Уровень безработицы среди молодёжи превышает средние показатели по экономике. Причин тому множество – недостаток квалификаций и опыта у молодых соискателей, недоверие со стороны работодателей, отсутствие рабочих мест с возможностью совмещения работы и учёбы, а зачастую отсутствие практической пользы от образования. Согласно международной практике, повысить шансы на трудоустройство помогают программы ученичества на рабочем месте для несовершеннолетних. Для преодоления проблем молодёжной безработицы автор проекта «20 идей по развитию России» Дмитрий Давыдов предлагает создать в РФ законодательную базу для вовлечения подростков в трудовые отношения со школьной скамьи и создать финансовые стимулы для компаний, нанимающих молодёжь.
Фото: stock.adobe.com / pressmaster
Фото: stock.adobe.com / pressmaster
В последние годы статистика фиксирует рекордно низкие показатели безработицы по РФ. По данным Росстата, уровень безработицы в среднем по экономике составлял 4,8% в 2021 году, однако среди молодёжи этот показатель значительно выше. Так, в возрастной группе 15-19 лет безработица составляет 27,6%, в группе 20-24 лет – 15,4%. В целом же среди зарегистрированных безработных молодые россияне в возрасте до 25 лет составляют 20,8%. Традиционно проблемы трудоустройства молодёжи во многом объясняются отсутствием достаточного опыта и квалификаций у соискателей, трудностями совмещения обучения и работы, а также несоответствием ожиданий относительно трудовой сферы реальности — в результате на рынке труда формируется дисбаланс между спросом и предложением в молодежном сегменте. Одним из факторов роста молодёжной безработицы становится непригодность полученного образования: из трудоустроенных выпускников училищ и техникумов в 2021 году 37,5% имели работу, не связанную с приобретенной во время обучения профессией, свидетельствуют данные Росстата.
Подростки еще в школе задумываются о работе, пытаются самостоятельно получить практические знания и устроиться на работу. Местные издания пестрят историями успеха юных земляков. Например, томский школьник Дмитрий Кондраков еще в 13 лет разработал собственное приложение и уже через год смог устроиться разработчиком в местную компанию, крупные работодатели из-за возраста отказывали в трудоустройстве. К 17 годам Дмитрий имеет уже трехлетний опыт работы, в том числе старшим разработчиком в столичной компании «Утконос». Школьнице Анастасии Ковтун из Пермского края удалось получить первую работу после того, как она стала самым молодым автором диджитал-обложки журнала Vogue. Юная жительница Новокузнецка Ульяна Бухолдина открыла кофейню в 14 лет, поработав до этого визажистом и бизнес-ассистентом.
Для повышения востребованности молодежи на рынке труда многие развитые страны развивают программы ученичества на рабочем месте, привлекая к ним несовершеннолетних, обращает внимание Дмитрий Давыдов. В России система дуального образования развита слабо. Так, с 2014 года на базе Агентства стратегических инициатив действует пилотный проект по внедрению такой практики в 23 регионах. Однако за время действия программа распространена лишь на 150 учебных заведений и 1,1 тыс. предприятий, тем самым в проекте удалось задействовать лишь 57,3 тыс. студентов средне-специального обучения. Внедрение практико-ориентированной модели обучения проводится в основном точечно и в экспериментальном режиме. Школьников к стажировкам на время каникул привлекали университет Иннополис в Татарстане, а также администрация Москвы — освоить можно было одну из 154 специальностей в сфере культуры, спорта, социальной защиты.
Одновременно от 30% до 70% учащихся средних школ в Швейцарии, Германии, Австрии, Дании, Норвегии задействованы в трудовых отношениях по системе «дуального» профессионального образования. Речь идет о совмещении обучения в школе и на работе. «Золотым стандартом» в сфере дуального образования считается швейцарская модель: в стране еще в 2002 году принят закон о профессиональном обучении, который обязывает региональные власти поддерживать трудоустройство подростков, получивших базовое образование, и обеспечивать условия для компаний по созданию специальных ученических рабочих мест — от сфер общественного питания до высокотехнологичного производства и программирования.
Привлечение молодежи к программам ученичества является выгодным для работодателей: в Швейцарии средний годовой доход предпринимателя от найма одного молодого стажера за вычетом зарплаты и сопутствующих расходов оценивался в 2019 году в 3 тыс. франков. В ряде стран развита система господдержки найма молодёжи: так, в Великобритании работодатель получает субсидии за прием на стажировку соискателей в возрасте 16-18 лет, освобождается от обязательств по уплате платежей в фонд социального страхования, а также оплачивает расходы компании на обучение и аттестацию начинающих специалистов. Выплаты за найм молодых сотрудников предусмотрены также в Новой Зеландии, Италии, Австралии. В результате страны демонстрируют заметно более низкие показатели молодёжной безработицы: в Швейцарии он составляет 6,9% (возраст 15–29 лет), в Новой Зеландии – 9,6% (15–24 года), в Великобритании – 11,2% (16–24 года).
Автор проекта «20 идей по развитию России» Дмитрий Давыдов предлагает масштабировать практику привлечения подростков к трудовым отношениям в России. Для этого, по его мнению, необходимо создать дополнительные стимулы для найма молодёжи. В частности, выплачивать в течение от полугода до года субсидии компаниям, устраивающим на новые вакансии подростков 13-18 лет и обучающим их на рабочем месте – при условии дальнейшего сохранения рабочего места или участия в социально значимом проекте. При этом размер пособия предлагается определять на региональном уровне, но в следующих рамках: не меньше минимальной государственной академической стипендии и не больше МРОТ. Работающих подростков в возрасте 13-18 лет также предлагается освободить от взносов по социальному страхованию, а также от всех налогов, если доход не превышает двойного размера МРОТ. Параллельно автор предлагает снять законодательные ограничения на привлечение подростков к работе – снизить легальный возраст для вступления в трудовые отношения с 14 до 13 лет (с согласия родителей или опекунов) и с 16 до 15 лет (самостоятельно). Также предлагается отменить занижение нормы часов в день и в неделю при совмещении учебы с работой, оставив лишь общий возрастной лимит в 24 часа и 35 часов, но при условии соблюдений требований по обязательному образованию – в таком случае работодатели и подростки смогут более гибко планировать время.
Пакет инициатив Дмитрий Давыдов направил в Минтруд. В ведомстве снижение возрастных ограничений на трудоустройство подростков не поддерживают. Как отмечает в ответном письме замдиректора департамента оплаты труда, трудовых отношении и социального партнерства Минтруда Татьяна Маленко, общий запрет на найм подростков до 16 лет (в ряде сфер снижен до 14 лет при согласии родителей или опекунов) являются гарантией их прав на охрану здоровья и нравственности, возможности получения образования. Остальные предложения в Минтруде также отклонили, при этом замдиректора департамента занятости населения и трудовои миграции Денис Шамгунов ссылается на уже действующую программу содействия занятости молодежи до 2030 года. Программа нацелена на создание условий для реализации профессионального, трудового и предпринимательского потенциала молодежи, в том числе за счет развития промышленного туризма и знакомства молодёжи с профессиями и предприятиями, организации практического обучения на базе индивидуальных предпринимателей. Документ предусматривает субсидирование трудоустройства и профессиональное обучение различных категорий молодежи.
По мнению Дмитрия Давыдова, программа способна оказать прорыв и существенно сократить уровень молодежной безработицы, но документ в основном нацелен на трудоустройство выпускников вузов и колледжей, тогда как работа для подростков в возрасте 14-18 лет рассматривается как профессиональная проба. Такой подход недостаточно амбициозен: «Во-первых, современные информационные технологии и способы коммуникации значительно облегчают процесс обучения, высвобождая больше свободного времени… Это позволяет регулировать академическую нагрузку в пользу получения практических навыков», — разъясняет Дмитрий Давыдов. С другой стороны, стремясь получить постоянную работу в желаемой сфере, пусть даже и по частичной занятости, подросток раньше столкнется с реалиями рынка труда и конкуренцией на практике. «Искусственно созданная государством производственная практика и временные рабочие места для подростков не позволяют понять, что значит держаться за рабочее место. Проблема молодежной безработицы заключается, в первую очередь, не в отсутствии образования или опыта, а в эмоциональной внутренней незрелости поколения, включая низкую мотивацию к труду и самодисциплине», — считает автор.
Основатель исследовательского центра RuGenerations Евгения Шамис отмечает рост интереса молодёжи к рабочим специальностям и специальностям, которые позволяют быстро получить доход. По ее словам, молодёжь понимает важность рабочего процесса, а представители компаний готовы передавать опыт. «Но сейчас этот процесс затруднен, система не подстроена под трудоустройство подростков. Необходимо подтянуть законодательную базу», — считает эксперт. Руководитель образовательного центра «Эзоленг», доцент кафедры маркетинга РЭУ Инга Корягина согласна, что трудоустройство подростков в России осложнено законодательно. «Помимо трудностей в оформлении молодого работника, весь процесс его адаптации и обучения ложиться на работодателя. Ему стоит обеспечить налоговые льготы, как за рубежом», — считает эксперт. В компаниях также требуется специальный ментор, который будет заниматься подготовкой молодых кадров. «За рубежом созданы специальные государственные службы занятости, которые занимаются трудоустройством подростков. Они и занимаются их профессиональной подготовкой, разрабатывают политики в области занятости, регулируют спрос на работу подростков.
В целом же, по словам гендиректора консалтинговой компании КРОС Екатерины Мовсесян, трудоустройство подростков в России носит хаотичный характер. «По факту подростки часто работают неофициально и получают зарплату в конверте, а бывает, что оказываются жертвами обмана. Это происходит и потому, что бизнес воспринимает подростков как неквалифицированную рабочую силу», — отмечает она. Предложения Дмитрия Давыдова, как считает эксперт, потребуют комплексного подхода при реализации — изменений нормативно-правовой базы, работы по формированию запроса на учеников-подмастерьев со стороны бизнеса и по созданию системы мотивации для подростков к ранней профориентации и ученичеству на производствах. «Это потребует времени, ресурсов и стабильной экономической обстановки, чтобы у компаний был долгосрочный горизонт планирования для закладывания карьерных траекторий учеников», — добавляет она.
На рынке также признают востребованность механизма привлечения молодых сотрудников. «Внедрение дуальной модели обучения становится не просто модным трендом, а необходимостью, особенно для отельеров. Из-за кадрового голода на рынке отели все активнее начинают готовить молодые кадры прямо со школьной скамьи. Важным фактором в данном процессе становится компетенция руководителей, способных обучать свежие кадры, уделяя особое внимание развитию так называемых soft skills», — отмечает коммерческий директор управляющей компании Группа Отелей «Русские Сезоны» Инна Рындина.
Предложенные Дмитрием Давыдовым стимулирующие меры по раннему трудоустройству будут способствовать решению проблемы роста молодёжной безработицы. Подростки получат мотивацию набираться опыта еще до получения полного среднего образования, а значит, им будет легче строить карьеру в будущем, что в итоге приведет к снижению безработицы. Кроме того, вовлеченность подростков в работу оставляет меньше времени на деструктивное поведение, что также позволит сократить подростковую преступность, раннюю беременность, вредные привычки и другие социальные проблемы. Возможности дуальной системы образования могут сформировать мотивацию к труду и самодисциплину – в естественной среде подростки будут готовы к конкурентным условиям рынка труда, а также смогут приобрести действительно необходимые как практические навыки, так и soft skills, которые будут полезны и при дальнейшем трудоустройстве. Инициативы автора проекта могут увеличить долю населения, вовлеченного в экономическую деятельность и повысить экономическую эффективность. Поскольку работодатели получат дополнительные стимулы выращивать квалифицированные кадры со школьной скамьи, качество работы и производительность специалистов в организациях и предприятиях могут вырасти. Предприниматели при этом получат материальную поддержку, а также больше возможностей в поиске талантов для развития бизнеса. Дмитрий Давыдов надеется на законодательную поддержку своих предложений государством.
Предоставлено Дмитрием Давыдовым