Родная сборка на свежем воздухе |
![]() |
С высоты птичьего полета завод BSH выглядит как нормальное промышленное предприятие. На деле же корпуса предприятия теряются в густой чаще леса |
В последнее время никто не удивляется надписи "Made in Russia" на холодильниках и телевизорах известных иностранных марок. Специалисты утверждают, что бытовая техника, собранная в России, ничуть не хуже европейской. Однако страна происхождения все равно остается последним аргументом продавца. Что такое настоящая "родная" сборка, корреспонденту "Денег" ЕКАТЕРИНЕ ЛЮБАВИНОЙ показали на заводе BHS Bosch Siemens Hausgeraete GmbH в Германии.
Роберт-Бош-штрассе
Когда самолет заходит на посадку в аэропорту Мюнхена, взгляду открывается картина, напоминающая аккуратно раскрашенный цветными карандашами листок из школьной тетрадки: желтые и зеленые квадратики полей и лесов чередуются с такими же ровными прямоугольниками водоемов и жилых построек. Исторически Бавария — сельскохозяйственная область Германии. Местные жители испокон веков только тем и занимались, что выращивали хлеб, разводили скотину, варили пиво и устраивали шумные праздники.
До Траунройта, где находится завод BHS по производству кухонных плит, от Мюнхена езды часа полтора. Дорога по немецким меркам старая — автобан построен еще при Гитлере. Окружающие пейзажи — сплошь пасторальные. На фоне угадывающихся в тумане Альп — аккуратные поля и луга, на которых пасутся не в меру толстые и сонные коровы. Разнообразие вносят лишь одно-двухэтажные домики с двускатными крышами. На каждом окне или балкончике — непременно ящики с геранью. Возле домиков — палисадники с подсолнухами и прочим цветочно-декоративным великолепием.
До самого горизонта не видно ни одного промышленного здания. Ни одна заводская труба не встает на пути заходящего солнца. Тот факт, что промышленность в Баварии все-таки есть, выдают только рекламные щиты Bosch, Siemens и BMW, которые встречают вас еще в аэропорту и сопровождают по всему пути следования. Концерны BHS и BMW — не только крупнейшие промышленные предприятия Германии, это и самые крупные работодатели в Баварии. Немцы говорят, что на этих заводах трудится чуть ли не больше четверти всего населения.
Местечко Траунройт, где расположен завод BHS по производству кухонных плит, такое же пасторальное, как и придорожные пейзажи. Домики с цветниками, "майское дерево" — выкрашенный в баварские бело-голубые цвета столб на главной площади. Типичная деревня без малейшего намека на промышленную зону. Единственное, что хоть как-то напоминает о том, что неподалеку находится завод BHS,— название одной из главных улиц — Роберт-Бош-штрассе. Впрочем, говорят, улица с таким названием есть почти в каждом немецком городке.
Белки, плюшки, иностранцы
Та заводская проходная, что, как поется в песне, вывела в люди миллионы немцев, больше похожа на вход в какой-нибудь национальный парк. Ни вохровцев, ни турникетов, ни ограды с колючей проволокой. Сразу за проходной — два небольших типично баварских домика: верх деревянный, низ оштукатуренный. На одном довольно скромная табличка с надписью "Bosch", на другом — "Siemens". В верхних этажах домиков располагаются службы заводоуправления, а первые этажи отданы под демонстрационные залы. Миловидная немецкая барышня угощает кофе, сваренным здесь же в кофеварке, и плюшками, испеченными непосредственно в установленных в шоу-руме духовках. Так сказать, демонстрирует технику в действии. И кофе, и плюшки вкусные.
![]() |
Фото: ЕКАТЕРИНА ЛЮБАВИНА, "Ъ" |
На заводской проходной, похожей скорее на вход в какой-нибудь национальный парк, рабочих встречает не человек с ружьем, а вполне натуральные белки |
Никаких заводских корпусов не видно — сразу за проходной начинается парк, а точнее лес, по которому бегают непуганые белки. Накрапывает дождь. Пахнет осенней листвой и хвоей. Где в этом царстве природы спрятан целый завод площадью в 60 футбольных полей, решительно непонятно. Но вот в просвете между деревьями, как черт из табакерки, появляется конструкция из бетона, стекла и металла. Наконец-то! А то уж версии по поводу внешнего вида завода (от лесной избушки до хрустального замка) все кончились. Впрочем, без украшательств не обошлось. По периметру промышленных корпусов разбиты цветники, а стеклобетонные стены увиты плющом.
Завод BHS в Траунройте производит 1,5 тыс. кухонных плит в день, встроенных и отдельно стоящих ("соло"). И вообще, основное производство плит BHS сосредоточено в Германии. В Траунройте работают 2400 человек. Из них, с гордостью сообщает герр Бехер, 35% — женщины, около 20% — иностранцы. Правда, здесь даже соседей по объединенной Европе — австрийцев, голландцев, бельгийцев — называют гастарбайтерами.
Чистое производство
Сообщив эти полезные сведения, герр Бехер заводит экскурсантов в цех, настойчиво предлагая надеть наушники: "Иначе вы ничего не услышите. Очень, очень шумно!" Заходим. Судя по всему, судьба была благосклонна к старому немцу, и герру Бехеру никогда не доводилось бывать на российском заводе. Где грохот станков заглушает даже вой пожарной сирены. В штамповочном же цеху, который показывает наш гид, можно петь хором и слышать, как фальшивит сосед. Здесь из скатанных в огромные рулоны стальных лент на автоматах нарезают заготовки для корпусов плит. В цеху — всего несколько рабочих, присматривающих за работой машин. Герр Бехер объясняет, что обычно народу бывает больше, но сегодня пятница, вторая половина дня.
Большинство производственных процессов во всех цехах автоматизировано. Сварочный цех похож на террариум, где за стеклом, отделяющим машины, с совершенной звериной пластикой двигаются тиранозавры-роботы. Здесь людей тоже почти не видно.
Больше всего народу — в сборочном цеху. Оборудование на рабочем месте сборщика напоминает стоматологическое. С потолка спускается эдакое подобие зубоврачебного бора с множеством насадок. Каждый рабочий выполняет свою операцию: будущая кухонная плита двигается вдоль сидящих на высоких креслах сборщиков, и один прикручивает шурупы, следующий подсоединяет провода, третий приворачивает ручки. Под потолком цеха — табло, на котором высвечивается количество сошедших с конвейера плит и допущенных ошибок. В конце рабочей смены в пятницу на табло надпись: "66 плит, 10 ошибок".
Ошибки выискивают в отдельном цехе, где собранные плиты тестируют. Там плиту подвергают всевозможным нагрузкам и измерениям (до этого контроль качества изготавливаемых деталей осуществляется рабочими на глазок, визуально, говорит герр Бехер). Плиту проверяют по множеству различных параметров и только после этого отправляют на склад готовой продукции. "Настоящее немецкое качество" требует особо тщательной проверки.
Зарплата рабочего сборочного цеха в зависимости от квалификации — 1100-1800 евро в месяц (для сравнения: средний месячный доход баварской семьи — 3000 евро). Плюс, разумеется, всевозможные социальные льготы и блага — профсоюз не дремлет. За ночную смену, сверхурочную и "грязную" работу доплачивают отдельно. Что такое "грязная" работа, герр Бехер объяснить не смог, но само понятие "грязь" отношения к заводу не имеет. Как говорил незабвенный Шариков, чисто, как в аптеке, плюнуть некуда. Ни валяющихся деталей и рабочих перчаток, ни даже случайного ящика в углу. Это, пожалуй, самое главное на заводе, где делают бытовую технику европейской сборки,— там нет ничего лишнего.
И еще — там красиво. Последний раз столь же сильные эстетические впечатления я получила, рассматривая архитектуру Гауди. Можно подумать, что BHS занят производством эстетически совершенного пространства, а никаких не кухонных плит.
|