Немецкого адвоката терроризируют едой — уже на протяжении двух недель неизвестный заказывает пиццу от его имени. Постоянные звонки и уведомления из ресторанов не дают юристу работать. Можно ли поймать преступника? И насколько опасно такое преследование? Разбирались Иван Корякин и Иван Якунин.
Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ
На самом деле, адвокат Гвидо Гролле любит пиццу, но не в таких количествах. На протяжении последних недель каждый полдень и вечер к его офису на Бремерштрассе в Дортмунде приходят доставщики пиццы. Кто-то от имени адвоката размещает заказы, которых было уже более сотни. Часто рестораны перезванивают и отправляют сообщения, чтобы уточнить адрес, и это выводит Гролле из себя и отвлекает от работы. В один день, признается адвокат, в течение тридцати минут от его имени в доставку позвонили 15 раз. «Никто не может так быстро выбирать пиццу!», — злится Гролле.
Адвокат настроил в почте необходимые фильтры, скрыл свой номер телефона и обратился в полицию. Там признаются, что привлечь сталкера за мошенничество невозможно — он не получает выгоды, а Гролле не приходится платить за пиццу, значит, ущерба он не несет.
За преследование по немецким законам неизвестному может грозить до трех лет заключения. Если бы дело происходило в России, говорит управляющий партнер адвокатского бюро «Леонтьев и партнеры» Вячеслав Леонтьев, Гролле никто бы не помог, ведь в законодательстве нет понятия «сталкинг»: «С точки зрения закона нет мер, направленных на защиту от таких хулиганов. Но в данном случае ведь такие поступки могут быть обусловлены разными мотивами, поэтому говорить об умышленном хулиганстве не стоит. Поэтому, я думаю, что здесь нет состава преступления или административного правонарушения».
Эксперты называют назойливое внимание серьезной проблемой. По данным Агентства фундаментальных прав человека Евросоюза, сталкингу подвергались 18% жительниц Европы. А согласно американской статистике, — каждая четвертая женщина и каждый тринадцатый мужчина.
Иногда такое преследование больше похоже на месть: номер телефона жертвы размещают в объявлениях о продаже, скажем, домашней птицы или предоставлении сексуальных услуг.
Но, скорее всего, ни адвокат Гролле, ни другие жертвы сталкинга ни в чем не виноваты, говорит глава «Центра психотерапии доктора Бабина» Андрей Бабин: «В подобных случаях бывает так, что злоумышленник сам когда-то был жертвой, поэтому он просто как бы меняет роли. Такое поведение часто встречается у таких людей, которые сами стали жертвами, особенно если это случилось в раннем возрасте. Пути могут быть самыми различными, и такие сюжеты обычно вписываются в судьбу преступника, который таким образом как бы пытается избавиться от страдания. Это несчастные люди, которые не могут эту боль держать в себе».
Кстати, меню у адвоката Гролле расширилось: помимо пиццы, он получал суши, греческую еду и сосиски. Так что сталкинг перестает быть просто преследованием на улице или в интернете. Им можно «насытиться» и другими способами.
Между тем, в Чехии сталкера приговорили к пяти годам тюрьмы. Карл Штраус оскорблял по телефону инвалидов, пенсионеров, полицейских и сотрудников «Чешского радио». Ему даже удалось разрушить один брак, так как он постоянно клеветал на каждого из супругов.