26 июня в Москве прошел 10-й съезд «Коммунистов России» (КПКР). Без сожалений и окончательно простившись с прежним лидером Максимом Сурайкиным, КПКР приветствовала нового председателя Сергея Малинковича. «Коммунисты России», которых традиционно считали только спойлером партии Геннадия Зюганова, заявляют, что получили «исторический шанс» заменить КПРФ на российской политической арене, поскольку в отличие от нее уже добились «очищения от навальнистов и нацпредателей».
Сергею Малинковичу (в центре) и его соратникам очень хочется считать, что к Ленину и Сталину восходит именно его партия, а не партия Геннадия Зюганова
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Сергею Малинковичу (в центре) и его соратникам очень хочется считать, что к Ленину и Сталину восходит именно его партия, а не партия Геннадия Зюганова
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
«Коммунисты России» провели съезд в помещении столичного отделения на первом этаже жилого дома в Щукино. Партия, видимо, ждала провокаций со стороны своего прежнего руководства: у входа дежурил микроавтобус с символикой партии и портретом Иосифа Сталина, по прилегающей территории прохаживались активисты в форме неясного образца, некоторые с нагайками. Помещение выглядело скромно, но идеологически выдержанно: выкрашенные алой краской старые лестницы, оконные рамы в монтажной пене, потолок со свисающими проводами, советская мебель, стены с разводами штукатурки, окрашенные в розовый. Ремонтировали экстренно, сказал делегатам лидер партии Сергей Малинкович: «Когда мы первый раз вошли в здание, здесь было практически невозможно работать».
В марте господин Малинкович и его соратники провели чрезвычайный съезд, на котором лишили партбилета прежнего лидера и создателя «Коммунистов России» Максима Сурайкина «за связь с прозападными финансово-политическими кругами и буржуазный образ жизни». Господина Сурайкина обвиняли в кредитных махинациях, а господин Малинкович добавлял, что, по его сведениям, трастовый фонд под управлением господина Сурайкина может быть связан с оппозиционерами, «занимающимися за рубежом антироссийской деятельностью». Сам господин Сурайкин чрезвычайный съезд назвал фейковым и собирался судиться с новым руководством партии, но сразу после этого ушел с поста вице-спикера заксобрания Ульяновской области и заявил о намерении принять участие в спецоперации российских военных на территории Украины. Осведомленный источник “Ъ” поясняет, что фигура господина Сурайкина перестала устраивать кураторов партии во внутриполитическом блоке администрации президента, поскольку тот не всегда прислушивался к их рекомендациям; претензии также возникали и к состоянию финансовых дел партии.
Сергей Малинкович рассказал “Ъ”, что на сторону прежнего лидера встали несколько руководителей региональных отделений, но там «уже идут перевыборы».
Всего из партии исключили десять человек, добавил он, намекая на незначительность раскола: «У нас тут делегаты почти из всех регионов». У делегатов личность господина Сурайкина не вызывала дискуссий: слова осуждения в его адрес зал встречал аплодисментами.
Делегатов в зале приветствовала широкая красная растяжка, к нижнему краю которой был за черный шнурок подвешен портрет Иосифа Сталина. Нашлось место и Че Геваре, в его вечные 39 неприлично молодому на фоне большинства делегатов. От кабинок для голосования на единомышленников смотрел Карл Маркс, а со стола президиума — бюст Ленина. При открытии съезда заиграл «Гимн партии большевиков» — текст Василия Лебедева-Кумача в 1938 году положили на музыку Александра Александрова, и полтора десятилетия песня использовалась как неофициальный гимн ВКП(б) наряду с «Интернационалом». «Страны небывалой свободные дети, сегодня мы гордую песню поем о партии самой могучей на свете, о самом большом человеке своем»,— звучало из динамиков. Не пел никто, кроме господина Малинковича, зато он особенно четко артикулировал припев: «Партия Ленина, партия Сталина — Мудрая партия большевиков!»
47-летний Сергей Малинкович — уроженец Ленинграда, бывший член КПРФ, депутат Алтайского краевого заксобрания — известен рядом публичных акций и инициатив вроде переименования улицы в честь Слободана Милошевича, сжигания макетов систем противоракетной обороны США перед американским консульством и предложения воссоздать Эстонскую Советскую Республику. 18 марта этого года он стал председателем ЦК «Коммунистов России», а теперь был тайным голосованием избран председателем — это впервые сделали делегаты съезда, а не члены президиума. В ходе голосования со стены сорвался Маркс, но его быстро восстановили в оконном проеме.
Съезд совпал с днем 78-летия лидера КПРФ Геннадия Зюганова, но дата не стала поводом для смягчения критики в его адрес.
«Большевики» винили его в недостаточном «очищении» КПРФ от «навальнистов, иноагентов и нацпредателей». В таких условиях, давали они понять, только «Коммунисты России» и могут считаться настоящей «патриотической коммунистической партией» с «ясной и четкой позицией по отношению к происходящим в мире событиям». В резолюции съезда партия обещала исключить «повторение отдельных негативных явлений». Господин Малинкович пояснил товарищам, что к обновлению партию привел «сильнейший ветер патриотических весенних перемен». В связи с этим пора отказаться «от радикального атеизма, навязанного прежним руководством», а заодно и от «чрезмерного внимания к персоне руководителя партии».
Затем господин Малинкович похвалил региональные отделения: челябинское, например, за предложение «возродить Чрезвычайную комиссию, которая бы отлавливала иноагентов», а ростовское — за то, что «удалось привлечь на сторону коммунистов казачество». Наконец, лидер дал региональным отделениям добро на участие в выборах, заодно объявив, что сам выдвинут в губернаторы Тамбовской области (также партия выдвинула кандидатов в Ярославской, Калининградской, Кировской областях и Карелии). КПКР намерена выставить 800 кандидатов в муниципальные депутаты Москвы. Сейчас у КПКР 15 мест в региональных парламентах и около 300 — в муниципальных.
После оглашения результатов проведенных голосований окрашенные в цвет революции майки, рубашки, брюки, галстуки и сумки вместе с их обладателями стали постепенно покидать зал заседаний. Наряду с партийным цветом явным успехом пользовалась и военно-патриотическая атрибутика — от футболок армии России до зажимов для галстука в виде автомата Калашникова.
Политконсультант Евгений Минченко энтузиазма участников съезда не разделяет: по его мнению, положение КПКР ухудшилось.
«Максим Сурайкин был как минимум узнаваемой фигурой. Но он переоценил свои возможности, и его заменили ноунеймом»,— говорит эксперт. КПКР, по его словам, была особенно востребована в середине 2010-х как «комфортный спойлер» для КПРФ. Сейчас же КПРФ ведет вполне системно, входит в путинскую коалицию, и это ставит под вопрос востребованность «Коммунистов России».