Бизнес до последнего будет ждать сохранения налогового соглашения между Россией и Нидерландами. Как заявили “Ъ FM” в Российском союзе промышленников и предпринимателей и в Ассоциации европейского бизнеса, там надеются, что страны найдут компромисс в вопросе договора об избежании двойного налогообложения. 12 апреля правительство одобрило и внесло в Госдуму законопроект о денонсации соглашения. Если документ примут, российские компании, зарегистрированные в Нидерландах, будут платить налог с дивидендов по ставке 15% вместо нынешних 3-5%. Почему бизнес все же рассчитывает на сохранение льготных условий? И какими будут последствия полного разрыва соглашения? Разбирался Григорий Колганов.
Фото: flickr.com/samiams46
Фото: flickr.com/samiams46
Пересмотреть соглашение между Россией и Нидерландами Москва решила в прошлом году с подачи Владимира Путина: мол, с дивидендов, перечисляемых за рубеж, берем 3-5%, а надо бы 15%.
Амстердам не согласился, после чего была инициирована процедура денонсации, то есть одностороннего расторжения договора. Под ударом окажутся несколько российских гигантов, но в целом счет пострадавших невелик, говорит управляющий партнер Guskov & Associates Александр Гуськов: «Там есть несколько очень крупных компаний, как Beeline, "Яндекс", "Газпром", которые могут пострадать от этого. В целом это потери. Но количество компаний, которые потеряют, не такое существенное,— это не тысячи, это сотни.
План Б у всех был: либо редомициляция в другую страну, либо переезд, наоборот, в Россию, либо байбэк, либо принятие того, что ставка налогового источника повысится».
Однако крупные деловые объединения встали на защиту соглашения. В начале марта Союз промышленников и предпринимателей и Ассоциация европейского бизнеса писали правительству, что такой шаг плохо повлияет на инвестиционную активность, ударит по котировкам публичных компаний и сокращению дивидендного потока в Россию.
Вот и сейчас глава Ассоциации европейского бизнеса Тадзио Шиллинг продолжает настаивать, что денонсация — это не выход.
«Разрыв соглашения с Нидерландами может привести к снижению экономической активности иностранных инвесторов в России. Мы неоднократно обращались с предложениями по увеличению переговорного периода и доработки документа, чтобы не допустить его разрыва. Мы надеемся, что стороны вернутся за стол переговоров и смогут найти компромисс»,— отметил Тадзио Шиллинг.
В российском Минфине заявляли, что выдвинули Нидерландам те же условия, что ранее Кипру, Мальте и Люксембургу, но Амстердам на них не пошел. Встречные предложения не устроили уже Москву, поскольку оставляли каналы вывода доходов по низким ставкам.
Тем не менее, президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин сохраняет надежду на компромисс: ключевого вопроса — повышения ставки на дивиденды — он не коснется, но есть и другие значимые пункты.
«Понятно, что есть какие-то базовые вещи. 15% на дивиденды — это, наверное, то, от чего российская сторона отойти не захочет, но тем не менее есть целый ряд, может быть, менее заметных внешнему наблюдателю сюжетов, которые могли бы быть компромиссом»,— считает Александр Шохин.
Что же это могут быть за незаметные внешнему наблюдателю сюжеты, за которые так бьется российский бизнес? Руководитель налоговой практики юридической фирмы «Клифф» Наталья Кордюкова, посмотрев голландскую прессу, пришла к выводу, что речь идет о предложении Москвы сделать исключение для некоторых российских компаний, сохранив для них льготную ставку.
«Базовые льготы могут сохраниться для компаний, которые прошли листинг на местной бирже, и компаний, имеющих госучастие.
Я так понимаю, что Нидерланды не встретили это с восторгом, потому что они не до конца понимают, почему компании с госучастием, зачем это надо.
Сами голландцы больше присутствуют в Российской Федерации именно частным сектором, и они, видимо, находят не совсем взаимным такое предложение», — сказала Наталья Кордюкова.
Но если компромисса достичь не удастся, выиграет ли Россия? По данным Минфина, в 2019 году из нашей страны в Нидерланды в виде дивидендов утекли 340 млрд руб., на родине в виде налогов осталось 22 млрд. По идее, эта сумма вместе со ставкой увеличится примерно втрое.
Но руководитель практики международного налогообложения Parallel Legal Consulting Андрей Айвазов напоминает, что после денонсации соглашения многие иностранные инвесторы сократят свое присутствие в России, и это уже совсем другая математика.
«Компании, которые в Нидерландах имеют центр управления, просто будут меньше идти в Россию. Те, кому не критичен рынок, просто уйдут отсюда. Бюджет по совокупности только потеряет, потому что лучше 5%, а то по факту и 15%, потому что они все 15% брали, 5% ставку очень сложно было подтвердить, а сейчас ничего не получат»,— считает Андрей Айвазов.
Что касается российских компаний, зарегистрированных в Нидерландах, то они, скорее всего, согласятся платить налог по повышенной ставке. Но, как отмечают собеседники “Ъ FM”, несложно догадаться, на чьи плечи бизнес переложит дополнительные расходы.