Неприкладные исследования российских академических экономистов не так часто бывают интересны деловым СМИ. Впрочем, в последнее время таких работ, посвященных наиболее актуальным темам, больше, чем пять лет назад. Статья Елены Федоровой и ее коллег в журнале "Корпоративные финансы", в которой предпринята попытка анализа "спилловер-эффектов" ("эффект распространения", речь идет о непрямых эффектах) прямых иностранных инвестиций (ПИИ), проходящих через офшоры,— пример из этого списка. Госпожа Федорова и ее коллеги уже несколько лет занимаются анализом "спилловер-эффектов" ПИИ в отраслях, впервые исследуется вопрос о том, как использование низконалоговых юрисдикций коррелирует с состоянием компаний и отраслей РФ.
Фото: Денис Вышинский, Коммерсантъ / купить фото
В обзоре литературы в работе отчетливо показано, что единой точки зрения по вопросу, являются ли офшоры благом для неофшорных юрисдикций и их резидентов, не существует и за пределами РФ — а тем более для России. Известно, что использование офшоров увеличивает (за счет снижения налогообложения и использования более эффективных правовых систем) конкурентоспособность компаний и на национальном, и на международном уровнях. Однако, по крайней мере в теории, существование офшоров негативно влияет на госфинансы в неофшорных юрисдикциях, позволяет функционировать коррупционным и криминальным сетям, искажает информационные потоки для рынков, аннулирует часть стимулов к институциональным улучшениям в крупных юрисдикциях. Кроме этого есть страновая специфика для России: здесь традиционно распространена схема round-tripping — включения офшорных компаний в холдинговые операции, делающая Кипр и Британские Виргинские острова формально важнейшими странами-инвесторами. В силу этого вообще сложно говорить о роли ПИИ в экономике России: значительная часть иностранных инвестиций в РФ де-факто является чисто российскими. Работа Елены Федоровой и коллег в итоге демонстрирует, что однозначно оценить "отрицательное воздействие капитала из офшорных зон на замкнутую технологическую цепочку" на российских данных невозможно, как и продемонстрировать более сильное влияние офшорных ПИИ на отрасли в сравнении с неофшорными.
Но интересно не это. Как указано в публикации, работа Финуниверситета при правительстве РФ выполнена в рамках прикладной НИР по госзаданию правительства, а одна из задач работы — проанализировать эффективность ведущейся с 2011 года кампании по деофшоризации экономики. То есть спустя четыре года после старта деофшоризации правительство решилось наконец профинансировать поиск теоретического ответа на вопрос, разумно ли вообще этим заниматься. Что же, лучше поздно, чем никогда, но тогда хорошо было бы, чтобы статья все же была прочитана заказчиком.