В ночь на субботу США, Великобритания и Франция нанесли удары по целям в Сирии. О том, были ли между этими странами и Россией контакты по военной линии, а так же чего Москва ждет от экстренного заседания Совбеза ООН, заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков рассказал в блиц-интервью корреспонденту “Ъ” Елене Черненко.
Онлайн-трансляция “Ъ”: США, Великобритания и Франция нанесли удар по Сирии
Замглавы МИД РФ Сергей Рябков
Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ / купить фото
— Не могли бы вы внести ясность в вопрос, предупреждали ли страны-участницы удара по Сирии Россию о том, что атака состоится и когда это может произойти?
— Ответственно заявляю, что каналы коммуникации между военными ведомствами на различных уровнях сохранены и функционируют. Характер обмена информацией и оценками — это вопрос отдельный. Не думаю, что в нынешней ситуации было бы правильно вдаваться в подробности того, что происходит.
— С учетом нынешней ситуации, возможно ли продолжение сотрудничества России и США по Сирии по дипломатической и военной линии?
— Трудно назвать происходившее в последнее время по линии внешнеполитических ведомств «сотрудничеством». Мы скорее находились в ситуации перманентного спора, иногда довольно горячего, по практически всему спектру вопросов, начиная от задач обеспечения политического урегулирования в Сирии, до всего того, что относится к «сирийскому химическому досье». Эти споры выплеснулись в публичное пространство. Они являются предметом всеобщего внимания. Понятно, что говорить о сотрудничестве в этих условиях — было бы грешить против истины.
Сказав это, подчеркну, что Россия в сотрудничестве заинтересована.
Мы никогда не идем на принцип ради принципа как такового, мы хотим продемонстрировать обоснованность наших подходов и объяснить логику нашей линии. И мы делаем это всеми доступными способами.
Мы считаем, что США и их союзники, которые все дальше отдаляются не только от императива соблюдения норм международного права, но и просто даже от стандартных канонов дипломатического общения и международной практики, по большому счету наносят ущерб не только всей системе международных отношений, но и самим себе. Односторонние действия, которые пронизывают всю поведенческую логику США и их союзников, исключают нахождение коллективных решений насущных проблем. И именно от этого эти проблемы не решаются, а загоняются вглубь.
Но сотрудничать нужно. И одна из главных задач сегодняшнего дня — это обеспечить для Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) возможность все-таки выполнить свою работу и направить специалистов в (сирийский город — “Ъ”) Думу, чтобы они собрали материалы и факты, провели соответствующие беседы.
У меня, однако, большое подозрение, что нашим оппонентам и участникам последней военной авантюры, осуществленной в нарушение норм международного права, как раз работать на нахождение истины не нужно.
Одна из трудностей и проблем нынешнего периода как раз состоит в том, что эти политики и государственные деятели живут в своем мире, и считают, что все должны действовать по их канонам и принимать сходу на веру все то, что они выдают за истину в последней инстанции.
С учетом происходящего мы и близко не можем подойти к той степени доверия, которая на определенных этапах наших взаимоотношений с теми же США вроде как начинала складываться. Сейчас все это отброшено. Тем не менее, к сотрудничеству мы готовы. И мы призываем «другую сторону» все-таки пообъективнее взглянуть на самих себя и на то, что ею совершается в отношениях с другими государствами.
— Президент Владимир Путин сказал, что Россия настаивает на созыве экстренного заседания Совбеза ООН по Сирии. Какие ожидания Москва связывает с этим мероприятием?
— Мы должны поговорить начистоту и расставить точки над i в этой ситуации. Кроме того мы должны найти форму, как обеспечить дальнейшее продвижение установления истины в том, что касается события или квази-события в Гуте. Эта задача стоит во весь рост и мы ее будем решать, в том числе в формате Совета Безопасности ООН. Мы будем добиваться его скорейшего созыва.