневой сектор развит сильно, у большинства краснодарцев по два-три источника доходов: "белая" работа, "серая" подработка, приусадебный участок. Официально реальные доходы — 26 тыс. руб., по факту — 40-50 тыс. руб. Но это не должно вводить в заблуждение — социальное расслоение на Кубани велико. Статистика сообщает: в 2013 году на 20% наиболее обеспеченных жителей региона приходилось 47,9% общего объема денежных доходов, а на 20% наименее обеспеченных — только 5,1%. На селе наемные работники получают 9-10 тыс. руб. в месяц. Кроме иномарок в Краснодаре много старых советских автомобилей, а рядом с дорогими кафе стоят весьма популярные столовые, таких в Москве почти не найти.
Агрохолдинг "Кубань" обеспечивает фермеров Юга России отечественными семенами
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Еще одна история — малый бизнес. Журнал Forbes не раз помещал Краснодар на первое место в рейтингах "лучший город для бизнеса", но чья здесь заслуга, не смогли толком объяснить даже в администрации Краснодарского края.
"Здесь в принципе живет много людей (население края — 5,4 млн человек, третье место после Москвы и Московской области.— "Деньги"),— говорит Инна Чигарева, координатор программы "Молодежный бизнес России" в Краснодарском крае.— Малых и средних предприятий — около 330 тыс., второе место после Москвы. Местный госаппарат не может следить за всеми — не хватает ресурсов. Да и задачи такой нет. У местных коррупционеров больший интерес вызывают крупные компании, которых в Краснодарском крае немало — там есть на чем заработать, а малые работают спокойно. Это в целом российские бизнес-реалии".
С одним таким мелким бизнесменом, Антоном Харченко, мы съездили в Адыгею. Центр Краснодара расположен на берегу реки Кубань — на юге города. Собственно, река — это и есть граница между регионами. Проезжаешь мост, и ты в Адыгее, субъекте, окруженном территорией другого субъекта. Поэтому развиваться Краснодар может только в северо-восточном направлении — проблема вполне московская. По ту сторону местного "замкадья" — торговые хибары на обочинах, гигантские пустыри с обилием автосалонов, ТЦ "Мега". Свободного пространства в самом Краснодаре почти не осталось.
В адыгейско-краснодарском "Ашане" у Антона Харченко одна из четырех точек сети Kalinza.ru (в основном, торговля контактными линзами). Пять лет назад он начал с гранта в 60 тыс. руб., на который сделал сайт и купил кассовый аппарат. К интернет-торговле в еще провинциальном Краснодаре отнеслись скептически, но платежеспособный спрос нащупать удалось.
Главный бизнес в Краснодаре — недвижимость. За первое полугодие 2014 года в регионе было введено 2,1 млн квадратных метров жилья, из них 40% — в столице. Строят много, быстро (около года) и дешево. По объему жилищного строительства Кубань занимает второе место после Московской области, Москва — на третьем, Питер — на четвертом.
Мегафермы Кубани — попытка поставить сельское хозяйство на современную индустриальную основу
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
В приличном ЖК "Панорама" с подземной парковкой, детсадом и игровой площадкой однокомнатную квартиру можно купить за 1,6 млн руб. на стадии котлована или за 2,1 млн руб. на сдаче. Территория вокруг уже забита машинами, словно это московский "спальник". Продолжение истории — нелегальное строительство четырех-пятиэтажных домов на участках под индивидуальное жилье. Их вводят в эксплуатацию через суд, с коммуникациями проблемы. Местные называют такие районы шанхаями, квартиру там можно купить за 800-900 тыс. руб.
"После того как у нас запретили игорный бизнес, по моим ощущениям, половина владельцев казино ушла в рестораторы, а другая — в строители,— говорит гендиректор ГК "Аякс-Риэлт" Александр Кутченко.— Лет пять назад этот бизнес был высокомаржинальным, но теперь маржа — не более 10-15%. Высокая конкуренция среди застройщиков привела к тому, что цены на жилье практически не растут при постоянном увеличении себестоимости. Более того, последние года три спрос тоже почти не растет, а объем строительства только увеличивается. Думаю, это в скором времени может привести к череде банкротств среди девелоперов с последующими мультипликативными последствиями для всей экономики города".
По оценкам директора MACON Realty Group Ильи Володько, кризис перепроизводства в сфере недвижимости Краснодара может наступить уже в 2017-2018 годах. Пока приезжие — мощный источник спроса, на них, по оценкам Кутченко, приходится до 35% всех сделок. Начиная с 2011 года миграционный поток на Кубань резко увеличился (соответствующий прирост населения в 2011 году — 26,7 тыс. человек, в 2013-м — уже 72,5 тыс. человек), народ едет в первую очередь из неблагополучного Ставрополья. А в первом полугодии 2014 года по миграционному приросту Кубань даже обогнала Санкт-Петербург (абсолютный лидер — Московская область, Москва — на четвертом месте). Сам Краснодар уже давно город-миллионник, но пока неофициально.
Фактически весь центр Краснодара — это частный сектор. Во время войны столицу Кубани разнесли в пух и прах, местные власти почему-то от помощи центра отказались, восстановлением занялись сами жители. Поэтому город — сплошной самострой и пробки. Новое жилье возводят в основном на окраинах, но престижным считается жить в небольших домиках в центре.
Джаз на ферме не прихоть, а средство увеличения надоев
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Размер имеет значение
Кубань — это в первую очередь сельское хозяйство. На нее приходится 18% всего собранного зерна в России, а доля южного зернового кластера (вместе с Ростовом и Ставропольем) — 52%. Пока Краснодарский край своих соседей-конкурентов обходит и по урожайности, и по производительности труда.
Зерно здесь — та же нефть, хотя самое старое в России нефтяное месторождение находится как раз в Краснодарском крае (добыча началась в 1864 году). За зерно борются, на нем зарабатывают состояния. Около 70% всех земель находится под управлением организаций. Большая часть сконцентрирована в руках пары десятков вертикально-интегрированных агрохолдингов. Прямо как в Древнем Риме или Латинской Америке эпохи латифундий.
Власти уже который год пытаются диверсифицировать экономику края. Из последних инициатив — металлургические кластеры в Абинске и Армавире (к 2018 году планируется увеличить долю промышленности с 14% до 20% ВРП). Что же касается зерна, то его урожай сильно зависит от капризов погоды. Кубань — это вам не Италия: зимой и ледяной дождь бывает, и град может пройти, и мороз серьезный ударить. Однако последние годы сбор зерна бьет исторические рекорды и не только благодаря воле божьей.
Главное — это инвестиции, рассказывают в агрохолдинге "Кубань" (принадлежит "Базовому элементу" Олега Дерипаски). Банк земель компании — 90 тыс. гектаров, выручка за прошлый год — 6,7 млрд руб., чистая прибыль — 743 млн руб. На середину сентября заключено экспортных контрактов на 50 тыс. тонн пшеницы (23% общего сбора). "Кубань" продает зерно через трейдеров, конечные покупатели — страны Северной Африки, в планах — выход на Китай и Корею. Поставляется в основном озимая пшеница 3-4-го класса, из которой в России делают муку.
Твердые сорта 1-2-го класса, которые идут на макароны и дорогие багеты, на Кубани не выращивают. "В Краснодарском крае их производство нерентабельно, поскольку потенциал урожайности такой пшеницы на 30% ниже по сравнению с пшеницей 3-4-го классов,— объясняет управляющий директор агробизнеса "Базового элемента" Андрей Олейник.— Кроме того, на пшеницу 1-2-го классов российского производства нет спроса на внутреннем и внешнем рынках". Фуражное зерно (на корм скоту) — это 5-й класс. На него приходится 20% всего производства зерна в компании.
Хорошо зарабатывать на сельском хозяйстве удается благодаря многомиллионным инвестициям в модернизацию. Особая гордость "Кубани"-- тойотовская система "кайдзен" (непрерывное совершенствование), которую распространили на все дивизионы компании. Помимо пшеницы она занимается селекцией семян кукурузы — одна из немногих в России, а также производством сахара, молока, мяса.
Некоторые кубанские виноделы уже пытаются конкурировать с иностранными производителями, но пока не смогли занять заметную долю рынка
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Еще момент — упор на собственные силы. Например, 70% всей сахарной свеклы для завода "Свобода" выращивается на полях "Кубани". При этом половина из 16 сахарных заводов в Краснодарском крае на грани банкротства из-за недофинансирования и плохо отлаженного сотрудничества с фермерами. "В России фермерам не хватает ресурсов, в том числе финансовых, для нормального развития, поэтому так распространена вертикальная интеграция",— говорит Олейник.
Молоком мегаферма "Кубань" может напоить небольшой город, производство — более 8,5 тыс. тонн в год. Себестоимость — 14,6 руб. за литр, отпускная цена — 24,7 руб. Консультируют ферму израильские специалисты, коровы — голштино-фризской породы из Канады (максимальный удой в России — 21,5 литра в сутки, в Израиле — до 27 литров). Кругом сплошные датчики и компьютеры. Молоко — тема многих регионов, но Кубань по производству — на втором месте в России после Татарстана.
В плодовом секторе тоже есть свои колоссы. ЗАО "Сад-гигант" владеет 2,3 тыс. гектаров (яблони, груши, черешня, сливы, персики). Производительность — 70 тыс. тонн в год, в планах — увеличение до 90 тыс. за счет освоения дополнительных 200 гектаров, это около 200 млн руб. инвестиций и минимум четыре года работы. Всего в 2013 году в Краснодарском крае было собрано 296 тыс. тонн плодов и ягод (с учетом частников — 385 тыс.), то есть доля "Сада-гиганта" — 23%. При норме потребления 54 кг на человека в год, накормить своей продукцией он может 1,3 млн жителей того же Краснодара. Но продукция расходится по всей России.
Станичный фермер Юрий Ильченко производит настоящий экопродукт, но может обанкротиться из-за рейдеров
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Плохие схемы
"Вот этот доильный зал сделали своими руками — поставили голландские поилки с подогревом, никаких тебе миллиардных затрат",— рассказывает Юрий Ильченко, директор СООО "Кладовая солнца". На его ферму в станице Новотиторовская мы добрались на белом Toyota Land Cruiser, взятом Юрием в кредит. Раньше для казака важнее всего был конь, а теперь — иномарка. Есть у него и живые лошади, чтобы на них собирать коров, гуляющих по полю. "А музыку что не включаете?" — кричит Ильченко дояркам кавказской внешности. Тут я совсем теряю дар речи — включается джаз. "Коровам нравится, вон слюни текут от радости,— объясняет фермер.— Сами поставьте себя на их место: взять и поместить табун народа в замкнутое помещение. Как вы себя будете чувствовать? Некомфортно. А если вам музыку включить, будет легче". Отлично представляю себя в московском метро — и табун, и музыку. Легче становится несильно, но для коров — это рай. Животные у Ильченко (325 голов), и правда, чище и красивее, чем на мегафермах. Порода местная, удой --18,5 литров в сутки. "Молоко несет жизненную энергию — с этим шутить нельзя",— философствует Юрий.
Хозяйство Ильченко приносит 30-35 млн руб. выручки в год. Прибыль без вложений — 10-15 млн руб., а реально на руках остается около 2 млн руб. неосвоенных средств. Текущий кредит — 9 млн руб. под 14%. Самая затратная сфера — животноводство. Издержки покрывались за счет пшеницы и подсолнечника (всего у Ильченко 1360 гектаров), но после участившихся рейдерских атак кормить скот фактически нечем. В этом году неизвестные люди на комбайнах без номерных знаков забрали у него весь урожай пшеницы — 900 тонн. Прямой ущерб при цене 7200 руб. за тонну — около 6,5 млн руб.
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ
Схема простая, объясняет директор соседнего СПК "Колос" Петр Стародуб, лишившийся урожая таким же образом. Есть некий заказчик, который нанял команду краснодарских юристов из ИФФ ЗАО "Трастъ", скажем, за 20-25 млн руб. Они нашли ОАО "Воронцовское" и с помощью судов, а также липовых собраний пайщиков сделали компанию новым арендатором земли, которую обрабатывали Ильченко и Стародуб (договора аренды так никто и не увидел). Затем классика: фирма заключает договор займа с неким Кирияном О. Л. на 38 млн руб., а в залог оставляет будущий урожай. Деньги никто, естественно, не возвращает, и на поле выезжают те самые комбайны. Зерно грузится в фуры, увозится в Новороссийск, там сдается посредникам и отправляется на экспорт.
Полиция бездействует, жалобы из Москвы спускаются на места. По словам Петра Стародуба, только в их районе команда рейдеров наработала на 120 млн руб., и легко предположить, что таких "рабочих участков" на Кубани много. По той же схеме действовали преступники в Кущевской, только там они перешли все мыслимые грани, опьянев от безнаказанности.
Похожие методы применяются и при другом процессе, заметном на Кубани,— консолидации земель вокруг крупных латифундистов. "В 1990-е даже воры в законе жили по справедливости и не грабили мелких фермеров,— расходится Ильченко.— А в нулевые начался какой-то беспредел. Скоро останется с вилами выходить и майдан устраивать. Недаром мы с украинцами похожи менталитетом". От члена "Единой России" такое слышать удивительно.
Регион в цифрах
|
Источник: Росстат.
Игорь Галась: эффект от проведения Олимпийских игр оказался лучше, чем ожидали
Прямая речь
Министр экономики Краснодарского края рассказал обозревателю "Денег" Артему Никитину, как олимпийское строительство повлияло на экономическую статистику региона.
Фото: Юрий Мартьянов, Коммерсантъ / купить фото
В 2011-2012 годах сильно замедлился рост ВРП, с 7% до 1,5%. Почему именно в этот период, ведь олимпийская стройка продолжалась вплоть до 2014 года?
— Отчасти это связано с общим ухудшением ситуации в мировой экономике. Было проседание по другим отраслям: где-то хуже из-за непогоды сработало сельское хозяйство, где-то просел санаторно-курортный комплекс, так как часть Сочи превратилась в большую стройплощадку. Но если бы не те объемы, которые дала нам олимпийская стройка как по объему инвестиций, так и по объему строительных работ, темпы роста ВРП были бы еще хуже.
А в этом году, какие прогнозы по росту ВРП? Не так давно вы, кажется, готовились к рецессии.
— Да, в середине 2013 года мы ожидали снижение ВРП в 2014 году. Активно проводили совещания, думали, как бы нам "выйти в ноль" и не допустить рецессии. Даже в начале года сальдированный финансовый результат наших предприятий был отрицательный. Но эффект от проведения Олимпийских игр оказался лучше, чем ожидали. По первому полугодию 2014 года рост ВРП составил 2,3%, тогда как по России — 1,1%.
То есть рост в 2,3% — это исключительно заслуга Игр?
— Прямой вклад соревнований, которые длились месяц, в экономику региона оценить сложно. Например, нам санаторно-курортный комплекс дал прирост в 40%, пассажирские и грузоперевозки — 30%, так же выросли перевозки воздушным транспортом. Во многом эти показатели связаны с Олимпиадой, но не только с ней. Не стоит забывать о работе в остальных отраслях экономики. Если в 2013 году объем строительных работ составлял 20% ВРП, то в 2014 году — уже 13-14%. Мы смогли за счет других крупных проектов компенсировать "выпадение" олимпийской стройки. Плюс традиционно у нас растет сфера услуг, особенно розничная торговля — 10% в этом году. Определенный заряд оптимизма нам дают продовольственные санкции.
Каков вклад строительного сектора Сочи в общерегиональную структуру этой отрасли? Как раз те 7% ВРП, на которые он сейчас снизился?
— Да, конечно. В текущем году мы предполагаем, что потеря объемов строительных работ составит порядка 30-40%, которые приходились на объекты в Сочи. Но мы пытаемся перенаправить мощности на иные проекты — строительство "Южного потока", трассы М-4 и другие. Сейчас абсолютное снижение составило 30,5%, а почти 10% мы уже смогли возместить за счет иных источников.
По словам губернатора, на 40% рост ВРП с 2007 по 2013 год был обеспечен Олимпиадой. В абсолютных цифрах это сколько?
— За этот период ВРП увеличился с 648 млрд руб. до 1,5 трлн руб. Получается, вклад Олимпиады — около 360 млрд руб.
Инфраструктура Сочи в первую очередь транспортная, это история только туристического сектора? Можно ли сделать так, чтобы она работала и для других секторов экономики, "подключить" эту инфраструктуру к остальной Кубани?
— Сочи последнее время жил на инфраструктуре, которая была заложена еще в 1930-е годы. Теперь он получил возможность спокойно развиваться еще 50-60 лет. Есть разные проекты по развитию, но все-таки эта инфраструктура связана с той территорией, где она находится. В любой экономике есть "якорь". Сочи — это наш "якорь" безусловный, хотя и не единственный. Мы сейчас активно работаем над тем, чтобы провести новую индустриализацию края.