Идея роста госрасходов на социальное обеспечение, ставшая одной из центральных в послании Владимира Путина Федеральному собранию, должна, естественно, тревожно отозваться в груди любого руководителя нефтегазовой компании в России. Те 4 трлн руб. за четыре года, в которые новый премьер Михаил Мишустин оценил реализацию социальных инициатив президента, надо откуда-то брать.
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ / купить фото
Фото: Геннадий Гуляев, Коммерсантъ / купить фото
Вариантов в целом немного: изменить «бюджетное правило», провести перераспределение внутри бюджета с урезанием других расходов либо повысить налоги. Реформа «бюджетного правила» с повышением цены отсечения на, скажем, $5 на баррель (чего, по оценке главы Счетной палаты Алексея Кудрина, хватило бы) сейчас, видимо, не рассматривается. Безболезненно перераспределить более 5% бюджетных расходов едва ли возможно, тем более что президентом поставлена задача ускорения экономического роста и повышения инвестиций. Это означает, что нефтяную отрасль как главного донора бюджетных доходов может ждать очередное кровопускание.
Как минимум, теперь нефтяникам будет сложно рассчитывать на льготы в виде расширения режима налога на добавленный доход. Также правительство, формально не поднимая налоги, может стать склонно сокращать льготы в секторе, что фактически будет означать повышение нагрузки.
Парадокс в том, что снижение налогов — и, прежде всего, расширение НДД в Западной Сибири — вызвало бы почти гарантированный взрывной рост инвестиций в бурение. Например, ЛУКОЙЛ, который получил за три квартала прошлого года почти 1 трлн руб. EBITDA и не может сейчас найти крупные проекты для инвестиций в России, мог бы дополнительно вложить не менее 100 млрд руб. в год. В целом по отрасли вложения могли бы составить 0,5 трлн руб. в год, что обеспечило бы 2,8% ежегодного прироста инвестиций в основной капитал, то есть более половины от заданной Владимиром Путиным цели в 5%.
Правда, чтобы расширение НДД было менее болезненно для доходов бюджета, нефтекомпаниям надо разрешить наращивать добычу, что означает выход России из сделки ОПЕК+. Такое развитие событий может привести к снижению цен на нефть, что в свою очередь затруднит реализацию поставленной перед правительством и ЦБ цели сохранения макроэкономической стабильности.
Поэтому из трех задач, заданных Владимиром Путиным новому правительству — рост соцрасходов, увеличение инвестиций и устойчивые макроэкономические показатели,— в контексте нефтяной отрасли кажутся исполнимыми любые две. И более вероятным выглядит, что новое правительство сконцентрирует усилия на первой и последней, а источники инвестиционного роста поищет за пределами нефтегазового сектора.