Без суда не изымешь и Дворец труда
Дело об истребовании зданий Ленинградской федерации профсоюзов на площади Труда развивается стремительно
К делу об изъятии комплекса зданий Николаевского дворца (Дворец труда) на площади Труда, 4, лит. А, В и Д, у Ленинградской федерации профсоюзов (ЛФП) приобщены документы 1917–1918 годов, подтвердил «Ъ-СПб» представитель Федерации независимых профсоюзов России (ФНПР) в суде Константин Шипило, рассказавший изданию, что заседания по делу проходят буквально через день без переносов. Юристы обращают внимание, что последние аналогичные дела решались в пользу государства, а апелляция к документам начала прошлого века — вышедший из судебной практики тренд 1990–2000-х годов.
Николаевский дворец
Фото: A.Savin / wikimedia.org
Николаевский дворец
Фото: A.Savin / wikimedia.org
Упомянутые документы в подтверждение прав нынешнего собственника Дворца труда — Межрегионального Санкт-Петербурга и Ленинградской области объединения организаций профсоюзов «Ленинградская федерация профсоюзов» — представляют собой декрет Совета народных комиссаров от декабря 1917 года за подписью Владимира Ленина о передаче дворца «в ведение» профсоюзам и постановление Совета комиссаров Петроградской трудовой коммуны от апреля 1918 года о передаче здания «в собственность». Также к делу были приобщены протоколы заседаний Совета народных комиссаров РСФСР 1917–1918 годов. Представители профсоюзов отметили, что декреты Совнаркома и Совета комиссаров Петроградской коммуны все еще действуют, в судебном порядке их не оспаривали, а российское законодательство признает оба органа как легитимные органы власти России и Петербурга на соответствующий период времени.
Кроме указанных документов советского периода, адвокаты профсоюзов опираются на соглашение 2007 года, подписанное между ЛФП и комитетом по управлению государственным имуществом Санкт-Петербурга, в котором утверждается, что государство в лице правительства Санкт-Петербурга не претендует на имущество ЛФП. В приложениях к соглашению указывалось заключение комитета о том, что право собственности на комплекс зданий Николаевского дворца было зарегистрировано в 1999 году и ведомство его не оспаривает.
«Есть и другие документы, подтверждающие законность права собственности Федерации профсоюзов на комплекс зданий»,— рассказал «Ъ-СПб» представитель ФНПР в суде Константин Шипило. Среди них, например, распоряжение правительства РФ, подтверждающее, что имущество профсоюзных организаций на территории бывшего Советского Союза, если не оговаривается иное, принадлежит профсоюзам на правах собственности, а также другие нормативные документы, устанавливающие правопреемство советских профсоюзов (Всесоюзного центрального совета профессиональных союзов, ВЦСПС) и современной Всеобщей конфедерации профсоюзов (ВКП), ФНПР и ЛФП.
Генпрокуратура РФ подала иск к Ленинградской федерации профсоюзов об изъятии комплекса зданий Дворца труда в Петербурге 10 июня. Ведомство считает, что федерация получила это имущество в собственность незаконно, памятник федерального значения принадлежит государству. Его передача в ведение общественной организации в 1917 году не свидетельствует о возникновении у последней права собственности, а следовательно, и последующая его передача в 1999 году новым владельцам незаконна.
Согласно картотеке арбитражных дел, 12 июня суд принял заявление к производству и ввел обеспечительные меры в виде ареста объектов недвижимости, не исключающего владения и пользования ими. Позднее третьими лицами в иске были признаны комитет имущественных отношений и КГИОП Санкт-Петербурга. Предварительное заседание состоялось 6 августа, а основное — 7 августа. Следующее заседание по делу назначено на 9 августа.
В беседе с «Ъ-СПб» господин Шипило высказал недоумение, почему дело рассматривается так стремительно. «Прокурор сегодня представил доказательства, на которые мы, соответственно, должны представить контрдоказательства. На обстоятельную подготовку материалов нужно время, а следующее заседание назначено уже на утро пятницы. Мы обращали на это внимание суда, и поскольку нас не слушают, вынуждены были заявить ему отвод»,— рассказал он.
Николаевский дворец строился в 1853–1861 годах как резиденция великого князя Николая Николаевича (старшего), сына Николая I. После его смерти в зданиях размещался женский институт великой княгини Ксении Александровны. После Октябрьской революции здание перешло в распоряжение петроградских профсоюзов, которые переименовали комплекс во Дворец труда. Общая площадь непосредственно самого дворца — 19,5 тыс. кв. м.
Партнер юрфирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Горбунов рассуждает, что такой прием, как апелляция к советским и даже имперским документам и актам, подтверждающим или, напротив, опровергающим законность требований, сегодня используется довольно редко, а вот в 1990-е, на волне приватизации имущества, и даже в 2000-е, применялся исключительно широко, настолько широко, что Верховный суд неоднократно разъяснял особенности применения норм федерального законодательства в этой связи.
«В общем-то практика давно сформирована, вкратце позиция такова: де-юре масштабная национализация имущества, в том числе объектов недвижимости, проведенная в начале века, признается законной, ее итоги, по общему правилу, к сожалению наследников знатных и купеческих семей, оспариванию не подлежат при условии, что обращение имущества в пользу государства производилось в соответствии с действовавшими на тот момент нормами права. Что касается прав собственности "наследников" советских организаций и обществ, то их претензии на имущество должны быть подтверждены документами»,— разъясняет господин Горбунов.
В данном случае ключевой вопрос заключается не в том, законно или незаконно та или иная советская организация получила в свое распоряжение имущество, а в том, может ли быть признана действующая в настоящий момент организация ее правопреемником, полагает юрист фирмы «Рустам Курмаев и партнеры».
Партнер практики «Недвижимость и строительство» юридической фирмы «Меллинг, Войтишкин и партнеры» Максим Кузнеченков предупреждает, что история разрешения аналогичных споров, предметом которых было истребование имущества из чужого незаконного владения по искам Генпрокуратуры, однозначно указывает на преимущество позиции истца, то есть Генпрокуратуры. «В последнее время такие споры в основном разрешались в пользу публичного собственника (Российской Федерации)»,— напоминает господин Кузнеченков. Суд уже применил обеспечительные меры в отношении ответчика, запретив ему распоряжаться объектом, продолжает он. «Последнее обстоятельство также подтверждает, что позиция истца имеет все шансы быть поддержанной судом»,— уточняет юрист.
В данном случае речь идет об одном из самых знаковых объектов, который когда-либо был передан профсоюзным организациям, подчеркивает господин Кузнеченков. «Я не припоминаю случаев, чтобы объекты такого уровня когда-либо возвращались профсоюзными организациями государству по искам в интересах государства. В этом смысле решение в пользу государства будет прецедентным,— подтверждает он.— В любом случае, это не первое дело, в котором Генпрокуратура истребует имущество у профсоюзных организаций. Ранее более распространенным было истребование производственных активов, чем социально значимых объектов».
Господин Горбунов предполагает, что если ЛФП может доказать в суде, что является правопреемником ВЦСПС, то, с точки зрения закона, у организации есть основания добиваться снятия обеспечительных мер и сохранения зданий в своем распоряжении. «Если доказательств этого по каким-то причинам нет, то, увы, с высокой долей вероятности суд поддержит прокуратуру»,— заключает юрист.