Запрет российских властей на поставки ряда продуктов из стран, поддержавших антироссийские санкции, действует с 7 августа 2014 года и неоднократно продлевался, последний раз — до конца 2018 года. Российский рынок постепенно привык к тому, что эмбарго становится все жестче — компании АПК начали вкладываться в импортозамещение, а полученный в результате рекордный урожай 2017 года, казалось, окончательно перенес фокус внимания с импорта на экспорт еды, упразднив вопрос о французском сыре и немецких копченостях из повестки дня.
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
В этом контексте заявления главы Россельхознадзора Сергея Данкверта на минувшей неделе о том, что ждет импортные поставки в случае снятия эмбарго, выглядят несколько несвоевременными. Их суть в том, что при таком сценарии на рынок РФ из-за санитарных ограничений смогут вернуться только 8% европейских поставщиков (всего их — 4,5 тыс.) — и что самого главу Россельхознадзора беспокоит «тупик» во взаимоотношениях с ЕС в этой сфере. Сам «тупик» глава Россельхознадзора описал так: 92% поставщиков включены в список импортеров под гарантии ветслужб своих стран, и «после почти четырехлетнего перерыва в торговле мы не можем принимать эти гарантии». При этом чиновник сослался на «порядок ЕАЭС»: «если 60% поставщиков не прошли инспекции, то страна-импортер может не принимать гарантии страны-экспортера». Разница же между «не можем принимать» и «можем не принимать» окончательно вводит в недоумение вдумчивого читателя.
«Они (ЕС.— “Ъ”) предлагают провести аудит европейской системы со стороны Россельхознадзора. Такие аудиты длятся от трех до десяти лет. Как они планируют оперативно восстанавливать торговлю?» — интересовался господин Данкверт. «Европейские коллеги не учитывают интересы собственного бизнеса, который, к примеру, готов принять российских инспекторов,— но Еврокомиссия не дает на это разрешение странам-участникам»,— сетовал он.
Можно, конечно, предположить, что господина Данкверта действительно беспокоит скорость возврата в РФ настоящего пармезана — и огорчает нерасторопность ЕС в решении этого вопроса. Но картина будет полнее, если учесть намерения ЕС продолжить рассмотрение в ВТО спора о российских ограничениях на поставки свинины, введенных еще до эмбарго. ВТО признала их неправомерными, и ЕС объявил о намерении ввести ответные ограничения для поставок из РФ на €1,4 млрд для компенсации. В Минэкономики тогда допустили даже возможность обсуждения ее размера (см. “Ъ” от 9 января). Если принять заявление главы Россельхознадзора за аргумент в этом будущем обсуждении — все становится логичным: думая о €1,4 млрд, ЕС следует понимать, что запрет на ввоз «санкционной» еды может быть продлен на годы по сугубо техническим причинам, вне всякой политики.