Отто ЛАЦИС:
Политика
![Лацис](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/1997/4514/31-26-28/index/31-26-1n.jpg)
Во вторник 29 июля внимательные читатели «Известий» обнаружили разительные изменения в составе редакционной коллегии. Накануне «группа товарищей» провожала в отпуск одного из заместителей главного редактора Сергея Агафонова. Однако обычного предотпускного веселья не наблюдалось. Присутствующим было ясно, что из отпуска их коллега уже не вернется.
О том, что предшествовало этим событиям, что происходит в одной из самых популярных и авторитетных газет страны, рассказывает обозреватель «Известий», член совета директоров ОАО «Редакция газеты «Известия» Отто ЛАЦИС.
Сокращения рабочих мест
Из штатного расписания исключены все должности имевшихся до сих пор заместителей главного редактора. Наряду с принудительной сменой главного редактора Игоря Голембиовского это — смена всего руководства газеты. Ликвидированы должности первого заместителя главного редактора Друзенко, заместителей: по выпуску Дардыкина, по международному отделу Агафонова, по отделу новостей Захарько. Соответственно все названные лица лишаются должностей. Определенно трудоустроен лишь Василий Захарько, уже ставший главным редактором. Анатолий Друзенко назначен политическим обозревателем, остальным сказано, что и они получат должности.
Не надо думать, что, скажем, Агафонов, лишившись должности заместителя главного, останется во главе международного отдела (им он руководил как заместитель). Его отдел без затей переименовали в иностранный, после чего Агафонов лишился и этого своего поста. Действительно, зачем «международник» Агафонов в иностранном отделе?
Ликвидируется отдел чрезвычайных ситуаций, которым руководил Валерий Яков. Тот самый Валерий Яков, который получил премию Союза журналистов как лучший репортер России. Тот самый, который неделями мотался по воюющей Чечне, кто в Буденновске, рискуя собственной жизнью, присоединился к заложникам, чтобы обеспечить большую их безопасность. Так же рискуя жизнью, он находился в окопах российских войск в Первомайском. Трое суток мы не знали, жив ли он. Так вот, теперь он тоже не нужен. Понятно, что ему, как и Агафонову, предложат какую-нибудь рядовую должность. То есть будут не увольнять, а выживать.
Предполагалось, что решение об изменении штатного расписания должно приниматься советом директоров. Но двух его членов, именно тех, кто представляет редакцию и кто был заведомо не согласен с принятыми решениями, — то есть Голембиовского и Лациса — на заседание не пригласили.
Трудоустройство
![Подача заявлений](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/1997/4514/31-26-28/index/31-27-1s.jpg)
В свое время Николай Боднарук, зам. главного в «Известиях», ушел в «Общую газету». Не знаю, по каким причинам он так решил, но вот теперь баллотировался на пост главного редактора у нас и занял шестое место из десяти кандидатов. Вот он-то и будет единственным заместителем главного редактора непосредственно по газете. Есть еще «неполитическая» должность заместителя по выпуску, которая к содержанию газеты не имеет отношения.
Чтобы быть правильно понятым, оговорюсь, что за все время работы в «Известиях» у меня были прекрасные отношения с Василием Захарько. Но, думаю, никто не станет со мной спорить, что все новое руководство газеты, включая и главного редактора, в профессиональном отношении на голову ниже ушедшего.
Иллеш
Но самое замечательное то, что заместителем главного редактора по развитию и новым проектам назначен Андрей Иллеш. В свое время он возглавлял в «Известиях» отдел информации, был, между прочим, прекрасным репортером. Однако многие, кто бывал у него в подчинении, вспоминают другое — тяжелый характер. Он, кстати, был единственным из кандидатов, против которого журналисты газеты выступали на собрании. Говорят, что инвесторы, особенно «ЛУКойл», с самого начала как-то особенно благоволили Иллешу. Досужие языки даже называли его первым кандидатом на пост главного редактора. Помешало то, что в тройку он не попал, с сорока тремя голосами оставшись на четвертом месте.
Надо сказать, что на собрании предпринимались огромные усилия, чтобы обеспечить Иллешу успех. Так, редактор «Недели» принес 21 доверенность подчиненных. И хотя доверенность не содержит указания, за кого голосовать, но была какая-то общая уверенность, что эти люди поддерживали Иллеша. В конце концов собрание не позволило использовать доверенности, но можно догадаться, как голосовали эти люди.
Это лишний раз показало, чего стоит решение, на котором настояли акционеры и против которого возражала редакция: выбирать главного редактора на собрании не только сотрудников «Известий», но почему-то четырех редакций, которые в творческом и производственном отношении существуют совершенно самостоятельно. А характер этих отношений очень простой. Например, в прошлом году убытки «Недели» сожрали прибыли практически всех остальных изданий. Поэтому давно говорилось, в том числе и прошлым главным редактором Голембиовским, что «Неделю» пора закрывать. Понятно, как может относиться редактор «Недели» и его сотрудники к Голембиовскому и ко всем, кто его поддерживает.
Однако в связи с Иллешем главное — не характер и не попытки во что бы то ни стало его избрать. Самое главное то, что Иллеш недавно осужден за дорожно-транспортное происшествие с отсрочкой исполнения приговора на пять лет.
Говорят, что Иллеш в инциденте не виноват. Ну не повезло, с кем не бывает! Не имею никаких суждений по этому поводу, пусть не виноват. Но все равно никуда не деться от самого факта — приговора суда. В течение пяти «отложенных» лет легче легкого осуществить самую простую провокацию: уличная драка, подброшенный пистолет, пакетик марихуаны, что угодно. Куда более сложные операции с легкостью осуществляются в отношении куда более властных фигур.
Понятно, что просто «рядовой» Иллеш никому не нужен. Но Иллеш — заместитель главного редактора по развитию (инвестиционные проекты оцениваются в миллионы и десятки миллионов долларов) — такой Иллеш многим будет нужен. То, что Андрей настолько пренебрегает простым инстинктом самосохранения и не заботится о собственной безопасности, это его личные проблемы. Но вот то, что над заместителем главного редактора «Известий» могут властвовать — это для газеты унизительно, как бы мы ни относились к Иллешу лично.
Да, собственно, это не вопрос отношений к Иллешу. Это вопрос отношений газеты, журналистского коллектива с акционерами. И эта история, конечно, как ни что другое, характеризует политический, моральный и профессиональный уровень этих акционеров. Уровень понимания ими, что такое газета.
Рынок и СМИ
![Голосование](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/1997/4514/31-26-28/index/31-27-2s.jpg)
Нам говорят, что это рынок, мол, вы этого хотели — получайте. Это неправда во всех отношениях. Во-первых, газеты захватывают монополии — «ОНЭКСИМ банк», «ЛУКойл», «Газпром». А монополии, как известно, антипод рыночной конкуренции. Во-вторых, никто и не призывает отменять рыночные механизмы в отношении СМИ как коммерческих предприятий. Безусловно, газета, любое другое СМИ — это предприятие, производящее товар. Но товар особого рода. С одной стороны, он имеет материальную ценность. С другой, это товар, зачастую являющийся произведением культуры, а самое главное — это товар политический. Его воздействие по силе и потенциальной опасности может быть ничуть не меньше, чем воздействие оружия, наркотика или алкоголя. А торговля таким товаром во многих странах ограничивается или регулируется специальными законами. У нас же — несомненные слабости в законодательстве, противоречия между законами о СМИ, об акционерных обществах.
Так что нет надобности выводить СМИ из-под действия рыночных законов. Более того, если говорить об основном инструменте рынка — конкуренции — ее надо как раз усиливать перед угрозой монополизации. Вы посмотрите, что происходит: «ОНЭКСИМбанк» уже захватил две крупнейшие газеты — «Известия», «Комсомольскую правду», некоторые журналы и, думаю, на этом не остановится. Хорошо известны посягательства других финансовых монополий на СМИ. Эти монополии, которые и без того обладают огромной политической силой, хотят эту силу сделать неограниченной. Общество должно осознавать эту опасность и сопротивляться. На примере «Известий» мы видим, что захват газеты промышленными и финансовыми структурами используется прежде всего для возрождения политической цензуры, для пресечения критики правительства.
Как со всем этим бороться — пока не знаю. Но я глубоко убежден, что речь идет об очень серьезной опасности для всех демократических завоеваний России, рыночной экономики в том числе и общество должно к этому отнестись адекватно.
Гаранты и кураторы
У меня нет никаких оснований утверждать, что президент или первый вице-премьер Анатолий Чубайс хоть в какой-то мере способствовали скандалу вокруг «Известий». Просто умыли руки? — не исключаю. В самом начале конфликта, когда нам противостоял еще только «ЛУКойл», я обратился с личным письмом к президенту. Понимаю, что его положение сложное. Он не имеет права влиять на ситуацию впрямую: есть законы, право частной собственности, права акционеров. Но мне, честно говоря, как-то мечталось: если президент публично выразит свою озабоченность, этого нельзя будет не принять во внимание. Ответа я не получил, и ни о какой реакции президента на мое письмо мне не известно.
Позже, когда конфликт был в разгаре, я просил Чубайса принять меня на десять минут. С самим Анатолием Борисовичем и с его пресс-секретарем Трапезниковым мы давно лично знакомы, у нас всегда были хорошие отношения. Однако сейчас соединиться по телефону с первым вице-премьером мне стало непросто. Трапезников же сказал, что Чубайс вмешиваться в конфликт не будет (я, кстати, и не собирался просить о вмешательстве. Я лишь хотел, чтобы Чубайс получил информацию из первых рук).
Вполне возможно, при других обстоятельствах такая позиция выглядела бы как благородная, политически взвешенная. Но дело в том, что Чубайс является в правительстве куратором проблем СМИ. С учетом этого обстоятельства его позиция выглядит странной. Встреча так и не состоялась, и я не знаю, были ли предприняты какие-либо действия.
Солидарность
В этой непростой ситуации известинцы повели себя очень достойно. Прежде всего это проявилось при скупке акций. Ведь это потом «ОНЭКСИМбанк» нас, как сегодня принято говорить, «кинул». Поначалу-то мы были союзники. Мы продавали банку акции по цене вдвое меньше, чем предлагал «ЛУКойл». У некоторых коллег было достаточно акций, они потеряли тысячи, иногда десятки тысяч долларов, лишь бы акции не достались «ЛУКойлу». Потом коллектив четко выразил свою позицию, не допустив избрания Иллеша.
Каких-то особых неожиданностей или разочарований в коллегах не было. Все было достаточно ожидаемо. Во всяком случае, в людях, которых я и раньше считал порядочными, я лично не разочаровался.
Что касается журналистской солидарности, то с этим у нас плохо. Я знал, что наша профессия деградировала за годы застоя, как и все профессии умственного труда. Но все-таки не ожидал, что это проявится в столь полном забвении, если хотите, клановых интересов самих журналистов. Ведь вопрос отношений журналистов с инвесторами касается и коснется каждого. Нельзя же быть до такой степени недальновидным, чтобы не понимать, что если ты сегодня предал коллегу по профессии в угоду хозяину, завтра в таком же положении окажешься ты сам.
Наша профессия не простая. На нас лежат определенные обязанности, ибо право граждан на свободу слова реализуется прежде всего через СМИ. С благодарностью отмечу поддержку радиостанции «Эхо Москвы», газеты «Московские новости». Но это, к величайшему сожалению, редчайшие случаи безоговорочной солидарности.
Более того, в очень многих изданиях были откровенная ложь, злорадство, недружелюбие. Как же — сильный конкурент, одна из ведущих газет уничтожается! Очень хорошо!
Думаю, что и это лишний раз должно показать обществу, о какой серьезной опасности идет речь.
Последние «Известия»?
![Голембиовский](https://iy.kommersant.ru/Issues.photo/OGONIOK/archive/common/archive/1997/4514/31-26-28/index/31-28-1s.jpg)
Москвичам хорошо известно, что «Известия» организовали альтернативную подписку для тех, у кого мало средств и кто готов получать газету прямо в вестибюле редакции, экономя таким образом немалую сумму на доставке. Эти люди десятилетиями выписывали газету, и вот они ее теряют. Все последние дни меня останавливали у дверей и настойчиво спрашивали, стоит ли подписываться на следующее полугодие. Что я могу им ответить? Язык не поворачивается сказать — не стоит. Известия» для меня — тридцать три года жизни. Я что-то бормочу, не давая прямого ответа. Но боюсь, что — не стоит. При таком руководстве «Известия» больше не будут их газетой — я убежден.
Каков же мой собственный выбор? Как члена совета директоров меня уже игнорировали при принятии ключевого решения. И раньше, когда я возражал, не соглашался, к моим аргументам не прислушивались. Срабатывало то, что в советское время называлось механическим большинством. Может быть, я слишком самонадеян, но тем не менее пока я не предвижу скорого изгнания. Но наедине с собой я не могу не задумываться — какой смысл работать в такой газете?
Записал Александр ВОДОЛАЗОВФото А. Белянчева
На фото:
- За кого голосует будущий главный редактор Василий ЗАХАРЬКО?
- Безработный Игорь ГОЛЕМБИОВСКИЙ