Большая палата Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) в среду пересмотрела дело «Навальный против России» о задержаниях на митингах по просьбе обеих сторон. Минюст оспаривает ранее установленные в Страсбурге нарушения прав оппозиционера на личную свободу и свободу собраний, а Алексей Навальный требует признать мотивы властей политическими в рамках ст. 18 Европейской конвенции. Остроту процессу придает недавний прецедент ЕСПЧ по делу «Мерабишвили против Грузии», существенно расширивший практику признания дел «политическими».
Фото: Reuters
На слушаниях в Большой палате ЕСПЧ по делу «Навальный против России» в среду выступили сам оппозиционер и уполномоченный РФ при ЕСПЧ заместитель министра юстиции Михаил Гальперин. Напомним, Минюст РФ и Алексей Навальный в мае добились пересмотра полным судейским составом решения одной из палат ЕСПЧ, которая в феврале 2017 года признала нарушения ст. 5, 6 и 11 Конвенции по защите прав человека (право на свободу и личную неприкосновенность, на cправедливый суд и на свободу собраний) в связи с семикратным задержанием Алексея Навального на различные сроки в ходе протестных акций.
Главным вопросом в новом процессе была возможность применения в деле господина Навального ст. 18 Конвенции, которая применяется крайне редко, если суд придет к выводу, что права заявителя ограничены в политических целях. В обжалованном решении это нарушение, которое заявитель считает ключевым, признано не было. Минюст считает, что для этого, как и для признания установленных нарушений, оснований нет, а Алексей Навальный настаивает на обратном.
«Только за последний год заявитель был лишен свободы на общий срок до 60 суток, а заявления российских чиновников говорят о том, что они считают его своей политической угрозой»,— сказала адвокат оппозиционера Ольга Михайлова. Она напомнила, что Владимир Путин назвал оппозиционера «российским Саакашвили». «То, что суд не рассматривает мои заявления в разрезе ст. 18, дает российским властям средство пропаганды. Вероятность того, что все это не имеет политической подоплеки, столь же велика, как то, что Путин проиграет президентские выборы»,— заявил господин Навальный.
Михаил Гальперин заявил, что оппозиционер умышленно ходил на несогласованные митинги. «Что касается выражения Владимира Путина, где он сравнивает Навального с Саакашвили, у этих двух людей действительно много общего,— сказал представитель Минюста.— Они систематически собирают вокруг себя агрессивно настроенную толпу, их несколько раз силой пытались вытащить из полицейских автозаков».
Обратив внимание на скопившуюся у дверей суда очередь желающих попасть на слушания, судья Ангелика Нуссбергер спросила представителя РФ, чем «выстраивание в очередь» отличается от «собрания». «Тут все просто. Любое изъявление своей позиции с применением политических плакатов — это не очередь куда-то»,— заверил господин Гальперин. На вопрос судьи, кто разрабатывает стратегию действий правоохранительных органов и отдает им приказы разгонять демонстрации, чиновник сообщил, что для этого есть специальный закон, а «решения о том, как будет действовать полиция, принимаются на офицерском или генеральском уровне». Стратегия же, по его словам, заключается в том, чтобы вычленить из толпы наиболее активных демонстрантов. Другие вопросы судей к ответчику касались жестокости и адекватности мер при разгоне несогласованных демонстраций. Михаил Гальперин заявил, что «полиция никогда не применяет дубинки, собак или какое-либо оружие, чтобы разогнать манифестацию, и в начале всегда тепло приветствует манифестантов».
«По сравнению с Нельсоном Манделой моя политическая жизнь в Москве гораздо легче»,— прокомментировал выступление представителя Минюста Алексей Навальный.
Отметим, что слушания по этому делу были назначены на 13 декабря 2017 года, но отложены в связи с вынесенным 28 ноября прецедентным решением Большой палаты, которая признала нарушение ст. 18 в деле по жалобе против Грузии ее экс-премьера Вано Мерабишвили и сформулировала ряд новых критериев, позволяющих признавать дела политически мотивированными при отсутствии прямых доказательств (как, например, в деле Владимира Гусинского, где фигурировало его письменное согласие передать государству телекомпанию НТВ в обмен на свободу). Поэтому сторонам в деле Навального было предложено представить дополнительные аргументы. Минюст выступил против распространения позиций ЕСПЧ по грузинскому делу на российское, а господин Навальный на это рассчитывает. Решение Большой палаты будет принято позже в закрытом режиме.