Импортозамещение без разоблачения
«Новые люди» переодели россиян в отечественное
Партия «Новые люди» (НЛ) совместно с российскими предпринимателями провела 3 апреля акцию «Меняй на российское», в рамках которой жители Москвы, Санкт-Петербурга и Новосибирска могли обменять личные вещи западных брендов на одежду отечественного производства. Правда, участвовавшие в акции горожане, по оценке корреспондента “Ъ”, особой разницы между «нашим» и «не нашим», кажется, и раньше не замечали.
Участники акции в поддержку российских брендов «Меняй на российское». Справа — руководитель фракции партии «Новые люди» в Госдуме Алексей Нечаев
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Участники акции в поддержку российских брендов «Меняй на российское». Справа — руководитель фракции партии «Новые люди» в Госдуме Алексей Нечаев
Фото: Игорь Иванко, Коммерсантъ
Несмотря на отчетливое и нескрываемое сходство партийного мероприятия в одном из московских торговых центров с булгаковским «сеансом черной магии», ни полным, ни даже частичным разоблачением оно не сопровождалось: затраченных на акцию сумм организаторы так и не раскрыли. «Это символический жест»,— уклончиво ответил лидер НЛ Алексей Нечаев на вопросы СМИ. Зато самих журналистов политик разоблачал с легкостью. «Хорошая на вас футболка… Западная? Ну, конечно! — развел он руками так, будто иного от подвернувшегося корреспондента и не ждал.— Пройдите, присмотрите себе что-нибудь».
Присмотреть поначалу и правда было что. Павильончик, развернувшийся напротив трех европейских бутиков, был увешан футболками, сорочками, юбками и пиджаками.
Желающих «поменять на российское» встречали осведомленные активистки. «Тренд сезона», «замечательно к вашим брюкам», «совсем не жаркая»,— мурлыкали они.
Публика, однако, в увещеваниях не нуждалась и вообще явилась подготовленной. «Две Nike и штаны "заровские"»,— отчитался один из визитеров, протягивая внушительный тюк. И ему, и остальным меняльщикам активистки доверяли как самим себе: пакеты без всякого досмотра помещали в небольшой стеклянный куб, доверху заполнившийся в считаные минуты после открытия. «Обманут? Да ну и пусть, в конце концов это останется на совести человека»,— философски рассудили организаторы. Убытка, конечно, никакого, согласились они, но «одно дело — обмануть человека, другое дело — партию».
А вот реального преображения на глазах у изумленной публики пришлось подождать. Только спустя полчаса «картинку» репортерам подарил грузный семьянин, пренебрегший кабинкой для переодевания. «Он снимет-наденет, а вы это по телику покажете!» — объявила журналистам его жена. Тот не подвел и, сорвав свитер с широких плеч, облачился в хипстоватую футболку ядовито-зеленого цвета. «Мы поддерживаем российское»,— заверила всех осчастливленная супруга.
Более вразумительных ответов и мотиваций посетители не предлагали. Да и предметных отличий между «нашим» и «не нашим» эти горожане, как оказалось, давно не замечают.
«Нет уже никакой разницы»,— жал плечами москвич Евгений. «Шьют все равно в Китае»,— соглашался его приятель.
Иногда доходило до курьезов. «Нормально смотрится!» — встретил спутницу на выходе воодушевленный молодой человек. «Я в этом же была утром»,— насупилась та, тряхнув пакетом с полученной обновкой.
С мнением корреспондента “Ъ” о том, что российские дизайнеры пока не способны дорасти до массового производства и заполнить оставленные ушедшими западниками ниши, Алексей Нечаев не согласился. За три года «многие успели пройти этот путь», заверил он, а потому и поводов встречать «возвращенцев» с распростертыми объятиями у россиян, в общем-то, нет. «Что там они говорили: "миссия, мы работаем на благо потребителя"? Да они плюнули на потребителя и ушли! — отрезал лидер НЛ.— Некоторые еще и обращения опубликовали: мол, Россия — агрессор». А тем, кто успел профинансировать ВСУ и находится «на той стороне фронта», в России и вовсе делать нечего, заключил политик.
Зато свои, конечно, не подведут: при них и ткани, и фасоны, и какая-никакая школа, так что голышом россияне, в отличие от зрительниц воландовского шоу, не останутся, следовало из слов партийца. «Ну, то была магия импортная. А у нас — российская. Партия отвечает»,— оптимистично резюмировал он.