Жизнь моя — шарманка
«Планета Джанет»: образцовая мелодрама A24
В прокат выходит «Планета Джанет» — режиссерский дебют театральной драматургини Энни Бейкер, мелодрама о матери-одиночке и ее не по годам смышленой дочке. Все кажется очень знакомым, но проблема ли это?
Фото: Экспонента
«Если ты не заберешь меня отсюда, я покончу с собой»,— рапортует по телефону 11-летняя Лейси (Зои Циглер) своей маме Джанет (Джулианна Николсон), посчитавшая, что в летнем лагере все ее ненавидят. Наутро мама девочку забирает, но концепция уже поменялась: теперь Лейси не хочет уезжать — дети ее тут, оказывается, любят и будут скучать. Но конфликта не происходит, все всё понимают и спокойно едут домой.
Несколько лет назад Джанет получила в наследство немалую сумму денег, благодаря чему может жить в дизайнерском лесном домике и подрабатывать акупунктурой. Длинной очереди из клиентов как-то не видно, но на «Планете Джанет» (эта надпись красуется на двери) всегда кто-то гостит. То очередной новый ухажер (Уилл Паттон), то ушедшая от мужа-изменника подруга (Софи Оконедо), то собственно муж подруги (Элиас Котеас). Жизнь идет своим чередом, но есть ли в этом развитие? И Джанет, и не по годам умной Лейси кажется, что они стоят на месте.
«Планета Джанет» — режиссерский дебют Энни Бейкер. В кино она пришла из театра. Ее пьеса 2013 года «The Flick», рассказывающая о трех сотрудниках захудалого кинотеатра, получила Пулитцеровскую премию. Тогда писали, что это «комедия обыденности, представленная в виде отрывков разговоров, которые можно было бы счесть незначительными». А годом ранее она работала над хитовой адаптацией «Дяди Вани» — в той постановке блистал Майкл Шеннон в роли Астрова. Будучи настоящей наследницей чеховской традиции, Бейкер понимает, что развешанные по стенам ружья на самом деле не должны стрелять.
Не ждите катастроф и тут — на «Планете Джанет» все будет тихо. В какой-то момент невольно задумаешься: а что вообще тут происходит и должно ли что-то произойти? Цепляют прежде всего не драматургические крючки, а бережно пойманные моменты запечатленного времени. Вот у подружки из лагеря, дарящей Лейси на прощание игрушечного тролля, подрагивает рука на крупном плане. Вот к сидящей в комнате девочке чуть было не заходит мама, но остается стоять незамеченной у двери. Вот в ожидании урока музыки несколько минут уходит на переодевание куклы. Из вроде бы неважных мелочей складывается картина целой жизни. И фильм. Ему некуда спешить. Нервного зрителя может и убаюкать, как городского жителя может разморить сразу после приезда на природу.
Фото: Экспонента
Фото: Экспонента
Фото: Экспонента
Фото: Экспонента
Фото: Экспонента
Фото: Экспонента
Действие разворачивается в начале 1990-х, но с ходу догадаться об этом непросто. Из отчетливых примет времени тут разве что отсутствие мобильных телефонов да обложка The New Yorker за 1991-й и — совсем впроброс — упоминание первой войны в Ираке. Но фильм прямо хочет казаться старым. Тут и съемка на 16-миллиметровую пленку, и примат планов-эпизодов (как будто нет плейбэка и денег на многокамерную съемку), и вообще какой-то ламповый, простите, вайб. Это кино пахнет деревом, тут уютно. Не в последнюю очередь из-за деликатнейшей операторской работы Марии фон Хауссвольф, постоянно работающей с Хлинюром Паульмасоном («Белый, белый день», «Зимние братья») и умеющей делать пространство и людей в равной степени живыми и осязаемыми.
Поначалу «Планета Джанет» кажется внезапно обнаруженной «полочной» лентой Ноа Баумбаха — периода где-то между «Биться и кричать» (1995) и «Кальмаром и китом» (2005). Ассоциация неслучайная: Энни Бейкер замужем за киноведом Нико Баумбахом, братом прославленного режиссера. Но более близкое эстетическое родство стоит искать в задумчивых интровертных фильмах Келли Рейхардт («Появление», «Несколько женщин»), кинотерапиях Майка Миллса («Женщины XX века», «Камон Камон»). Строго говоря, кино Баумбаха находится где-то в том же ряду, пусть и чуть обособленно. Там, где наследники Вуди Аллена копаются в ворохе неврозов и заостряют их до предела, новые американские тихие предлагают искать формы смирения, примирения с самим собой. А для этого нужно приглядеться и помолчать.
Камера чаще держится на почтительном расстоянии от героев, но всякое приближение имеет сильнейший эффект. Главной героиней тут кажется не Джанет, а живущая на ее планете Лейси, феноменально сыгранная дебютанткой Зои Циглер и выдерживающая длинные сверхрупные планы так, как не снилось иным опытнейшим артистам. В финале, глядя на собственную мать, кружащуюся в танце со сменой партнеров, она понимает все про эту жизнь. Про то, будет ли у нее новый папа и надолго ли он задержится. Про то, почему она всегда будет чувствовать себя несчастной. Про то, что она уже немного умнее своей матери, а дальше разрыв будет только усиливаться. Немудрено, что в комнате девочки лежит шарманка, играющая моцартовскую «лакримозу»,— тут и удавиться можно.
В сущности, это кино про перманентное недовольство жизнью, выливающееся в прямо противоположные поведенческие стратегии. Одни вечно меняют партнеров, другие — терпят и надеются. А шарманка все играет одно и то же, грустное.
В прокате с 5 сентября
Подписывайтесь на канал Weekend в Telegram