Из офиса компании Whirlpool в Италии открывается чудесный вид на окрестности и перспективы концерна на рынке бытовой техники
Компанию Whirlpool продавцы бытовой техники называют американской. И зря. В действительности Whirlpool, лидирующая в том числе и на американском рынке,— компания глобальная. Она такая же американская, как и итальянская, например. В местечке Касинетта провинции Ломбардия собирают холодильники и плиты для европейского рынка. И будут собирать: переносить производство из Италии в места с более дешевой рабочей силой компания не собирается.
Холодильник по-американски
Завод Whirlpool в Касинетте с одной стороны подпирают горы, с другой — болото с редкой флорой-фауной, здесь природоохранная зона. Сам городок маленький и уютный, находится в провинции Варезе, которую в путеводителях рекомендуют богатым туристам для игры в гольф и верховой езды. Не говоря уж про прекрасные озера Варезе и Маджоре, находящиеся в непосредственной близости. Посреди всей этой красоты Whirlpool собирает холодильники и плиты для европейского рынка.
У заводской проходной (хотя, собственно, никакой проходной нет, а есть вход) установлен памятный барельеф. Больше всего он напоминает иллюстрацию к мифу о Прометее, рядом с которым кто-то вроде музы. Кто есть кто, за давностью лет уже не разобраться, поскольку барельеф был изготовлен то ли при Гвидо Борги, который основал фабрику в Касинетте, то ли кем-то из его троих сыновей. Барельеф художественно интерпретирует зарождение компании Ignis (что в переводе означает "огонь") — будущей составной части Whirlpool. Маленькое семейное предприятие Борги выпускало газовые плиты. Других тогда еще не было.
У входа внутри здания рабочих и служащих встречает еще одна реликвия — плита Ignis. Похожие агрегаты, но других производителей есть, наверное, еще в российских коммуналках. Холодильника-мастодонта рядом нет. Это потому, что холодильники в то время здесь еще не делали. Зато теперь делают — и не какие-нибудь, а огромные side-by-syde. Завод выпускает их с 2002 года, а холодильники попроще постепенно снимаются с производства. Их начинают производить в Восточной Европе, а здесь останется только side-by-syde.
Раньше их любили только американцы. В холодильник на 300-500 литров чего только не поместится. Такая вещь незаменима в случае длительной осады или внезапной дружеской вечеринки на 50 человек. В Европе к шкафам, умеющим производить килограммы ледяных кубиков, до недавнего времени относились с недоверием, предпочитая вещи поскромнее. Теперь тоже полюбили. В России, объясняет нам управляющий директор Whirlpool Europe Филиппо Пеликане, сложнее: там квартирный вопрос. Вот General Electric вообще ушла с российского рынка. У нее все холодильники такие или даже больше. Ни в одну российскую дверь не пролезают. А также имеют размер средней кухни в российском доме.
Пока мы беседуем о холодильниках, вокруг вовсю идет производственный процесс. На конвейерах под потолком едут железные листы, потом их гнут, а в конце цеха стенки холодильника встречаются с дверцами.
Корпус холодильника, как известно, не пустой. Между внутренними и внешними стенками изоляция. Увидеть ее в домашних условиях невозможно. А на заводе — пожалуйста. Добрый мастер выдавливает из шланга целый мешок желтоватой пены. Пена моментально твердеет и тут же нагревается. Филиппо велит всем присутствующим журналистам в этом убедиться. Филиппо — начальник, наверное, строгий. Он лично берет каждого за руку и велит приложить к мешку руку. И, видимо, решает, что впечатление слабовато. Делая зверское лицо, он пытается отковырять кусок. Задубевшая пена не отковыривается, на помощь приходит мастер. Изолят не поддается. Начинается какой-то театр: мастер убегает и возвращается с тесаком, которым начинает пилить изолят. Рабочие у конвейера сдержанно хихикают. Наконец-то дело пошло. Филиппо гордо демонстрирует срез изолята. Прочная субстанция, что там говорить. Раньше в качестве изоляции в холодильниках использовалась базальтовая вата, теперь — полиуретановая пена. Экологичный материал и твердый — даже пилится с трудом.
Еще одна картина, привлекающая внимание технически невежественных журналистов,— сварка. Филиппо объясняет, что аргоновая. Одной сварщице доверено работать с синим пламенем, другой — с зеленым. Это самый ответственный момент: трубки привариваются к генератору. Когда все, что надо, приварено, температура внутри холодильника тестируется.
Две женщины проворно клеят скотчем проводки к стенке холодильника — к той, что в готовом агрегате закрыта еще одной стенкой. Выглядит довольно ненадежно, но оказывается, что только так все и делают — не гвоздями же прибивать.
После того как все приварено и проверено, холодильники проходят еще и эстетический контроль качества. Внимательно ощупывая и оглядывая готовые агрегаты со всех сторон, контролеры любовно и сосредоточенно протирают их чистыми тряпочками.
— 5% продукции тестируется на протяжении двух дней — это для статистики по качеству,— объясняет Филиппо. Имеется в виду технический контроль, а не сдувание пылинок.
Бегая по огромному цеху за импульсивным Филиппо, я пытаюсь вычислить рабочих из третьих стран. За исключением двоих африканцев, все остальные похожи на коренных жителей. Это довольно странно: известно, что в развитой Европе, например в Германии, на заводах работают в основном турки и индусы.
— Нет ли у вас тут рабочих из развивающихся стран? — спрашиваю я у господина Пеликане.
— Есть,— отвечает Филиппо,— из Восточной Европы совсем чуть-чуть, из африканских стран больше, но они ночью в основном работают.
Филиппо тут же приглашает и нас собирать холодильники:
— Работа не пыльная, место курортное.
Не стой под стрелой
В цехе, где собирают плиты и прочие варочные поверхности, такой умиротворяющей тишины нет. Настоящий горячий цех.
— Очень шумное производство,— кричит нам Филиппо,— это потому, что там железо гнули, а здесь формуют.
Филиппо объясняет, что в этом цехе собирается вся продукция сразу: микроволновки, духовки, индукционные плиты. Перед рабочими стоят мониторы — на них в зависимости от того, что приехало на конвейере, меняется картинка с указаниями, что и куда прикручивать.
В Касинетте делают очень многое из того, что продается под брэндом Whirlpool
Совсем недавно в Касинетте начали собирать гордость и надежду компании — "горячую" технику Kitchen Aid. Это премиальный брэнд Whirlpool, родившийся в США. Отделение Kitchen Aid компания купила у Hobart Corporation в 1986 году. Под этой маркой в Европе продавали только миксеры, теперь решили сделать для европейского рынка линейку крупной техники. Интересно, что Kitchen Aid в США и Европе — разные. Для каждого рынка свои товары. Холодильники, например, для европейцев поменьше.
Сейчас в Касинетте тестируют новую модель пароварки Kitchen Aid, которую начнут выпускать в июле. Пароварки — европейский тренд. Здоровье и еще раз здоровье. Kitchen Aid отличается особенным дизайнерским шиком и технической продвинутостью. Модели сверкают металлом и выглядят как дорогие итальянские машины: ужасно дорого и ужасно красиво.
Но дело не только в красоте. Например, премиальная духовка со сложной системой прокачки воздуха нагревается строго равномерно. Kitchen Aid производят не только в США и Италии, но и в Швеции. Здесь делают "домино" — электрогриль, совмещенный с газовой плитой, а также гибрид микроволновки и духовки — тоже очень модный прибор. На заводе производят отдельно духовые шкафы — их 43,8%, варочные стеклянные и керамические поверхности — 37,9%, и всего 19% приходится на газовые плиты, российский хит. Новый продукт 2006 года — линейка кухонной техники "Афродита" — вытеснил более дешевые и простые модели, их теперь делают во Вроцлаве.
Сборкой холодильников приглашают заниматься всех желающих — работа непыльная и место курортное
Возможно, Филиппо рассказал бы еще что-нибудь, но рядом грохочет конвейер: мелкие детали обрушиваются вниз на металлические листы с зубодробительным грохотом. Время от времени Филиппо вылавливает зазевавшихся журналистов из-под механизмов угрожающего вида. Звать бесполезно, ничего не слышно.
— Пока масло не будет смыто с деталей, человеческие руки до них не дотрагиваются,— кричит Филиппо с гордостью.
Сначала готовые плиты моют, потом сушат. Самый жаркий этап производства — эмалировка. Металлические поверхности нагревают, чтобы пудра, будущая эмаль, растворилась, потом обжигают при температуре 150 градусов. Поверхность из белой превращается в черную. Чтобы получилась эмаль, детали еще раз обжигают — уже при температуре 850 градусов.
После обжига начинается процесс, название которому подобрать трудно. "Сборка",— говорит Филиппо. За решеткой по рельсу ездит что-то вроде робота-крана. За один прием собирается 24 плиты или духовки.
Зато имя есть у новой линии, которая склеивает дверцы для духовок: "пиццамейкер". Название, понятно, неофициальное. Действительно, в полимеризации есть что-то кулинарное. Это последнее блюдо. Дальше — контроль качества.
— Из 10 тыс. компонентов, которые используются в производстве, поставляется 8 тыс., остальные производятся здесь же,— объясняет Филиппо.
Удивительно, но рабочим в "кулинарном" цеху платят столько же, сколько коллегам по холодильникам. Так говорит Филиппо. Настоящая капиталистическая социальная несправедливость.
Красота на болоте
Сотрудница офиса Global Consumer Design рассказывает нам о том, как дизайн-бюро работает с потребителями, чтобы не было противоречия между красотой и пользой. Их запускают в специальную комнату, напичканную бытовой техникой разных производителей. Логотипы, понятное дело, устранены. Простые итальянцы хлопают дверцами, пытаются поставить противень в духовку или вынуть бутылку из холодильника. Дизайнеры подглядывают и делают выводы. Кстати, разработка новых моделей происходит в тесном сотрудничестве с IKEA. На шведскую обстановку у Whirlpool особые виды. Президент Whirlpool Europe и вице-президент корпорации Whirlpool одновременно Марк Битцер сказал, что последние три года половину прироста продаж дает IKEA. Встраиваемая техника стала коньком Whirlpool три года назад, когда приобрела большую популярность во всем мире. Общий объем продаж встроенной техники поднялся на 4% в среднем по рынку и на 20% — у Whirlpool и с тех пор продолжает расти.
Это прекрасно, но на встроенную технику смотреть не очень-то интересно. Гораздо интереснее выглядят дизайнерские концепты. Природа Италии вдохновляла, как известно, мастеров эпохи Возрождения. Дизайнеров Whirlpool она вдохновляет тоже. Из офиса открывается потрясающий вид на озеро. Озеро в легкой дымке, и хочется уронить романтическую слезу. Дизайнеры Global Consumer Design слезы не роняют — привыкли. Зато создают удивительные приборы. Подходить к ним с утилитарными мерками не стоит. Но вещи сами по себе интересные. Только непонятные. Оказывается, вот эта штуковина с ручкой — переносная микроволновка на одну персону. Красивый пластиковый ящичек с травой — стиральная машинка будущего, списанная с болота натурального. Машинка стирает болотной травой, ее корни погружены в воду. Это же известное дело: болотная трава воду очищает и даже дезинфицирует. Изъян у стирального концепта всего один: стирка будет длиться не один день и, возможно, даже не два, а что-то около недели. Но эта модель, разумеется, не для производства, а скорее для демонстрации экологичности корпоративного сознания на международных выставках.
Размышлять над концептами и оборотами нам предлагают на воде: в программе водная прогулка по озеру Маджоре и посещение островов. Затем ужин на острове Пескаторе. В каком, я скажу, правильном месте основал компанию Ignis синьор Борги. В безупречном с эстетически-курортной точки зрения. Когда смотришь на озеро Маджоре, действительно хочется, чтобы стиральная машинка, холодильник и прочие бездушные ящики выглядели как-то человечнее. Если на стиральной машинке растет трава и, возможно, со временем и при правильном уходе даже камыш, то в камышах могут завестись редкие породы птиц и лягушки. Смотреть на домашний заповедник было бы приятно. Не так, как на озеро Маджоре, конечно.
ИСТОРИЯ ПРИОБРЕТЕНИЙ
Whirlpool в цифрах Про компанию Whirlpool не скажешь: ее основал такой-то выдающийся предприниматель в таком-то году. Основателей у корпорации более чем достаточно, и каждый до поры до времени распахивал свою делянку. Главных, стоящих у истоков, трое. Их бронзовые лица смотрят на парковку офисного здания в Комерио. На вопрос "Чьи бюсты?" сотрудники офиса с ходу ответить не могут. Вроде бы один из них шотландец Фредерик Стенли Аптон, основатель Upton Machine Co., второй — Готтлоб Баукнехт, который открыл небольшой электротехнический цех в германском Тайлфингене, третий — местный уроженец Гвидо Борги со своими газовыми плитами. В 1929 году компанию Аптона удачно приобрела Nineteen Hundred Washer Co. В 1950 году Nineteen Hundred Washer Co. меняет название на более короткое — Whirlpool и начинает покупать профильные активы в США, потом в Бразилии. Череда поглощений и проникновений продолжается до сих пор. В одном только 1955 году Whirlpool покупает производство домашних кондиционеров, завод по производству сушильных машин и завод по выпуску холодильников. К 1968 году ежегодный доход Whirlpool достигает $1 млрд. В 1989 — более $6 млрд. Далее — везде: Япония, Словакия, Аргентина, Сингапур, Гонконг. Параллельно создается мощная сбытовая структура. В 1991 году Whirlpool учредила South American Sales Co. для продажи техники в 35 странах Латинской Америки. Представительства появляются в Сингапуре, Гонконге, Польше, Чехии. Картина с брэндами такая: 68% продукции выпускается под маркой Whirlpool, 3,5% принадлежит популярной в Германии и Бенилюксе Bauknecht, 11% — локальным местным брэндам, которые у Whirlpool имеются в каждом регионе, где концерн присутствует. По результатам продаж 2006 года Whirlpool лидирует в странах Северной и Латинской Америки: здесь доля Whirlpool превышает долю ближайшего конкурента более чем вдвое. Whirlpool — четвертая в Европе, одна из ведущих — в Азии. Корпорация присутствует в 13 странах. |