Модно-климатический саммит

Евгения Милова о светской жизни

На прошлой неделе светская жизнь была раздираема традиционной предновогодней суетой, которую остановит разве что введение комендантского часа, и то не наверняка, а также нововведением в виде BRICS+ Fashion Summit, в рамках которого прошло много разных мероприятий, в том числе дефиле на открытом воздухе по перекрытой Малой Бронной. Все эти инициативы были щедро посыпаны снегом, реагентами, снегом, реагентами, снегом…

Евгения Милова

Евгения Милова

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Евгения Милова

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

С этим модным саммитом вообще интересно получилось. Там почти всем занимался Фонд моды Александра Шумского, но кое-что доверили небольшому ивент-продюсеру Артему Кривде. Например, открывающий показ российских дизайнеров в ГУМе и открытие их сборного шоурума там же. На сайте саммита все это значилось, но судя по тому, что выделенные места для зарубежных гостей заняли в итоге незарубежные, гостей из стран БРИКС никто не предупредил или предупредил слишком поздно. В дальнейшем также имела место некоторая сумятица. То на показ бренда Alena Akhmadullina в здании РГБ пропускали слишком неспешно, то к дефиле на Малой Бронной лучше всего готовы оказались сотрудники городских служб: во-первых, они эту Бронную вычистили как следует; во-вторых, они были одеты намного теплее, чем московские и иностранные модники, поэтому не спешили скорее укрыться в ресторанах и бутиках Патриарших, а смотрели до конца.

Конкретно эти два события проходили в рамках «Ночи московской моды», которая стартовала, как только стемнело, то есть в пять вечера. И по всему чувствовалось, что это такой импортозамещенный оммаж мероприятию, которое называлось Vogue Fashion Night Out. Его придумали в Нью-Йорке в 2008 году, чтобы хоть как-то поднять продажи люкса после мирового финансового кризиса: по главным бутикам ходила Анна Винтур и некоторые топ-модели со свитой, а вслед за ними и обычные покупатели. Все активно фотографировались, что-то примеряли, бренды выпускали лимитированные продукты. Далее идея распространилась по миру, FNO доходила и до Москвы. Ничего плохого, кроме хорошего, в этом нет. Только прежде это проходило в первых числах сентября, а не в последних ноября. И это даже по отношению к москвичам оказалось немилосердно, что уж говорить о гостях из Индии, Бразилии и других климатически приятных стран. Хотя им был оказан такой теплый прием, что глава Южноамериканской недели моды едва нашла свой паспорт перед отлетом. Но, безусловно, это такое масштабное и многогранное событие, что одной колонкой его не охватить.

Помимо саммита было еще немало любопытного. На выдающемся уровне продюсирования прошел вечер принадлежащего компании АЛРОСА бренда Posie. Тут были коктейль, экскурсия в музее, трансфер в Дом Смирнова, выставка драгоценных камней и, наконец, ужин от Владимира Мухина. Все это было не столько во славу бренда вообще, сколько в честь его высокой ювелирной коллекции, работа над которой длилась три года. Обычно высокое ювелирное искусство — это что-то очень пышное для чего-то очень торжественного. Но то, что показал Михаил Барышников, оказалось богатым иначе. Например, бриллиантовый наконечник стрелы в браслете, вдохновленном сказкой о Царевне-лягушке, был не просто с крупным, чистым, хорошо ограненным камнем. Нет, его огранили именно так, как это делали при неолите. И прежде чем получилось как надо, пришлось раскрошить не один большой алмаз. Позволить такое доверие ювелиру может и правда только алмазодобывающий гигант.

С похожей идеей к публике на прошлой неделе вышел и Александр Цыпкин. Впервые была вручена учрежденная им совместно с Александром Акоповым премия «За диалоги в кино». Тут вроде тоже предполагалось светски не ограненных сценаристов преподнести широкой публике в лучшем виде. «Мы сделаем из вас рок-звезд»,— пообещал господин Цыпкин в начале церемонии (вел он ее сам при минимальном соучастии Ольги Сутуловой). Но уже ближе к середине господин Цыпкин в смокинге выход очередного лауреата в толстовке и джинсах прокомментировал в том духе, что дресс-код они даже не пытались устанавливать, потому что знали, что все придут в своем. В перерывах между номинациями актеры читали отрывки из голливудских сценариев. Предположительно тех, на которых рос и формировался господин Цыпкин — и не он один. Тут были «Бешеные псы» и «Криминальное чтиво» Тарантино, «Семь психопатов» Макдоны, «Манхэттен» Вуди Аллена и другое важное кино. Сценаристы, которые поднимались на сцену, каждой своей речью и видом подтверждали, что успех и рок-н-ролл видят как-то иначе, нежели организатор церемонии. Особенно в этом преуспела победительница в номинации «Диалог с самим собой» Полина Глухова.

В завершение на сцену пригласили отборщика конкурса Егора Москвитина, который сказал, как ему приятно быть на премии для самых разных сценаристов: «Например, я — тот сценарист, который никак не может начать, а Цыпкин — тот, который никак не может закончить». Церемония и впрямь изрядно затянулась.

Евгения Милова, обозреватель “Ъ”

Фотогалерея

Светская хроника

Смотреть

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...