Следующий год станет решающим для реализации «регуляторной гильотины» — контролеры, бизнес и эксперты в рабочих группах определят, какие требования исчезнут, а какие станут основой нового контроля и надзора. В группы переместится и торг ведомств за сохранение полномочий — а подтолкнуть их к участию в командной работе должны, в числе прочего, угрозы оптимизации. Результаты пересмотра — приведенные в соответствие еще не принятым Госдумой законопроектам о контроле и надзоре акты «нового регулирования» — будут направлены для обработки и кодификации в Минюст. Ведомство ждет аврал из-за угрозы правового вакуума в случае анонсированной отмены всего не пересмотренного к 2021 году — впрочем, власти, кажется, готовы перенести сроки.
Председатель правительства РФ Дмитрий Медведев (в центре) во время совещания в театре Et Cetera по контрольно-надзорной деятельности
Фото: Екатерина Штукина / РИА Новости
Председатель правительства РФ Дмитрий Медведев (в центре) во время совещания в театре Et Cetera по контрольно-надзорной деятельности
Фото: Екатерина Штукина / РИА Новости
Новая система контрольно-надзорного законодательства должна заработать с 1 января 2021 года. В 2020 году ведомствам предстоит подготовить перечни устаревших требований и актуализировать необходимые. Практически весь 2019 год Белый дом потратил на конструирование «регуляторной гильотины»: к концу года он представил законодательную базу в виде двух законопроектов и в целом решил, кому удастся избежать гильотинирования,— на 2020 год останется вопрос о месте Банка России в реформе (см. “Ъ” от 29 ноября).
Сами проекты разрабатывались на базе наследия прежнего куратора реформы, экс-министра по делам «Открытого правительства» Михаила Абызова: они сохранили концепцию риск-ориентированного подхода — но само законодательство переделывалось в более технологичное, компактное и понятное – процесс анонсировал в начале года куратор реформы, глава аппарата правительства Константин Чуйченко. В итоге Белый дом несколько раз переписывал документы: идея единого «контрольно-надзорного кодекса» трансформировалась в два проекта, регулирующие предмет контроля и надзора (законопроект об обязательных требованиях) и общие для всех процедуры (законопроект о госконтроле). «Готового продукта», однако, так и не получилось — уже после внесения в Госдуму в ноябре проекты ждут поправок ко второму чтению и разработки особенных частей с описанием сферы действия КНД.
Главный же торг ведомств и их поднадзорных в будущем году уйдет в частности: 41 рабочая группа должна будет провести ревизию порядка 2 млн отраслевых норм и правил.
Как рассказал “Ъ” член правительственной комиссии, вице-президент «Опоры России» Владислав Корочкин, в декабре некоторые группы уже приступили к работе, появились и первые сложности — включая сопротивление контролеров договариваться с бизнесом. Впрочем, работу должны обеспечить как внутренняя структура рабочих групп под паритетным руководством сопредседателей от обеих сторон процесса, так и непосредственное вмешательство в процесс господина Чуйченко — неразрешимые разногласия будут выноситься к нему на правительственную комиссию. Давление на контролеров окажут и угрозы оптимизации: идею вернуться к дискуссии о сокращении числа ведомств параллельно «гильотине» в конце года поддержал глава правительства Дмитрий Медведев.
Во многом рабочие группы и определят, как будет выглядеть КНД на ближайшие пять лет — срок, после которого потребуется новый пересмотр требований. Впрочем, как пояснили “Ъ” в аппарате правительства, процедура регистрации нормативно-правовых актов по прохождении ими «гильотины» изменится несильно — формальная часть останется за Минюстом. Акты в министерство должны будут поступать с протоколами рабочих групп, а правительственные — с решением подкомиссии под руководством замглавы аппарата правительства Юрия Любимова. Самым узким местом в этой схеме выглядит именно способность Минюста проверить все эти документы на соответствие юридической технике, кодифицировать их и проследить, чтобы не образовался правовой вакуум. При этом ведомство уже затянуло разработку собственного проекта по отмене 20,4 тыс. обязательных требований СССР и РСФСР, которого требовал к 15 ноября премьер-министр Дмитрий Медведев. Вероятно, понимание этих ограничений и вызвало смягчение жесткого подхода к срокам реформы. «Может быть, есть смысл подумать и о кодификации законодательства после 1 января 2021 года. Я не знаю, подчеркиваю, есть ли здесь предмет для кодификации, как говорят юристы, но количество законов явно очень большое. Прошу вас такое поручение тоже подготовить»,— заявил на последнем совещании правительства по КНД в декабре Дмитрий Медведев.