Час человека и киловатта
На ВЭФ обсуждают потребности Дальнего Востока
Дефицит кадров остается основной проблемой Дальнего Востока — пока не закрыта треть вакансий, появившихся после запуска новых производств на территориях опережающего развития, сообщил на Восточном экономическом форуме во Владивостоке глава Минвостокразвития Алексей Чекунков. Кадров не хватает и строительству, в том числе из-за увеличения объемов ввода жилья и обновления инфраструктуры. Бизнес также беспокоит доступ к энергомощностям — из-за дороговизны их строительства — и к технологиям: их отсутствие тормозит запуск новых месторождений.
Одной из главных проблем новых проектов на Дальнем Востоке глава Минвостокразвития Алексей Чекунков назвал кадровый дефицит — созданные вакансии не заполнены на треть
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
Одной из главных проблем новых проектов на Дальнем Востоке глава Минвостокразвития Алексей Чекунков назвал кадровый дефицит — созданные вакансии не заполнены на треть
Фото: Анатолий Жданов, Коммерсантъ
Новые инвестпроекты (около 3 тыс. с ожидаемым объемом финансирования в 9 трлн руб.) в рамках преференциальных режимов на Дальнем Востоке создали 142 тыс. рабочих мест, но треть новых вакансий не заполнена, сообщил на ВЭФ глава Минвостокразвития Алексей Чекунков. Зарплаты в компаниях-резидентах — на треть выше среднего уровня по РФ, и спрос создает дополнительную инфляцию оплаты труда. Не легче кадровая ситуация и в строительном секторе: объемы растут как в жилищной (более 6 млн кв. м в стадии строительства, в 2018 году показатель был вдвое ниже), так и в инфраструктурной (в частности, в рамках Восточного полигона железных дорог) его части.
Кроме того, утвержденные мастер-планы 25 городов — это почти тысяча новых строек (суммарно на 4,4 трлн руб., как за счет бюджета, так и из внебюджетных источников), которые призваны остановить отток населения. С учетом высокой ключевой ставки Алексей Чекунков предложил рассматривать иностранные подряды с финансированием под 6–8% в юанях. «Через Амур (в Китае.— “Ъ”) строят значительно быстрее, в международной территории опережающего развития же можно подумать над отказом от национальных стандартов строительства, когда речь идет не о сложных производствах, а об “отверточной сборке”»,— предложил министр. Дальневосточные регионы, однако, опасаются роста долговой нагрузки из-за необходимости финансировать как текущие расходы, так и мероприятия планов. «Для регионов, которые уже раздавлены долгами, дальнейший рост нагрузки — это очень опасная история»,— отметил глава Забайкальского края Александр Осипов.
Миграционный прирост населения в макрорегион отмечается пока только в возрастной когорте 20–24 года, основным же достижением в министерстве считают снижение темпов его оттока (в три раза с 2013 года), а также прирост числа учащихся в вузах (приток из других регионов вырос на 15%).
По словам замглавы Минвостокразвития Эльвиры Нургалиевой, в ведомстве видят инструментом сокращения кадрового дефицита повышение эффективности производств и переобучение кадров на площадках самих предприятий. Компании уже конкурируют программами профориентации, но рассчитывают и на рост трудовой мобильности — особенно в случае удаленных от крупных городов проектов.
Спрос на ресурсы в регионе вряд ли снизится — по оценке главного экономиста «Ренессанс Капитала» по России и СНГ Олега Кузьмина, рост инвестиций на Дальнем Востоке вдвое выше среднероссийского (10% против 5% в год), а их доля ВРП составляет 30–35% против 22% в среднем по РФ, что соответствует и более высоким темпам роста. В июле Минвостокразвития отчитывалось о том, что из заявленного объема инвестиций (9,6 трлн руб.) в ДВФО вложена почти половина (4,3 трлн руб.), а до 2030 года приток инвестиций должен вырасти до 10,5 трлн руб. В 2023 году четверть вложений пришлась на крупные проекты.
Бизнес беспокоит нехватка энергомощностей — проекты в регионе энергоемкие (от добычи до металлургии и химпрома), а строить такую инфраструктуру дорого.
Проблема активно обсуждалась на ВЭФ, глава «Росатома» Алексей Лихачев предложил решить ее строительством двух атомных станций — около Владивостока и в Хабаровском крае.
САР как спецадминресурс
Как точечный инструмент развития Дальнего Востока обсуждался вчера на ВЭФ и механизм специальных административных районов (САР), один из которых расположен на острове Русский в Приморье (второй — на острове Октябрьский в Калининградской области). САР — «ворота» для возвращения капиталов в РФ путем смены юрисдикции. Как сообщил вчера первый замглавы Минэкономики Илья Торосов, сейчас в САР зарегистрировано 426 компаний; в 2018–2023 годах налоговые поступления от резидентов оцениваются в 38 млрд руб., из которых 24,8 млрд руб. пришлись на 2023 год (и половина, 12,2 млрд руб.— на САР в Приморье).
Сам механизм, по словам замминистра, уже «сформирован как институт», теперь возможны лишь точечные изменения. Запрос на них уже есть — как отметил замглавы Минвостокразвития Павел Волков, необходимо предусмотреть возможность самостоятельного выбора валютного резидентства, а также дополнительные гарантии «закрытости» решений о переезде в САР (для защиты от санкций).
Бизнес добивается расширения возможностей выполнения условий для получения налоговых льгот — для этого резиденты САР должны вложить не менее 300 млн руб. в регион (в строительство, передачу региону оборудования или пожертвования), открыть там офис и иметь не менее 15 сотрудников в штате. Как отметил гендиректор ПАО «Полюс» Алексей Востоков, необходимо предусмотреть возможность соинвестирования совместно с другими резидентами САР и привлечения других инвесторов в строительные проекты. Также, добавил он, стоит расширить перечень специальностей работников, которые должны быть в штате компании-резидента, в частности, включив в него специалистов в области IT и искусственного интеллекта.
Как элемент инвестклимата для компаний остается важен статус резидентов ТОР, а также доступ к проектному финансированию. При этом на фоне увеличения мер господдержки в центральных регионах РФ условия на Дальнем Востоке становятся сопоставимыми, заметил член правления СИБУРа Алексей Козлов. Недовольство же у бизнеса вызвало применение механизма СЗПК — «дедушкина оговорка» (о сохранении параметров регулирования) не сработала в отношении экспортных пошлин. Теперь компании предлагают «зашить» оговорку напрямую в механизм ТОР.
Ограничением деловой активности выступает и недоступность технологий, снижающая интерес к разработке новых месторождений даже дефицитных ресурсов: некоторые аукционы проходят без заявок, заявил глава Роснедр Евгений Петров.
Потенциальные инвесторы оценивают спрос на конкретный вид сырья в РФ, и зачастую оказывается, что вести добычу и строить ГОК нерентабельно, на мировом же рынке необходимо конкурировать с китайскими компаниями. Уровень геологической изученности Дальнего Востока не превышает 37%, но и эти работы в основном проводились в советское время и не соответствуют текущим требованиям по качеству данных. «Либо энергетики нет, либо технологии переработки»,— заключил глава агентства.