Длительное пребывание в СИЗО «Лефортово» не сломило обвиняемого в госизмене советника главы Роскосмоса, бывшего спецкора “Ъ” и «Ведомостей» Ивана Сафронова. Об этом заявили его адвокаты на специально созванной пресс-конференции в преддверии годовщины ареста. По их словам, следствие упорно пытается представить 10-летнюю журналистскую деятельность шпионской, интерпретируя подобным образом любое событие из жизни Ивана Сафронова, будь то обычная встреча друзей или невинная переписка с коллегами. Защита утверждает, что никаких доказательств вины журналиста, намеренного биться до конца за свое честное имя, не представлено, а других фигурантов в деле, включая представителя чешской разведки, нет. Сам же Иван Сафронов, даже находясь в заключении, готовит новое расследование, основываясь на рассказах сокамерников и общении со следователями и адвокатами, но не раскрывает пока его тему.
Иван Сафронов на заседании в Мосгорсуде 30 июня
Фото: пресс-служба Московского городского суда
Иван Сафронов на заседании в Мосгорсуде 30 июня
Фото: пресс-служба Московского городского суда
О ходе расследования одного из самых скандальных «шпионских» уголовных дел последних лет — экс-журналиста “Ъ” и «Ведомостей» и действующего советника главы Роскосмоса Ивана Сафронова — в Сахаровском центре в четверг рассказали трое из пяти его адвокатов, накануне участвовавших в заседании Мосгорсуда о продлении сроков ареста их подзащитному — Иван Павлов, Даниил Никифоров и Дмитрий Катчев. Они сразу назвали дело обвиняемого в госизмене (ст. 275 УК РФ) подзащитного беспрецедентным, в котором присутствует «недостойное обвинение». Впрочем, как отметил господин Катчев, Иван Сафронов, несмотря на почти год, проведенный в камере «Лефортово», «для себя все решил», поэтому сохраняет присутствие духа и намерен биться до конца.
По словам защитника, его доверитель не намерен идти ни на какие сделки со следствием, признавать свою вину или давать показания на кого-либо, а со временем его убежденность и категоричность в суждениях только крепнет.
«Крепости и силы духа у него столько, что даже мы, адвокаты, после общения с ним уходим с улыбкой, он переживает за вас больше, чем за себя»,— рассказал защитник, напомнив, что с историей с Иваном Голуновым с подбросом наркотиков у спецслужб ничего не вышло, и потому для Ивана Сафронова «придумали кое-что посерьезнее». Даниил Никифоров, в свою очередь, подчеркнул, что Иван за время пребывания в «Лефортово» сменил много камер и сокамерников — людей с самыми разными судьбами, обвинениями «и даже вероисповеданиями».
Слева направо: адвокаты Ивана Сафронова Даниил Никифоров, Иван Павлов и Дмитрий Катчев во время пресс-конференции
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
Слева направо: адвокаты Ивана Сафронова Даниил Никифоров, Иван Павлов и Дмитрий Катчев во время пресс-конференции
Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ
«Но он с каждым нашел общий язык, смог подружиться и нам на редких встречах часто говорит о новых знакомых что-то чисто человеческое»,— сообщил адвокат.
Иван Павлов между тем рассказал, что даже в тюрьме «Иван продолжает оставаться журналистом» и уже подготовил собственное расследование.
Адвокат отметил «скудный круг источников информации» своего клиента, который ограничивается беседами с сокамерниками, следователями ФСБ, ведущими его дело, адвокатами и случайными попутчиками в автозаке во время поездок в суд на заседания по продлению меры пресечения или ее обжалования.
«Тему мы пока не раскрываем, но скоро расскажем или даже презентуем на пресс-конференции»,— пообещал господин Павлов, напомнив о непростых взаимоотношениях с следователем СУ ФСБ Александром Чабаном, которому, как сообщал “Ъ”, заявлен отвод.
Следователь СУ ФСБ Александр Чабан
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Следователь СУ ФСБ Александр Чабан
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
По его мнению, этот сотрудник, недавно получивший повышение в звании до полковника и в должности до старшего следователя по особо важным делам, знакомый ему еще с 2018 года, является одним из первых «в ряду тех лиц», кто инициировал его собственное уголовное преследование за якобы имевшее место разглашение данных предварительного следствия (ст. 310 УК РФ). «Меня только сегодня с апреля допросили по моему делу в ГСУ СКР во второй раз, я виновным себя не считаю, так как комментировал только нарушения в деле Ивана Сафронова, а тайны следствия не разглашал»,— сказал Иван Павлов, пообещав, что гостайну он будет хранить, но посетовал, что до сих пор в деле журналиста ее не увидел.
При этом, отвечая на вопросы, адвокаты пояснили, что гражданин Чехии Мартин Лариш, с которым якобы общался Иван Сафронов в рамках негласного сотрудничества, в материалах дела не фигурирует. Правда, господин Никифоров сразу оговорился, что стороне защиты видна только «часть айсберга», так как следствие не торопится знакомить адвокатов с материалами дела. Впрочем, как пояснил Дмитрий Катчев, не называя конкретные следственные действия, сейчас СУ ФСБ занято тем, что пытается представить любые события из жизни журналиста как шпионские — беседу с другом, переписку и т. д., оформляя их соответствующим образом.
При этом защитники напомнили, что «страшное преступление» Иван Сафронов совершил в 2017 году, но после этого ходил три года по улицам, входил в кремлевский пул, встречался с высшими чиновниками, но был задержан только после того, как перешел на работу в Роскосмос.
Называть возможных лиц, по их словам, стоящих за уголовным преследованием, не хочет не только Иван, но и адвокаты, признавшись, что им «страшно». Особо господин Катчев отметил, что, по его мнению, в случае беспристрастного суда с соблюдением принципов состязательности сторон защите хватило бы одного-двух заседаний, чтобы разбить все доводы следствия.